Файтин!
Шрифт:
Я, со скорбью на лице, отрицательно мотаю головой.
— Ладно, пусть берет, — говорит одна из девушек и вопросительно поворачивается к товаркам. Те опять переглядываются и кивают, вновь смотря на меня.
Смотри-ка, есть все-таки у меня мимические способности! — думаю я, с кислой физиономией радостно запуская пальцы в кошелек за деньгами, — может действительно, с комика начать?
Стою у витрины дорогого магазина женской одежды, смотрю сквозь прозрачное стекло на большой монитор на котором показывают дефиле мод. Задумчиво так смотрю… Что-то не так. Дискомфорт какой-то ощущаю… Вот, стою, смотрю на мелькание картинок на экране, вспоминаю, когда возникло это неприятное ощущение. Хмм…Пожалуй, еще у SM Entertainment… Чувство недовольства. Чем? Или, скорее, чувство неполноценности… Не понимаю!
Опять смотрю на экран, на котором в этот момент крупным планом показывают на фоне женской шейки золотые серьги с брюликами. Красивые серьги… Мне бы такие… БА-БАМ!! ЧТО?!
Охренев от неожиданности своего желания, чувствую, как у меня от изумления отвисает челюсть. Что за СТРАННОЕ — «хочу»?! Пффф… Серьги… я… они… что за нафиг… гламур… с чего… никогда… женские серьги… женские… хмм… Юн Ми, это ты что ли?! Блииииинннн…!
Сдвигаюсь чуть в сторону, так, чтобы увидеть свое полупрозрачное отражение. Смотрю на него, оно смотрит на меня. У отражения — легкое недовольство на лице.
Ну, точно, ее желание! Вот те на! Вот те бабушка и Юрьев день, как говорится! И что теперь делать? И нужно ли что-то делать? Хмммм…
Она же ведь девочка! И желания у нее, девчачьи… Но тогда, значит, от нее что-то осталось? Не все «ушло»? Хмм… Что за глупости я думаю? Конечно, осталось! Целое тело! И с чего вдруг правильно думать, что девушки желают ярких побрякушек сознательно? Наверняка они не говорят себе — «Я хочу это красивое колечко не просто так, а потому, что оно позволит мне…» ну и далее, дальше приводятся всякие железобетонные аргументы. Конечно же, они так не говорят! Просто смотрят и желают. Автоматом. Подсознательно. А подсознательно — это тело. И вот оно, это тело, стоит и смотрит на витрину, хочет, чтобы ему что-то купили… Что с этим делать, как быть? Бороться? А смысл? Врач сказал, что с ним лучше не ссориться… Потом, я же тоже, как-то сказал себе, что у меня появилась девушка… А за девушкой нужно ухаживать, раз завел… Да и вообще, Юн Ми в этом плане права. Как-то уж больно «лахудристо» мы с ней выглядим… Не тянем по внешнему виду на будущую звезду эстрады…
Ни сережек, ни колечек, ни браслетиков, ни косметики и одежда, не такая яркая как у девчонок, тех что я видел у SM и JYP… А встречают-то, по одежке! Эх, жизнь моя жестянка! Как видно, придется все же глубже вникнуть, в подробности женских нарядов… Вечный мужской стиль в моей одежде будет для поклонников странен. Сплетни всякие начнутся… Ну и что, что тряпье будет женское? Попал бы в лошадь, вникал бы в седло и сбрую! Буду рассматривать это как косплей. Косплей Сергея Юркина, ех-хей!
— Ладно, — решительно говорю я, обращаясь к своему отражению в витрине, — все я понял. Был не прав, извини. Пойдем, посмотрим, что можно купить подходящего. Только не в этом магазине. Он нам сейчас не по зубам. Поищем пока, что-нибудь попроще…
Отражение в ответ довольно улыбается.
Время действия: тот же день, вечер
Место действия: дом мамы Юн Ми. Под лестницей, рядом с новым кошачьим лотком сидит котенок, широко расставив передние лапы и, задрав голову, слушает, что ему строгим голосом, по-русски, выговаривает Юн Ми, сопровождая свои слова грозным качанием указательного пальца. После каждой фразы Юн Ми котенок громко пищит, широко открывая розовый ротик с белыми зубами-иголочками.
— Будешь делать свои темные дела, где попало, выкину нафиг на улицу!
— Мяяяуу!
— Да. А там аджумы дикие с камнями, поняла?!
— Мяяяуу!
— Вот тебе и мяу! Враз из тебя суп сварят, а из шкуры — шапку сошьют!
— Мяяяуу!
— А из лотка я тогда тебе надгробье сделаю!
— Мяяяуу!
— Просто охренеть, какой дорогой лоток! Почти четверть от цены микрофона! Зачем выкидывать столь дорогую вещь? Так с него хоть польза будет, а с тебя, какая польза, мелочь блохастая?
— Мяяяуу!
— Смотри у меня, я не буду знать жалости!
— Мяяяуу!
В этот момент из комнаты в коридор выглядывает Сун Ок. Круглыми глазами посмотрев на Юну, а потом на ее собеседницу, она с некоторым испугом в голосе спрашивает: Юн Ми, что ты такое делаешь?
— С Мурчат разговариваю, — уже по-корейски отвечает та, оборачиваясь, — к лотку приучаю.
— Она что… тебя понимает?!
— Наверное, — пожимает плечами Юн Ми, — раз пищит, значит, понимает. Ну, по крайней мере, я надеюсь, что понимает.
— Так ты и кошачий язык знаешь?! — ужасается Сун Ок.
— С чего это? — удивляется Юна.
— Но она же тебе отвечает?!
— А я не знаю, чего она пищит. Может, это она человеческий язык знает? Мурчат, ты знаешь человеческий язык? А ну, мяукни!
— Мяяяуу!
В ответ на вопрос Юн Ми, котенок протяжно мяукает и поднимает вверх правую лапу с выпущенными черными коготками.
— Ого, — смеясь, говорит Юна, смотря на него, — да ты, я смотрю, полиглотка!
Сун Ок круглыми глазами, с испугом на лице, смотрит на этот цирк.
Время действия: чуть позже
Место действия: дом мамы Юны. Действующие лица — мама и Сун Ок. Сун Ок плавно входит на кухню с непонятным выражением на лице, наклонив голову к правому плечу и смотря глазами куда-то вниз, сквозь пол. Мама сразу замечает, что дочь выглядит как-то…странно.
(Мама) — Дочка, что случилось? Что с твоим лицом?
Сун Ок плавно тормозит, останавливается и, постояв несколько секунд все так же с головою набок, поднимает глаза на маму.
(Сун Ок) — Юна разговаривает со своею тодук-коянъи, — трагическим голосом сообщает она, и через секунду, после паузы добавляет, — а та ей отвечает…
От принесенной новости мама замирает как испуганная птица. Сун Ок снова смотрит в пол. Пауза.
(Сун Ок, вновь поднимая взгляд от пола и так же, с трагическими интонациями в голосе) — Мама, она знает кошачий язык!
Дочь смотрит на маму расширенными глазами. Мама, отмерев, делает рукою жест, отгоняющий нечистую силу.
(Сун Ок) — Я, наверное, скоро с ума сойду, — помолчав, будничным голосом сообщает Сун Он и, неспешно развернувшись, так же плавно, как зашла, выходит с кухни, по-прежнему держа наклоненной вбок голову.