Чтение онлайн

***

Мать протянула мне обрывки какого-то дневника. Обложка его уцелела, а вот внутренние страницы были вырваны, что называется, с мясом. Впервые предъявленные ею доказательства произвели на меня глубокое впечатление, словно на них сохранились ясно видимые и неоспоримые следы насилия.

Представь себе, как преступник вырывает эти страницы сильными руками, а с его губ слетают злобные ругательства. А ведь куда проще и легче было бы швырнуть эту улику в огонь или в темные воды Лосиной реки. Но это была не хладнокровно обдуманная попытка замести следы, а яростная реакция на мысли, изложенные в дневнике, воплощенное выражение ненависти, подразумевающее очередное преступление в недалеком будущем или даже прошлом.

Присмотрись к дневнику внимательнее.

От него почти ничего не осталось, никаких записей, лишь обрывки страниц у переплета, бумажные зубы, испещренные останками слов. Я насчитала пятьдесят три буквы, которые складываются всего в три полных слова.

«Hans» — что по-шведски означает «его».

«Rok» — шведский синоним слова «дым», так что вспомни, пожалуйста, кто из тех мужчин, о которых я тебе рассказывала, курит, а кто — нет.

«Rad» — это обрывок слова, который я прочла на клочке бумаги, и в шведском языке такого слова нет. Думаю, что вторая «d» просто была оторвана, и его следует читать как «radd» — шведский аналог слова «испугана».

Дневник был слишком важной уликой, чтобы положить его на место. С другой стороны, кража дневника Мии будет воспринята как провокация, безошибочный сигнал о моих намерениях довести расследование до конца и сделать все возможное, чтобы узнать правду. Когда Хокан вернется и обнаружит пропажу, то, поняв, что исчезла самая важная улика, недвусмысленно свидетельствующая о том, что Миа не убегала из дома, перевернет свою ферму вверх дном, уничтожая все инкриминирующие доказательства. Вполне естественно, что мой нынешний тайный визит окажется не только первым, но и единственным шансом собрать хоть какие-то улики. Поэтому уйти я не могла. Стоя посреди спальни Мии и раздумывая о том, где еще поискать, я смотрела через окно на поля, и вдруг взгляд мой остановился на холме, в котором располагалось подземное укрытие, где Хокан вырезал своих отвратительных троллей, — то самое место, где находилась и вторая, запертая на тяжелый висячий замок дверь. Я поняла, что должна действовать немедленно.

Сунув остатки дневника Мии в карман, на стене в коридоре, в шкафчике ручной работы я обнаружила связку ключей. На фермах их всегда бывает много, от различных амбаров и тракторов. Я перебирала их в руках, никаких меток на них не было, и потребовалось бы много часов, чтобы перепробовать их все, поэтому я выбежала в сарай с инструментами, стоявший рядом с домом, и позаимствовала оттуда болторез Хокана. По-прежнему не снимая красных варежек, чтобы не оставлять отпечатков пальцев, я поспешила к подземному бункеру, перекусила дужки первого замка, распахнула дверь и принялась шарить по стене в поисках выключателя. Когда же свет вспыхнул, то зрелище, представшее моим глазам, оказалось настолько жутким, что я едва удержалась, чтобы не бежать оттуда сломя голову.

В углу бункера бесформенной кучей были свалены тролли. Их обезображенные фигурки напоминали груду тел, разрубленных пополам, с выколотыми глазами, отрубленными руками и ногами, изрубленные и измочаленные в щепы. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с силами, ступая по щепкам, пройти мимо могильного холма из троллей, и вплотную приблизиться ко второй двери, запертой на очередной висячий замок. Он отличался от того, что висел на первой двери, и выглядел куда крепче и надежнее. Наконец после долгих усилий сталь перекусила сталь, я схватилась за ручку второй двери и распахнула ее настежь.

Внутри стоял пластмассовый стол, на котором лежал пластиковый ящик. Внутри него обнаружилась цифровая видеокамера. Я проверила ее память, но она оказалась стерта. Я опять опоздала. Ответов с ее помощью мне уже не получить никогда. На их месте появились лишь новые вопросы. Комната была оборудована электрическими розетками — целых пять штук их выстроились в ряд. Для чего? Стены были обшиты звукоизолирующей пеной. Зачем? Пол был безукоризненно чистым. С чего бы это, когда за дверью в соседнем помещении царил настоящий хаос? Прежде чем я успела приступить хотя бы к подобию обыска, с фермы до меня донесся встревоженный голос Хокана.

Положив камеру на место, я поспешила к наружной двери, осторожно приоткрыла ее и выглянула в щелочку. Вход в укрытие был хорошо виден с фермы. Я оказалась в ловушке. Поблизости не оказалось ни деревьев, ни кустов, и спрятаться было решительно негде. Хокана я заметила у сарая с инструментами. Я совершила глупость, оставив дверь туда открытой, и теперь он стоял на пороге, оглядывая верстак, и, без сомнения, пытался понять, не побывали ли здесь в его отсутствие грабители. Он наверняка заметит пропажу болтореза и вызовет полицию. Времени было в обрез. Как только Хокан повернулся ко мне спиной, я изо всех сил бросилась бежать, а достигнув края пшеничного поля, рухнула на землю и, переводя дыхание, распростерлась среди колосьев, набираясь мужества поднять голову. Хокан шел к бункеру, до которого ему оставалось каких-нибудь сто метров. Когда он вошел туда, я воспользовалась случаем и, подтягиваясь на локтях, быстро поползла прочь.

Добравшись до наших земель, я вдруг заметила, что держу в руках оба висячих замка. Я зарыла их в землю, сняла варежки, сунула их в карман, поверх дневника, и, отряхиваясь на ходу, зашагала к дому. Подхватив с земли корзинку с уже выкопанными клубнями, я вошла, громогласно объявив, что на ужин у нас будет отличная картошка! Вот только Криса дома не оказалось, так что мое алиби — они ведь использовали в качестве алиби лосося, так почему я не могу воспользоваться картофелем? — пропало втуне. Я вымыла картошку и начала ее чистить. Клубней было много, но я решила, что должна начистить как можно больше, дабы иметь под рукой доказательство того, чем я занималась все утро, — на случай, если меня спросят об этом, конечно.

Часом позже или около того, в окружении гор картошки, которой хватило бы на десяток изголодавшихся фермеров, я услышала, как к двери подходит Крис. Напустив на себя самый невинный вид, я обернулась, готовая поведать ему историю своего сражения с огородом, как вдруг увидела на пороге высокую зловещую фигуру детектива Стеллана.

***

Мать все никак не могла расстаться с варежками и, взяв со столика, сунула их в карман джинсов, так что наружу шаловливо выглядывали красные кончики.

Детектив пожелал допросить меня, а ведь в кармане у меня до сих пор лежали красные варежки.

Совсем как сейчас!

Через край свешивался ярко-красный большой палец варежек, а под ними притаился украденный дневник Мии. Я закопала замки, но совсем забыла о варежках, а ведь лето сейчас в самом разгаре, так что нет никакого резона таскать их в кармане. Если они увидят их, то я пропала, потому что варежки приведут к дневнику. Если они попросят меня выложить содержимое карманов на стол, я отправлюсь за решетку.