Фестиваль
Шрифт:
Капитан сразу перешел * делу.
– Что-нибудь пропало?
– Мы еще точно не знаем, но ценности на месте.
– А где его сейф? Человек в штатском показал рукой на шкаф.
– Вы уже осмотрели его?
– спросил Архипов. Тот секунду подумал и куда-то крикнул:
– Ковальский, сейф переписали?
Вошел тощий парень но имени Ковальский и протянул бумаги.
– Да, сейф вот здесь. Вместе с каталогом.
– Отдав бумаги, он снова исчез за дверью.
– Можно я взгляну?
– спросил Архипов.
– Конечно, - человек протянул бумаги капитану и вышел вслед за Ковальским.
Каталог был рукописным и насчитывал сто тридцать три наименования. Сверху стояло короткое слово "Сейф".
Архипов понял, что предстоит попотеть. Под неодобрительным взглядом штатского он уселся на мягкий кожаный диван и принялся сверять содержимое бумаг.
Через два часа кропотливой работы он встал и потянулся. Так и есть, не хватает нескольких монет и подземного плана города, датированного 1944 годом.
– Ну что, все?
– ехидно спросил штатский. Архипов окатил его ледяным взглядом.
– Да. Желаю удачи в расследовании, - и быстро вышел за дверь.
После затхлого квартирного воздуха летний день казался особенно приятным. Синее небо без единого облачка влекло на море.
Итак, Карташов убит. У него, скорее всего, взяли то, что и хотели взять. Подземный план города. Это могла сделать Никитина, на одной из чашек губная помада... Но зачем ей это? Он не мог этого понять.
Неспеша он подошел к телефону-автомату и набрал рабочий номер Литвинова.
– Слушаю, - послышался в трубке голос начальника.
– Это Архипов.
– Что там у тебя?
– Я только что из центрального отдела. Убили Карташова. Закололи в сердце. Скорее всего, это сделала Никитина. Нашли ее следы. Ценности все на месте, кроме нескольких монет и подземного плана Кенигсберга. Никто ничего не видел и не слышал.
Возникла долгая гнетущая пауза. Архипов забеспокоился, что линия разъединится.
– Если это Никитина, - сказал наконец подполковник, - значит она что-то ищет. Под землей. У Карташова была эта карта и какие-нибудь дополнительные сведения, пусть даже, по Янтарной комнате... Никитина это узнает, входит к нему в доверие, устраивается заместителем директора и потихоньку все выпытывает, и, наконец, за ненадобностью, убивает его. Если ее еще можно найти, то только там.
– Архипов почувствовал, как Литвинов указал рукой на пол.
– А зачем тогда эти трупы? Вернее, их отсутствие?
– поправился капитан.
– Этого мы не знаем. Вполне возможно, что эти люди в чем то помогали ей, и она постепенно избавлялась от них, пряча под землей. Это объясняет, почему мы до сих пор никого не нашли.
– В чем же могла помочь ей проститутка?
– Мы не знаем их настоящих дел. А ты, - Литвинов повысил голос, - до сих пор отталкиваешься от того, что некто снял шлюху на Ленинском проспекте, провел с ней чудное время и потом задушил ее... Такого не было.
Архипов с силой сжал трубку.
– Короче, - продолжил подполковник, - бери людей и марш на остров, пока еще светло и народу немного. Она исчезла там и скоре всего, там и есть какой-нибудь вход в подземелье. Вскройте все люки, обыщите, обсмотрите... в общем, ты понял. До вечера нужно успеть. А я пока свяжусь с коммунальными службами. Наверняка, они подскажут...
– Хорошо, - вздохнул Архипов, - я на острове.
– Держи связь, - сказал Литвинов и повесил трубку.
Глава 64.
Василию снилось, будто он на необитаемом острове, который сотрясает жуткий ураган. Тропические пальмы, не в силах сдержать натиск бури ломаются и вылетают с корнями. Его трясет от холода и мокрых ледяных брызг. Он прячется в небольшую канаву, поросшую мягкой травой, но и здесь его настигает океанская буря.
Таня проснулась и открыла глаза в кромешной темноте. Сначала она не поняла, где находится. Удар по голове, она связанная лежит на каменном полу... Василий...
Ах, да. Она сразу все вспоминает. Василий с Павлом, они пришли? Она прислушалась. Тихое дыхание в районе кресла немного успокоило. Поднявшись с дивана, она ощупью нашла кресло и плечо в пиджаке. Ее сердце быстро забилось, как испуганная птичка в клетке. Бандиты опять нашли ее? Боже, что теперь будет?!
Стараясь не шуметь, она подошла к двери и медленно ее открыла. Попавшего света хватило, чтобы разглядеть профиль Василия. Он спал.
У нее отлегло от сердца. А где же Павел? Таня осмотрела комнату. Павла нигде не было.
Она принялась тормошить Василия за плечо. Он что-то неразборчиво произносил, но не просыпался. Она тряхнула его посильнее и Василий, открыв глаза, удивленно уставился на нее.
– Ты??
– наконец произнес он.
– Что ты тут...
– но словно опомнившись махнул рукой и опять начал засыпать.
– Вася, Вася, проснись? Надо что-то делать. Где Павел?
Поморгав, он пришел в себя.
– Павел? Павла больше нет...
– Как?! Он ушел?
– Да.
– Василий как-то странно посмотрел на нее.
– Его убили.
Таня не смогла поверить его словам.
– Ты шутишь? Как убили? Когда?
– она почувствовала, как комок подкатил к горлу.
– Его убили, Таня. Он спас мне жизнь.
– Василий отвернулся, чтобы Таня не видела в его глазах слезы.
Она молчала, не в силах произнести ни слова. Василий посмотрел на часы. Восемь сорок утра. Он проспал что-то около трех часов.
– Откуда у тебя пиджак?
– тихо спросила Таня.
– Трофейный.
– Он был в таком же пиджаке, словно бы про себя сказала она.
– Кто - он?
– Тот, про кого я видела сон. Я же тебе рассказывала.
– Ты видела вещий сон. Он сходится с точностью до мелочей.
– Василий не хотел об этом говорить, он думал как им выбраться.
– Чем закончился твой сон?
– Я проснулась.
– И все?
– Да.
– Дай бог, и мы проснемся, - сказал он, обнимая Таню. Она дрожала, как ивовый прутик. Василий встал с кресла, стряхивая остатки сна.