Фейерверк
Шрифт:
Мэг удивленно ахнула.
— Почему же ты этого не сделал?
— Я подумал и решил, что в этом нет никакого смысла. Ты ничегошеньки не поняла ни обо мне, ни о моей жизни. Уж не знаю, за кого ты собиралась выходить замуж, но только не за меня.
— Нет, вы только послушайте! — Ее голос дрожал. — Если тебе нужна была ковбойская девушка, вряд ли стоило искать в Эспене.
— А я и не искал. Ты оказалась для меня полной неожиданностью — словно подарок небес, оставленный под моей личной рождественской елкой.
— Ну да, подарок, который ты развернул, попользовался и бросил!
Джесси поморщился.
— Если ты так на это смотришь, значит, я был прав, что не поехал за тобой.
Он резко отодвинул стул и вышел из комнаты. Потрясенная, Мэг смотрела ему вслед. Потом закрыла лицо руками, едва сдерживаясь, чтобы не разреветься.
Как все это выдержать? Он снова будет причинять мне боль. Я-то знаю. Меня тянет к нему ничуть не меньше, а даже еще больше, чем раньше. Может, сразу же предложить ему развод? Тогда мы разъедемся по домам и оставим эту боль в прошлом.
Нет! Она сжала зубы. Если он хочет свободы, пусть попросит.
Несмотря на их отношения, Мэг по-прежнему верила, что в брак вступают на всю жизнь. Для нее после Джесси не существовало мужчин, и она знала, что не будет существовать.
А если он найдет какую-нибудь другую женщину… Она судорожно сглотнула и заставила себя представить такую возможность. Даже если он и найдет себе другую, я все равно никогда больше не выйду замуж Поэтому говорить о разводе бессмысленно… если, конечно, он не хочет этого. Тогда я буду вынуждена согласиться. Но у нас остается общий ребенок, значит, отношения не могут быть порваны окончательно.
Мэг вымыла посуду и навела порядок на кухне, размышляя о том, что сегодня вечером они с Джесси наверняка больше не увидятся: он не вернется, пока не остынет, а потом откажется обсуждать что-либо. Этот человек упрям как осел. Даже непонятно, как можно быть таким безрассудным!
Ну нет, на этот раз я такого не потерплю. Похоже, он обвиняет во всем случившемся меня, а я тоже имею право знать…
Дверь распахнулась, и Мэг вздрогнула от неожиданности. Стоявший на пороге Джесси раздраженно произнес
— Раз уж нам придется торчать здесь Бог знает сколько времени, нужно сразу кое-что выяснить.
Мэг заколебалась.
— Согласна, — сказала она. И с опаской добавила: — А что именно?
ГЛАВА ВТОРАЯ
— Прежде всего мы должны помнить, зачем приехали сюда. Мы никогда ни до чего не договоримся, если будем все время цапаться. Едва успели поздороваться — сразу принялись за свое.
— А почему, как ты думаешь? — Она хотела сказать это с иронией, но в голосе отчетливо прозвучала растерянность.
— Кто знает? — Джесси пожал плечами. —
Мы уже стали почти чужими, не виделись больше двух лет.
— Два года, один месяц и семь дней, но кто считает?
— Спасибо за пинок. Он был мне очень необходим.
— А чего ты ожидал? — Она беспомощно всплеснула руками. — Ты все время говоришь, что я плохо воспитываю своего сына…
— Нашего сына! И я не говорил ничего такого.
— …нашего сына, и после этого ждешь, что я…
— Мэг!
— …буду милой, послушной…
— Маргарет!
— …а потом ты разозлился, бросил меня и…
Он быстро пересек комнату, и, прежде чем она успела воспротивиться, его руки, словно стальные клещи, обхватили ее плечи. Джесси поднял ее со стула и встряхнул с такой легкостью, словно она была сделана из сахарной ваты.
Мэг задохнулась и потеряла дар речи. Он свирепо смотрел ей прямо в лицо, а она не могла оторваться от его серых, с длинными ресницами глаз.
— Почему мы здесь? — Он встряхнул ее еще раз. — Отвечай, почему мы здесь?
— Потому, что нас заставили, заставили шантажом! Никаким другим способом меня сюда не загнали бы… Пусти, Джесси!
Он покачал головой и только крепче сжал пальцы.
— Не поэтому. Мы здесь, потому что у Рэнди неприятности, и мы должны решить, что делать.
— Да. — Ее боевой пыл угас. Он был прав, и это почему-то унижало ее. Она так зациклилась на прошлом и настоящем, что совсем забыла о будущем. Но именно оно и было главным.
Джесси снова усадил ее и отпустил. Мэг откинулась на спинку стула и смотрела на него широко открытыми глазами, думая, что лучше бы он не прикасался к ней. Она машинально провела по тем местам, где он касался ее, но, осознав, что делает, поспешно отдернула руки.
Он опустился возле нее на пол, накрыл ладонями ее руки, касаясь ее коленей, словно имел на это полное право. Мэг попыталась придумать какое-нибудь язвительное замечание, но в голову ничего не приходило.
— От всего этого можно спятить, — шумно вздохнул Джесси.
— Спятить?
— У меня такое ощущение, что я наелся ядовитого астрагала. — Он устало покачал головой. — Мэгги, и как мы только дошли до жизни такой?
— Я… я не понимаю, о чем ты.
— Не понимаешь! Послушай, мы не живем вместе уже пять лет. Да, я помню, сколько. Давай дадим друг другу несколько дней, чтобы привыкнуть, хорошо? Тогда, может быть, мы сможем поговорить о том, ради чего приехали сюда.
Он оперся ладонями о ее колени, собираясь встать, и вдруг убрал руки. Она прикусила губу и замерла.