Чтение онлайн

Жаба вздрогнула, дернула лапой и криво черкнула ручкой через весь лист.

Я тяжело вздохнул.

– Может я документы вам оставлю? А вы меня пропустите? Я понимаю у вас свои бюрократические заморочки, у меня -- свои. Но можно же как-то побыстрее оформить меня и пропустить к руководству. Чем быстрее я тут закончу, тем быстрее вы избавитесь от моего присутствия, - предложил я, осознавая, что этот долгий и мучительный процесс еще далек от завершения.

Она зло посмотрела на меня, потом на испорченный лист, потом снова на меня и начала отчитывать:

– Молодой человек, вы же мне сами мешаете! Свалились без предупреждения как снег на голову! Еще и торопите меня, отвлекаете! Вот теперь все заново заполнять придется...

В этот момент зазвонил телефон, она подняла трубку: "Да, Панкратий Гермесович. Да, тут еще. А куда он денется? Что? Уже можно запускать? Хорошо запускаю."

Жаба достала откуда-то смартфон, сфотографировала мое удостоверение, вернула его мне и сказала:

– Проходите уже. Не буду вас задерживать. С телефона потом данные перепишу. Руководство вас уже ожидает.

– Отлично, - ответил я и направился в кабинет директора филиала.

– Чай и кофе у нас совсем плохие, не советую угощаться, - заметила секретарь когда я открывал дверь.

Я вошел внутрь. В дальнем конце комнаты за столом сидел старый сатир, который медленно поднялся из кресла, чтобы пожать мне руку.

– День добрый, господин следователь, чем обязаны вашему внезапному визиту?
– поинтересовался он.

– Панкратий Гермесович, здравствуйте, - ответил я пожимая его руку, - Зовите меня Геннадий Филиппович. Потеряно одно из измерений. Согласно протоколу инициировано служебное расследование. И насколько я владею информацией это в вашем филиале не в первый раз, за столь короткий срок. О какой внезапности вы говорите?

Сатир объяснил:

– Понимаете, Геннадий Филиппович, раньше хотя бы уведомляли заранее о проверке. За пару недель. А вы появились внезапно, почти сразу после происшествия, да еще и под конец месяца, когда работы выше крыши. Может, конечно протокол как-то изменился, не буду спорить, но обязательно ознакомлюсь с действующей редакцией. Да и к тому же вижу вы почему-то один, без помощника. Как-то странно.

– За помощника не беспокойтесь, - с улыбкой ответил я, - Он попозже объявится. Нет, протокол не меняли, а проверка инициирована без предварительного уведомления в связи с тем, что за последние сто лет, ваш филиал потерял три измерения. А на магической цифре три, действует подпункт "б", следователей направляют сразу же.

– Как три измерения за сто лет? Разве отчетный период не по векам делят? В этом веке мы только первое потеряли, - удивился Панкратий Гермесович.

– Не по векам. Вы разве не в курсе? Из-за расхождения в летосчислении в разных измерениях, было решено отсчет вести по новому "плавающему" принципу. Точка отсчета - потеря измерения, от этой даты ждем сто лет, если больше потерь не было -- новый отчетный период. Уже девятьсот лет как эта поправка действует.

Сатир печально покачал головой:

– Ну надо же. Как-то мои сотрудники упустили это из виду. Не сообщили мне. Ну, что же, будем искать ответственных. И лишать премии. Так-то если считать, то за последнее тысячелетие у нас всего три потери и пришлось на последние сто лет. Вот не повезло, да?

– Ладно, Пакратий Гермесович, давайте к делу, - прервал его я, - Не будем сваливать все на чьи-то недочеты. Три измерения за такой короткий срок -- это серьезная проблема. Даже если раньше ваш филиал веками успешно функционировал, то такие частые сбои за последнее время, это повод выяснить, что у вас тут происходит. Поэтому меня и прислали.

Козломордый директор указал на папки с документами:

– Вот, пожалуйста забирайте, разбирайтесь. Тут все: акты, отчеты, рапорты. Личные дела сотрудников, так или иначе связанных с последним провалом. Все собрано и приготовлено для того чтобы вы ознакомились и сделали свои выводы.

Я усмехнулся:

– Конечно-конечно. Разберусь. Изучу. Постараюсь все выяснить. Я ведь не сомневаюсь, что вы успели все привести в порядок. Не просто же ваша секретарь меня держала до тех пор, пока вы не разрешили ей меня пропустить.

Сатир обиженно фыркнул.

– Поймите, Панкратий Гермесович, кроме меня эти бумаги изучит еще много сотрудников отдела расследований межбиржевого комитета. Даже если я пропущу что-то, они все равно найдут, - "обнадежил" я своего собеседника, - Только вот, еще до копания в бумажках у меня к вам два вопроса. Один вопрос касается того, почему пятьдесят лет назад, для корректировки потерянного измерения, ваш Брокер отправил абсолютно неподходящего кандидата, не изучив его виртуальный психологический профиль? И второй вопрос: почему вы лично отправились в закрывающееся измерение, в том числе почему туда был отправлен вслед за вами сотрудник не имеющий оперативного опыта работы, что в совокупности повлекло ускорение перехода этого измерения в состояние Хаоса?

– Ну вот, приплыли, - тяжело вздохнул сатир, - Откуда у вас эта информация? Шпионите? Жучки в моем кабинете поставили?

– Никаких жучков, что вы. Это все мой помощник узнал, - объяснил я, - Я вас с ним попозже познакомлю. Кстати, очень перспективный сотрудник. Думаю скоро пойдет на повышение.

– Мне бы таких сотрудников, - позавидовал Пакратий Гермесович, - но, увы. Так. Извините.

Он поднял трубку телефона и набрал короткий номер: "Василиса, заскочи к нам с чаем. Я тебе говорю заскочи. Василиса. С чаем! Я хочу чая!"

– Что-то в горле пересохло, - пояснил сатир, - Я чайку отопью. Вы же не против? Может тоже будете?

– Нет, я не против. Нет, спасибо, мне чая не надо, - ответил я и напомнил, - Панкратий Гермесович, вы на мои вопросы ответите или нет? Лучше будет, если сейчас вы честно все расскажете, а я дам вам еще сутки на то, чтобы вы исправили вот эти подготовленные бумаги, на те, которые реально объясняют произошедшее у вас в филиале.

– Для этого я позвал Василису, она в курсе, она непосредственный участник, - развел руками директор, - Давайте уж дождемся ее.