Финал
Шрифт:
– Нет, - вру я.
Глава 46
Лилли
Неделю спустя.
Я теряю вес недостаточно быстро. Если я не похудею в ближайшее время, Стоунхарт вернется. Он вернется, и он влюбится, и тогда я влюблюсь, и тогда... Я скорее умру, чем полюблю монстра. С этого дня я также отказываюсь пить.
Пять дней спустя. 20 декабря 2014г.
К моим губам подносят что-то прохладное и влажное. Жидкость густая, как масло, но сладкая, как мед. Материнский голос шепчет мне на ухо:
– Помедленнее, мисс Райдер. Ваше тело еще слабо. Маленькими глотками.
Вода. Это вода. Капля попадает мне в рот.
– Вот так, - подбадривает добрая женщина.
– Вот так. О, мистер Стоунхарт будет очень доволен!
Услышав его мерзкую фамилию, я вздрагиваю. Я крепко сжимаю губы, перекрывая поток живительного нектара.
– Мисс Райдер, пожалуйста. Пожалуйста, выпейте. Пожалуйста, не останавливайтесь. О, мисс Райдер, - рыдания женщины затихают, когда тьма вновь обретает силу.
Глава 47
Джереми
Я смотрю на пустой экран. Любовь всей моей жизни, Лилли Райдер, превратилась в кожа да кости. Лысая, без одной брови, а другая только начинает отрастать. И она бреет их при каждом удобном случае. Я чувствую руку на своем плече. Я поднимаю глаза и смотрю на брата.
– Я обещал защитить ее, - говорю я. Мой голос не более чем шепот.
– Я потерпел неудачу.
Аттикус кивает, но не слышит.
– Ей становится все хуже, - говорит он.
Я не улавливаю ни капли жалости или раскаяния в его голосе.
Я смотрю на свои дрожащие руки. Они сжаты в кулаки, но все равно дрожат. Такая слабость...такая слабость вызывает у меня отвращение. Теперь это стало жизненно важной частью моего существования.
– У нас нет выбора, - говорит Аттикус.
– Барбитураты приведут к коме. Это даст нам больше времени. Мы сможем накормить ее через капельницу.
– Нет!
– ругаюсь я и вскакиваю на ноги, вырываясь из рук брата. Весь гнев, все разочарование выплескиваются на поверхность.
– Нет! Я не потеряю ее снова!
– Посмотри на нее.
Аттикус показывает на экран. Он говорит терпеливо, с отстраненным спокойствием.
– Она умирает с голоду. Она умирает. Если мы этого не сделаем, она умрет. И ты это знаешь.
– Я верю в нее, - стискиваю я зубы.
– Она преодолеет это!
– Нет, - Аттикус делает шаг ко мне.
– Посмотри мне в глаза, брат. Я знаю, что ты любишь ее. Я также знаю, через что ей пришлось пройти. Делать это сейчас - милость божья. Есть шанс, все еще есть шанс, что она выкарабкается.
– Чушь собачья, - обвиняю я.
Аттикус избегает смотреть на меня. Он избегает прямого ответа. Вместо этого он говорит:
– Это лучше, чем вообще никакого шанса.
Я снова смотрю на экран, где моя драгоценная Лилли-цветочек едва узнаваема.
– Она умрет от обезвоживания, если мы ничего не предпримем.
Я усмехаюсь. Это издевательская усмешка.
– Я знаю, что ты этого не допустишь.
– Нет. Но я предпочел бы получить твое разрешение, чем идти против твоей воли. Мы вместе в этом участвуем.
Я отворачиваюсь. Я чувствую, как на глаза наворачиваются слезы, я не хочу, чтобы брат видел, как я плачу. С тех пор как умерла моя мать, я никогда по-настоящему не плакал. Но теперь, столкнувшись с перспективой потерять еще одну женщину, которая владеет моим сердцем, моя защита рухнула. Я сломался.
– Тогда сделай это, - говорю я, задыхаясь от слов.
– Но сначала дай мне ее увидеть.
Глава 48
Лилли
21 декабря 2014г.
Я ахаю, пораженная этим голосом. Он пронзает всеохватывающее небытие моего разума. Я смотрю вверх. Мое зрение уже не настолько хорошее, как раньше. Мне трудно поднять голову. Мое тело как будто усохло. Я чувствую себя маленькой. Жажда и голод давно исчезли. На самом деле я почти ничего не чувствую. Я почти ничего не вижу. Ничего, кроме чудесной перспективы смерти.
Меня это не пугает. На самом деле, это успокаивает. После смерти я буду свободна. После смерти я не буду рабом злого Стоунхарта. После смерти видений больше не будет.
Поразительная мысль. Я дергаю себя за косу. Видения? Какие видения? Я уже ослепла...
– Лилли...пожалуйста. Вернись ко мне, любовь моя. Я знаю, что ты здесь. Я знаю, что ты меня слышишь. Я знаю, что ты можешь видеть.
Голос...такой знакомый. Чей он? Я не знаю. Знакомый, но в то же время другой, наполненный эмоциями, которых никогда не было раньше. Кто-то берет меня за руку.
– Вернись ко мне, - пальцы гладят мои костяшки.
– Пожалуйста. Вернись ко мне. Пожалуйста.
От этого прикосновения по моей руке проходит тепло. Но чье это прикосновение? Почему я чувствую, что не должна игнорировать это, что я должна принять это? Почему я чувствую, что тепло может вытащить меня из темноты...
В одно мгновение мое зрение проясняется. Я вижу его, этого мерзкого, злого, ужасного человека, сидящего на кровати рядом со мной.
– Лилли..., - говорит Стоунхарт.
Нет. В последнем акте неповиновения я закрываю глаза и позволяю смерти овладеть собой.
Глава 49
Джереми
– Лилли. Лилли, проснись.
Нет ответа.
– Лилли. Черт бы тебя побрал, Лилли, вставай!