Фиолетовое пламя
Шрифт:
— Вашим слугам не удастся остановить меня, потому что правда на моей стороне и меня будут слушать.
Девушка потрясла револьвером. Корнелия Мартин взвизгнула. Тед Паркер бросился на непрошеную гостью, но та ловко увернулась. Рейз разглядывал ее оружие. Это был старый пятизарядный «кольт» образца 1840 года или около этого; он сомневался, что из него вообще можно выстрелить, и это немало его забавляло.
— Дамы, — кричала девушка, — лишь вопиющая несправедливость могла привести меня сюда сегодня вечером! Я прорвалась к вам, невзирая на мужчин — этих тиранов, стерегущих у ваших дверей, невзирая на эти стены, ставшие для вас тюрьмой, чтобы донести до вас слово свободы! Завтра — день выборов. Я обращаюсь к вам, я заклинаю: идите на избирательные участки! Требуйте свои права! Берите пример с нашего бесстрашного вождя — Сьюзан Энтони…
— Ну, это уж чересчур! — попытался остановить ее ван Хорн. — Предупреждаю: если вы сию же минуту не слезете с рояля — я вызываю полицию!
Рейз все так же с улыбкой наблюдал за происходящим.
Продолговатое лицо девушки не было уже больше нежно-молочным, как слоновая кость, оно пылало.
— Женщины, — продолжала она, не обращая ни малейшего внимания на ван Хорна, — отчего это, стоит нам только выйти замуж, мы перестаем существовать в глазах закона? С этой минуты мужья становятся нашими собственниками. Они забирают наше имущество, лишают нас наших прав, могут наказать нас, побить — взбреди им только в голову такая блажь! Пока мы не замужем и сами владеем своим имуществом, мы вынуждены платить налоги, поддерживая правительство, но это почему-то не дает нам права голоса. Мы должны потребовать его у правительства. Я призываю вас всех — идите завтра на избирательные участки!
— Рейз, сделайте что-нибудь! — отчаянно взывала Джо-селин. — О Боже, я не переживу этого! Я не вынесу! Поборница свободной любви, мужененавистница — и где! — в моем собственном доме!
— Спускайтесь вниз, мадам, — пряча улыбку, вкрадчиво проговорил Рейз, протягивая руку и собираясь вскочить на табурет у рояля.
Она нацелила «кольт» ему в грудь.
— Стойте где стоите! Я не закончила. Я…
Один из лакеев ван Хорна осторожно подкрадывался сзади. Джоселин делала ему отчаянные знаки. Девушка обернулась как раз вовремя. В ту же секунду револьвер выстрелил, — вероятно, по чистой случайности; виновница скандала от неожиданности подпрыгнула, а все собравшиеся отшатнулись.
— Пошлите за полицией! — крикнул ван Хорн, ни к кому конкретно не обращаясь; его жена без сознания осела на пол. — Смотрите! Моя жена в обмороке! Я требую, чтобы эту ненормальную арестовали!
Поборница прав женщин была вне себя от возбуждения. Пряди огненно-рыжих волос вырвались из-под берета, взметнувшись вокруг ее разгоряченного лица.
— Завтра мы все должны пойти к избирательным урнам! Мы обязаны попытаться покончить с тиранией мужчин, этим затянувшимся господством, основанным на силе и власти, но не на справедливости!
— Просто глазам своим не верю! — воскликнул Брэдфорд Эймс.
— Она действительно ненормальная, — пробормотала Патриция.
Голос девушки звучал теперь победно, торжествующе:
— Дело не просто в голосовании! Мы должны освободиться от какого бы то ни было господства! Не позволяйте этим гнусным развратникам пользоваться вашим телом, удовлетворяя свою похоть! Стремитесь к полному, окончательному освобождению! Мы все равны!
Она в неистовстве размахивала руками во все стороны, так что раздалось еще два выстрела, но пули, никого не задев, ушли в потолок.
Рейз снова засмеялся.
— Уж не снится ли нам все это? — спросил Таддеус Паркер.
— Безобразие! — кричал ван Хорн. — Где полиция?
— В жизни не видел ничего подобного. — Рейз улыбнулся Теду. — А я повидал немало, можете мне поверить.
— Мы должны перейти в наступление! — кричала рыжеволосая. — Час настал!
Все, кто был в гостиной, вздрогнули, когда револьвер выстрелил снова и пуля в очередной раз попала в потолок. Рейз покачал головой. Если она не поостережется, не миновать ей беды.
— Кто-нибудь послал за полицией? — спросил Паркер.
— Я только что отправил кучера, — ответил Эймс.
— Мы не должны участвовать в этом постыдном сговоре! — вне себя от возбуждения кричала девушка. — Выходить замуж за мелких деспотов, рожать им детей, вести их хозяйство и согревать их постель — вот что означает этот сговор!
У нее явно не в порядке с головой, подумал Рейз. Неужто она и в самом деле думает, что женщины отвергнут мужчин? Откажутся от брака? Он хмыкнул и шагнул вперед.
Девушка резко обернулась, наставив на него «кольт».
Он разглядел маленький, заостренный подбородок и полные, яркие, решительно сжатые губы.
— Ну-ка спускайтесь, красавица!
— Ни шагу больше! — предупредила она. — Развратник! Ловелас! Деспот!
Рейз вскочил на рояль, уверенный, что у рыжеволосой не осталось зарядов. Позади нее стоял длинный стол красного дерева, уставленный фарфоровыми чашами, восточными вазами и всевозможными изящными безделушками. Она метнулась было туда. Рейз — за ней. Обхватив ее руками за талию, он притянул ее к себе. Тело ее было таким же теплым, нежным и женственным, как и у любой другой. Девушка отчаянно отбивалась. Он хмыкнул.
— Вам следовало бы считать выстрелы, красавица, — сказал он, растягивая слова.
— Свинья — взвизгнула девушка.
Он вовремя упредил свирепый, совсем не женский удар коленом, нацеленный ему в пах. Рейз резко отклонился, и она перескочила с рояля на стол, ступая куда попало, так что драгоценные чаши и вазы со звоном посыпались на пол.
Широкая улыбка озарила красивое лицо Рейза, и он бросился за ней, скользя по полированному дереву. Он что-то опрокинул, стекло звенело и хрустело под ногами. Рыжеволосая завизжала, схватила вазу, стоявшую на краю стола, и угрожающе занесла ее над головой. Рейз кое-как затормозил, высоко вскинув руки. Его синие глаза сверкнули.
— Поставьте вазу, — сказал он вкрадчиво, стараясь говорить как можно мягче.
— Тиран! — крикнула девушка и швырнула вазу.
Он пригнулся. То же сделали ван Хорн и двое других гостей, оказавшиеся на линии огня. Никого не задев, ваза ударилась о стену. Рейз метнулся вперед. Девушка взвизгнула, когда он, приподняв, перекинул ее через плечо, точно она ничего не весила, затем аккуратно спустился на пол. Руки его бесцеремонно, словно лаская, обхватили ее хорошенький задик. Она соскользнула с его плеча и отчаянно рвалась и пиналась; вцепившись ему в волосы, потребовала: