Чтение онлайн

– Как тебе этот гвалт на улице прошлой ночью? – спросил Фред. – Он двусмысленно улыбнулся, искривив внушительную челюсть, присоединенную к лицу двумя длинными, глубокими складками кожи.

– Я слышал. Ну и чем все закончилось? – спросил мистер Ньюмен, и, как обычно, когда был особенно внимателен, сосредоточенно выпятил свою крупную нижнюю губу.

– Ну, мы вышли и уложили Пита спать. Да ну, он же лыка не вязал.

– Так это был Эхерн? – изумленно прошептал он.

– Да, он уже хорошо набрался, когда шел домой и увидел эту девку. Между прочим, она оказалась очень даже ничего. – У Фреда была привычка оглядываться во время разговора.

– Полиция приехала?

– Не-е-а, мы вышвырнули ее из квартала и уложили Пита спать.

Поезд остановился на станции, и люди разделили их. Когда двери закрылись, Фред снова протиснулся к нему. Несколько минут они стояли молча. Мистер Ньюмен рассматривал волосатую, очень толстую и, наверное, очень сильную руку Фреда. Он вспомнил, как ловко прошлым летом Фред играл в кегли. Странно, но иногда ему нравилось проводить время с Фредом и его компанией, а потом, как, к примеру, сегодня, он и на дух его не переносил. Он вспомнил о пикнике в Приморском парке и как Фред затеял там драку…

– Как тебе это нравится? Фред уже не улыбался, но на щеках остались две глубокие, похожие на шрамы морщины. Его запухшие глаза-щелочки уставились в лицо Ньюмена.

– Что именно? – спросил Ньюмен.

– Соседи. Гляди, еще черномазые у нас поселятся.

– Похоже, к этому идет.

– Все только и говорят об этих, которые к нам переехали.

– Правда?

– Большинство именно потому и поселились в нашем квартале, чтобы уехать подальше от них, а они нас просто преследуют. Знаешь этого Финкельштейна?

– В магазине на углу?

– К нему переехали все его родственники. В дом слева от магазина. – Он оглянулся.

Именно это восхищало его во Фреде. Лучше бы он говорил потише, но, в то же время, все же хотелось, чтобы он продолжал, потому что самому не хватит духа произнести что-либо подобное. Слушая Фреда, ему всегда казалось, что он находится накануне какого-то события. Подобное ощущение охватывало его при чтении надписей на опорах, – что-то как будто зарождалось внутри города, что-то одновременно возбуждающее и внушающее ужас.

– Мы собираемся провести собрание. Джери Бул говорил об этом с Питом.

– Я думал, что компания распалась.

– Ну уж нет, – опустив уголки рта, гордо сказал Фред. По утрам его веки распухали так, что глаза были едва видны. – Вот закончится война, ребята вернутся домой и мы устроим такой фейерверк, какого здесь еще не видали. Мы просто залегли на дно пока ребята не вернулись. Понимаешь, это собрание вроде репетиции. Ведь война же вот-вот закончится. Мы хотим твердо стать на ноги и быть наготове. Понимаешь? – Похоже, что для полной уверенности в собственных словах ему не хватало поддержки Ньюмена.

– Ну-ну, – пробормотал Ньюмен, дожидаясь, что еще скажет Фред.

– Ты придешь? Я подвезу тебя на своей машине.

– Ну, ребята, оставляю собрания на вас, – одобрительно улыбнулся мистер Ньюмен, как будто доверившись убедительной речи Фреда. На самом же деле он не любил людей приходивших на эти собрания. Половина из них были ненормальными, остальные, похоже, уже много лет не покупали нового костюма. – Я не гожусь для собраний.

Фред разочарованно кивнул. Он провел языком по темным от никотина зубам и посмотрел на мелькающие за окном огни.

– Ладно, – прищурившись, уязвленно сказал он, – я думал, что тебя тоже надо пригласить. Мы только хотим очистить округу, вот и все. Мне показалось, тебе это будет интересно. Мы всего лишь зададим им жару, чтобы они убрались отсюда.

– Кто, они? – живо полюбопытствовал мистер Ньюмен, и его круглое лицо приобрело выражение крайней заинтересованности.

– Евреи из нашего квартала. А потом мы поможем ребятам из квартала напротив управиться с латиносами. Не успеешь и глазом моргнуть, как они начнут вывозить вещи. – Похоже, он рассердился на Ньюмена. Его рябой подбородок пошел красными пятнами.

Мистера Ньюмена снова охватило приятное возбуждение от чувства опасности. Он уже был готов ответить, когда глянул вниз и увидел, как внимательно рассматривал его сидевший перед ним, похожий на Гинденбурга, еврей. Он как будто был готов подняться, и может даже ударить его. Он повернулся к Фреду.

– Еще увидимся. В четверг я могу задержаться на работе допоздна, – тихо сказал он, поворачиваясь спиной к еврею. Поезд приближался к его станции. Фред сказал «хорошо» и коснулся его руки. Двери открылись, и мистер Ньюмен быстро шагнул на платформу. Он повернулся к выходу, и внутри у него все задрожало. Поезд умчался в туннель, он направился к лестнице, держась на безопасном расстоянии от края перрона, и вышел по ступеням на улицу.

На освещенном солнцем тротуаре, его обдул легкий ветерок. Он поднял руку, чтобы поглубже натянуть шляпу и почувствовал, как из-под мышки по ребрам стекла холодная капля пота. Уже несколько недель он каждое утро замирал на этом углу, страшась того, что может произойти с ним в конторе, и его кожа начинала лосниться от жары и игры воображения. Шагая теперь по раскаленному уже тротуару, он старался думать о своем квартале и об одинаковых домах, которые стояли бок о бок как дощечки в заборе. Мысль об их схожести удовлетворила его тягу к порядку и, собравшись с духом, он направился к зданию компании.

Кроме разве что самых старших, он принял на работу каждую из семидесяти сотрудниц работавших за семью десятками столов на шестнадцатом этаже этого здания.

За квартал до здания он выглядел смущенно, его губы судорожно подрагивали, как будто отыскивая на лице место поспокойнее. Когда он проходил через построенный в готическом стиле вход в небоскреб Корпорации, его губы перестали двигаться и как будто умерли. По мере того, как лифт возносил его вверх, губы отвердевали и сжимались, и когда на шестнадцатом этаже двери лифта открылись, из кабины вышел человек, по выражению лица которого можно было подумать, что он отказывается от приема пищи.