Чтение онлайн

И зачем тогда спрашивать, если и сами всё знаем?

Знали, но забыли когда-то очень давно,

Это всё уже было, как старое кино.

Мы живём вечно, только забываем об этом.

И всё будет в порядке, пока мы в луче света.

К фонарщику зашёл под вечер,

Выпить по парочке пивка.

Фонарщик Коля рад был встрече,

Выглядывая из под козырька.

Сказал, что шляпу свою надевает лишь на рабочем месте.

Он в восемь вечера как раз фонарь свой зажигал.

Я вдруг заметил, как окрест

Огонь свечи тени загадочно сдвигал.

И от него весь город, как по команде, тут же замигал.

Фонарщик Николай мне рассказал,

Что в шляпе чувствует себя более работоспособным что ли,

Скорее входит в роль проводника

Между светом и тенью.

И, часто даже не по своей воле,

Краем сознания откуда-то издалека

Ловит былого приближенье.

Когда танцуют в его свете

Мотыльки, мыши летучие,

И вот уже несёшься ты в карете:

– Заложник ночи!

Я хотел сказать, за ложь и правду,

Добро и зло, за свет и тень

Я выпью с другом с удовольствием!

– Кстати, я всё хотел спросить, зачем свеча,

Если мы в двадцать первом веке? –

Что-то мне Николай ответил, не помню,

Вроде того, что дело в человеке…

Ещё мне рассказал фонарщик,

Что недавно к часовщику, что на Садовой

Зашёл его старинный друг жестянщик

Употребляли они виски с содовой.

– В тот поздний вечер

Часы все в городе стали безбожно лгать.

Я приготовил уже свечи,

Но, видишь ли, фонарь не знал, когда мне зажигать.

Крутили они там стрелки что ли,

На маятнике раскачивались, как на качели?

Забыв и перепутав роли

Вместо минут отсчитывали дни недели?

Изображая полоумных птиц,

«Ку-ку!» орали проезжающим мимо машинам,

Валясь со смеху от недоумённых лиц,

Сверзившихся с вершин

Вагончиков, как тебе нравится, фуникулёра?

Название какой-то гадости созвучно.

Канатная дорога, так намного лучше. –

А трубочист курил на крыше,

Виднелся только папиросы уголёк.

Глядя, как горизонт с каждой минутою

Становится всё дальше,

И не за первым литром уже бегает фонарщик

В светящийся ночной ларёк.

Своего друга за него на фонаре

Недолго подежурить попросив,

Свою таинственную шляпу

Чёрную ему вручив,

На голову, точнее, нахлобучив.

И правда в этой шляпе старинной

Я чувствовал себя как будто на посту,

Глядя, как свет ультрамариновый

Окидывает за верстой версту.

И если б даже проверяющий зашел

Из Горсвета, я бы сказал:

– Фонарь горит с восьми, всё хорошо.

Слежу, чтоб не погас.

– А что за свечка?

– Бутафория.

– А где фонарщик Николай?

– На территории.

– Конечно, вот в прошлый раз

К нему жестянщик заходил,

Так он фонарь свой до обеда жёг,

Аж пока я его не разбудил. –

Ворчал, спускаясь, проверяющий,

По лестнице с фонарного столба.

А я всё вглядывался

Сквозь пыльные стёкла фонаря

В мерцание огней ночного города,

Как в чьём-то окне идёт весёлая гульба,

Слушал, о чём деревья говорят,

Как капает где-то в ночи вода,

Выглядывая из-за края ели и кипариса,

Буд-то бы из-за кулис.

И думая, что даже работник сцены,

Приютчик творчестей бесценных,

Что декорации выносит, стулья убирает,

Занавес тянет за тросы,

Крышку рояля открывает-закрывает,

Немного тоже в душе артист.

Если поаплодировать, он стул вам вынесет на бис.

И, поклонившись, полный достоинства, уйдёт,

Не принимая смех с галёрки на свой счёт.

Как делали спокон веков

Скромные, но претензиозные работники,

Среди которых тоже

Много весёлых чудаков.

Буэнос ночес, хороший вечер,

Прекрасный город, ещё до встречи.

Мы едем молча под мириадой

Огней далёких звёздного сада.

И город тоже, как сад камней,

Основы сложат песчинки дней.

Рассыпят прошлое, начнут опять,

Всё так же молча мы ляжем спать.

Рассвет разрубит утро клинком,

Пройдём мы в ванные босиком.

На горизонте выступит кровь,

В дуэлях секундантом любовь.

Конец ознакомительного фрагмента.