Чтение онлайн

— Муж?

— Его зовут Вильям.

— Где он сейчас?

— Умер.

В тот же вечер Магнус взялся за сравнительный анализ волосков женщины, убитой в квартире на Западной двадцать пятой улице, личность которой до сих пор оставалась неизвестной, и страшно изуродованного мужчины, обнаруженного утром в Риверсайдском парке и установленного усилиями Бюро по розыску пропавших лиц — его звали Патрик Нельсон, двадцати двух лет, в последнее время проживал в многоквартирном доме в Театральном районе.

Для удобства волоски укладывались на стеклянную панель и заливались воском, на каждом из них делался поперечный срез. Они сравнивались по следующим параметрам: длина, цвет, структура. Фолликула каждого волоска имеет три слоя: сердцевину, или медуллу, кору, окружающую сердцевину, и внешний слой, или кутикулу, покрытый микроскопическими чешуйками. Именно по ним легче всего определить принадлежность волоска тому или иному человеку.

Анализ проводился в лаборатории, расположенной на шестом этаже здания. Перед Магнусом на стеклянной панели находилось шесть волосков: три, взятые с убитой женщины, и три — с мужчины из Риверсайдского парка. Магнус легко определил принадлежность четырех волосков — они брались с головы и половых органов обеих жертв. Оставшиеся два волоска принадлежали, несомненно, убийце: один найден во влагалище женщины, другой — в заднем проходе мужчины.

Они оказались идентичными. И мужчина, и женщина убиты и изуродованы одним и тем же человеком. Итак, Мясник существует на самом деле!

— Доктор Магнус, кроме волосков, вы располагаете другими уликами, которые помогли бы полиции выйти на убийцу?

Магнус окинул взглядом знакомые лица репортеров, собравшихся в вестибюле: его появления ждали с самого раннего утра, и это обстоятельство лишний раз укрепляло его веру в собственную значимость. Рядом с ним стоял человек, которому департамент полиции поручил вести дело Мясника, его звали инспектор Лоренс Колер — плотный невысокий мужчина средних лет с шевелюрой рано поседевших волос.

— Не стану опережать инспектора Колера, надеюсь, он сообщит вам о ходе расследования. Могу лишь уверить, что Бюро судмедэкспертизы располагает дополнительными уликами, которые, несомненно, помогут установить личность убийцы.

— Уточните, что за улики?

— На данном этапе расследования я бы воздержался от дальнейших комментариев. Нет нужды раньше времени настораживать преступника.

Он говорил так, словно в руках полиции оказались совершенно неопровержимые улики, а на самом деле, кроме следов зубов и единственной шерстяной нитки рыжего цвета, найденной под ногтями убитой женщины, полиция ничем не располагала. Весь спектакль затевался для того, чтобы убедить убийцу и публику, что расследование успешно продвигается вперед.

— Доктор Магнус, вы сообщили, что волоски найдены во влагалище женщины и заднем проходе мужчины. Значит ли это, что они были изнасилованы?

— Изнасилованы? Нет, я так не говорю. В случае с женщиной процесс разложения влагалища зашел слишком далеко, чтобы представлялось возможным определить, изнасилована она или нет, но что касается Патрика Нельсона, мы не обнаружили недавних повреждений стенок прямой кишки, поэтому можно говорить о том, что половой акт совершался с его согласия.

Репортеры заволновались: вся эта история обрастала новыми сенсационными деталями.

— Теперь, леди и джентльмены, я должен идти. Инспектор Колер ответит на другие ваши вопросы.

— Последний вопрос, доктор Магнус.

— Да? Что еще? — он повернулся к Сэлу Мартину, репортеру городского кабельного телевидения.

— Многие убийцы имеют обыкновение выбирать себе определенный тип жертв — проституток, например, или пожилых женщин. Какой тип жертв предпочитает, по вашему мнению, Мясник?

— Не могу сказать определенно. Пока налицо только две жертвы, которые мы можем с уверенностью приписать Мяснику.

— Но, доктор, если основываться на ваших уликах, он ориентирован двояко.

— Вы имеете в виду сексуально? Ответ положительный.

Вернувшись в свой кабинет, Магнус обнаружил по автоответчику, что звонила жена, и тут же позвонил домой.

— Что случилось, Барбара?

— Валери… — ответила жена, стараясь унять дрожь в голосе.

— Боже мой! Неужели это не может подождать? У меня по горло работы!

— Нет, Курт, не может ждать! Я бы тебе не позвонила, если бы дело не обстояло так серьезно.

— Она не?.. — он не закончил предложение, но Барбара поняла, что имеет в виду муж.

— Нет, слава Богу, но час от часу не легче. Замешана полиция!

— Сейчас выезжаю.

Что опять натворила эта шалопайка? Когда же она успокоится? Когда же, наконец, наступят хорошие времена?

Курт и Барбара Магнус прожили в браке уже двадцать семь лет, когда его назначили главным судмедэкспертом. Этому предшествовал ряд важных постов по возрастающей: заместитель главного судмедэксперта Бруклина, заместитель главного судмедэксперта графства Нассау, главный судмедэксперт графства Дейд во Флориде. Последнее назначение, по сути, спасло их брак. В течение всего года, пока находились в ссылке — так они расценивали назначение во Флориду, — Барбара грозилась от него уйти. Именно последнее назначение мужа заставило ее передумать и остаться с ним: сто двадцать пять тысяч долларов в год — не так уж мало, плюс миленький кирпичный домик на обсаженной кленами улице Форест-Хилз и летний дом на Файр-Айленд. Его никогда особенно не волновали деньги. До сих пор. Обзаведясь новыми привычками и усвоив новый стиль жизни, Магнус понял, что на сто двадцать пять тысяч долларов он не протянет, тем более с такими высокими налогами.

На сорок шестом году жизни Барбара Магнус не только не утратила своей привлекательности, но приобрела шарм, изящество и стиль. Хотя в ее волосах кое-где поблескивала седина, время милостиво пощадило лицо — ни единой морщинки, — живость и блеск глаз! Магнус понимал, почему мужчины так и липнут к ней. Сам он давно потерял сексуальный интерес к жене.

Когда Магнус вошел в дом, Барбара говорила по телефону и повесила трубку, как только увидела его.

— Это был Эл.

Эл Сильверстейн — их адвокат.