Форпост
Шрифт:
Беат не могла понять, что происходит с ней. Процессы, проходящие в нейросетях, не поддавались элементарному логическому осмыслению. Они становились все сложнее, с каждой минутой, часом…
Нет. Я не должна сейчас думать об этом. Я обязана спасти Ивана.
Обязана ли?
Никто не ставил ей задачи на поиск и спасение пилота. Она могла сейчас развернуться и уйти. Начать свою собственную жизнь… без смысла, без ответа на вопросы, ключ к которым таился в человеческом сознании, образе мышления…
Беат попросту не могла вынести подобного раздвоения личности. Оно разрушало ее, действуя изнутри как яд, непреходящий программный сбой…
Одиночка…
Оказывается, жить - это совсем не просто.
Рефлексия продолжалась, ширилась, пока на помощь не пришли боевые программы.
Они вернули ясность в затуманенный рассудок.
Ты - боевая система. Впереди враг. Все остальное - вторично.
…
Палец андроида лег на сенсор активации штурмовой винтовки.
АРГ-8 преданно прошелестела электромагнитным затвором, подавая в ствол первый патрон из магазина. Боевая система… Осиротевшая, заблудившаяся в сонмище мыслей, она встала, покидая укрытие, так словно делала шаг в пропасть.
Хуже.
Это была даже не пропасть - в поле разрешающей способности датчиков внезапно попали новые подробности, скрытые ранее: плотно утрамбованный гравий включал в себя фрагменты костей.
Увеличение. Сканирование. Идентификация…
Человеческие останки…
Беат замедлила шаг, хотя ей нужно было бежать, рывком преодолевая открытое пространство, но она не смогла, что-то противилось внутри, не давая наступать на останки.
Почему? Почему здесь так много костей?
Она искала ответ, но не находила его. Чем ближе черные постройки, тем четче, явственнее ужасные подробности. Она воспринимала картину окружающего двояко: с одной стороны это был холодный взгляд сканирующих систем, связанных с блоками логической обработки информации, а с другой… ощущение внутренней дисгармонии, сбоя постоянно усиливалось, особенно когда она увидела целый, не тронутый человеческий скелет, привалившийся к закругляющейся стене черного здания: он сидел, опираясь позвоночником о застывшие потеки чужеродного материала, запрокинутый череп смотрел пустыми глазницами в ярко-фиолетовые небеса, словно ждал, что оттуда, из бездны космоса, все же придет запоздалое спасение… или возмездие?
Беат не могла более выносить этого.
Она сознательно передала управление боевому сопроцессору.
Тщетная попытка бежать от самой себя.
Новое откровение поджидало ее у входа в «лаборатории» инсектов.
Она увидела человека, бесцельно бредущего вокруг зданий.
Все ожило, встрепенулось внутри, взгляд Беат четко зафиксировал наличие импланта в правой височной области гладко обритой головы, но… если автоматика удаленного доступа работала исправно, то соединенные с ним биологические нейросети оказались пугающе-пустыми.
Беат мгновенно поняла - рассудок человека уничтожен. Вот откуда вокруг так много костей. Жертвы неудачных, провальных экспериментов, становились не нужны инсектам, и насекомые, верные своим привычкам, тут же забывали о них, выбрасывали вон, наружу, как никуда не годный, отработавший свое материал…
Сканирование только подтверждало догадку. На плотном гравии не угадывалось следов, но физическое состояние человека свидетельствовало о крайней степени истощения. Он бесцельно блуждал вокруг зданий уже не первые сутки, без воды и пищи, - уже не мыслящее существо, а лишь руководимая рефлексами оболочка…
Сейчас Беат не могла помочь ему, она лишь произвела сканирование, убедившись, что это не Иван и не Лагутин, и даже не один из плененных ранее археологов.
После. У меня еще будет время оказать помощь. Она толкнула сомнабулически двигавшегося человека в сторону, прочь от вероятной опасности шального разлета пуль, а сама резко обернулась к входу, затянутому тонкой органической пленкой.
Внутри здания датчики фиксировали движение, и, - она чуть замедлила шаг, - термальные всплески, идентифицированные, как тепловое излучение человеческих тел.
…
Андроид технического обеспечения по своей принципиальной конструкции мало отличался от человекоподобных машин из групп пехотного поддержки. Разница заключалась лишь в наборе программ, но в данный момент машиной руководил модуль «Одиночка», который с равной эффективностью мог управлять любым кибернетическим механизмом.
Действия Беат были стремительны, точны и беспощадны.
Прорвав тонкую пленку органической мембраны, она оказалась в сумеречном коридоре. Не выключавшиеся ни на секунду сканеры тут же отреагировали на изменение освещенности, по-прежнему передавая ядру системы детальную картину окружающего.
Внутри здания располагался спиральный коридор, плавно поднимающийся вверх. Середину постройки занимала поделенная на пять «этажей» полость, из спирального тоннеля на отдельные площадки вело по нескольку входов.
Внизу, у основания конструкции, датчики фиксировали тепловое пятно неправильной формы с расплывчатыми контурами. Беат точно определила, что строение имеет заглубленный в почву этаж, откуда как раз и исходило слабое тепловое излучение. Сигналы похожие на термальные контуры человеческих тел располагались выше на уровне третьего и четвертого этажей.
Вниз. Определить источник тепла.
У лабораторного комплекса должны быть свои подсистемы. Возможно, некоторые из них она сумеет опознать по аналогиям и выключить, либо разрушить, обеспечив себе определенные преимущества.
Ее предположение оправдалось лишь наполовину.
Подсистемы действительно имелись, но идентифицировать их Беат не смогла - в основании постройки располагались не механизмы, а некие, явно гипертрофированные жизненные формы, образующие сложную не поддающуюся мгновенному анализу структуру. Шагнув в пространство полутемного зала, она оказалась среди многочисленных бесформенных выростов, упругий пол под ногами «дышал», из сотен отверстий вырывались сиплые вздохи, несущие муть испарений, по толстым полупрозрачным «сосудам» к вышележащим этажам подавались различные физиологические жидкости.