Шрифт:
Часть первая.
Вопросы. Допросы. Опять вопросы.
«…Именно в високосные годы существа из параллельных миров получают наилучшие возможности для перемещений в другие миры и планеты. Эти годы – своеобразный портал для вторжения на Голубую Планету Земля, где очень уязвим и несовершенен защитный слой. В этот период наиболее благоприятная обстановка и среда для охотников за оболочками. Резко возрастает цена на Мертвые души и молодые тела землян. Опасности подвержены особенно люди до 45 лет. Для реализации задуманного, используется «Синдром Високосного года».
Из отчета Оценщика душ.
«Очень трудно найти в темной комнате черную кошку, особенно, если ее там нет!»
На верхней полке деревянного шкафа, в самой пыли, среди старых газет и мятых бумаг, расположился маленький человек. На его грустном лице застыла гуттаперчевая улыбка. Скукоженное и нелепое тело, изможденное и усталое, представляло собой сплошную «карту боли».
Человек крепко спал с открытыми глазами. После удушья и нанесения нескольких ножевых ранений, пусть даже деревянным муляжом, необходимо восстановить силы до следующего дежурства. Он всегда спал с открытыми глазами и прокручивал сегодняшний день. Сегодня ему отрезали голову…
Пришитая голова немного болела…Ну, не каждый же день голову отрывают и вновь пришивают!!
Хотя…
Ему давно не мешало бы отдохнуть и взять отпуск. Но у него никогда не было и не будет выходных, ни отпуска, ни каникул каникулах. Заменить его было не кем, да и не зачем. Он давно был мертв.
Так, в кабинете старшего следователя по особо важным делам, отдыхал манекен Вася.
Свернувшись клубочком, Вася спал своим безмолвным, почти детским, сном. Сегодня был тяжелый денек. На следственном эксперименте ему вновь отрезали не только голову, но и полностью расчленили. Хорошо хоть обратно пришили и «залатали».
Васю постоянно брали на следственные эксперименты. Тыкали ножами, расстреливали, душили, били, сворачивали шею, кидали из окон, топили и, даже поджигали. Он молчаливо терпел и сносил все «прелести» работы криминалиста. Вася был посвящен во все тайны расследования громких и резонансных преступлений и являлся настоящим «внештатным сотрудником».
В отделе его все любили за умение хранить тайны и покладистый характер. Для криминалиста по особо важным делам детектива Титто он стал почти другом и своеобразным талисманом, молчаливым советником без страха и упрека.
Благодаря Васе, многое вставало на свои места, распутывались клубки загадочных убийств, раскрывались тайны. Иногда, глядя на него, даже писались чистосердечные признания.
За окном было, как обычно, пасмурно. Холод проникал во все щели вместе с постоянной сыростью и слякотью даже через стены домов.
Устроившись по удобней, детектив Титто печатал Постановление о прекращение уголовного дела «в связи со смертью обвиняемого», лишь изредка поглядывая на шкаф, где отдыхал Вася.
Сыщик вспоминал события последнего месяца, откатываясь назад печальными воспоминаниями…
Вроде «дело в шляпе», но в голове стояли одни вопросы и ни одного ответа. Детектив кинул взгляд за окно. Время само собой притормозило его отчет и потекло назад в параллельной плоскости.
Расследование завершилось более чем банально.
Накануне обвиняемый в зверском убийстве своего друга добровольно написал чистосердечное признание и полностью раскаялся, к удивлению всей следственной группы. Документы готовились для передачи в суд.
«Дело было на одну трубку», – как говорил небезызвестный сыщик.
Соблюдены были все формальности предварительного следствия. Осталось дождаться результатов запросов и экспертизы ДНК. Все упиралось в установлении личностей обеих «пришельцев». Так Титто назвал этих «объектов» за отсутствие информации.
В предвкушении заслуженных похвал и наград, следственная бригада, наспех обмыла очередную раскрытую «мокруху».
И тут… Бац!!!
«Доброволец-душегуб» скоропостижно скончался этой ночью, без видимых причин. Прямо в КПЗ!
Утром, в камере нашли труп, без признаков насильственной смерти. Молодой, здоровый парень, ни с того, ни с чего взял, и умер. Вскрытие ничего не показало. Вернее показало, что ничего необычного нет. Так обычно старики умирают, тихо, во сне. А тут вопреки всем законам природы, словно мотылек, взял и «погас» дерзкий и сентиментальный убийца. Вроде и сожалеть его не за что. Вроде и справедливость восторжествовала. А теперь получается все зря. Хуже всего, когда не вовремя. Хуже всего, когда на ровном месте такие форс-мажоры. Дело теперь не закроешь. Из почти пустякового преступления получилось два. Да еще со сплошными загадками. А дела довести до конца надо.
Вскрытие прибавило лишь кучу проблем и домыслов. Ни болезни, ни патологий обнаружено не было. Врачи поломали голову, и написали в заключении: «Причиной смерти гражданина … – стала Гипертрофическая кардиомиопатия».
«Чем отличается труп от покойника?», – задавали вопрос в кулуарах морга. Знающие студенты отвечали: «В первом случае – мертвое тело. Во втором – мертвая личность». А тут сразу два покойника, да еще один в КПЗ.
На первом допросе второй покойник представился – Артур Артурович Сидоров. Двадцать лет от роду, из деревни Шатры, Ивановской области.
«Надо ж было такое придумать! Артур, сын Артура Сидорова, из Шатров каких – то. Мама дорогая! Нарочно не придумаешь».
Детектив сразу не поверил этой басне, но в протокол все же эти данные записал.
«Пробью тебя, Артурчик, по базе. Посмотрим, как ты запоешь, деревенский маньяк, будь ты не ладен».
Титто хотел побыстрее забыть эту историю и переключиться на новые дела. Но, банальная «бытовуха», на первый взгляд, не давала покоя.
«Что – то было тут не так», – рассуждал, глядя манекена Васю манекена криминалист.