Чтение онлайн

И две какие-то охренительной опупенности красопеты плюхнулись напротив меня, так и продолжающего сидеть с открытым ртом.

— Ау, мальчик, ты же защитишь нас от страшных злодеев? — как-то излишне повелительно, но с изрядной насмешкой, что ли, однако, весьма игриво обратилась ко мне та, что пообильнее в районе «верхних 90» и с фиолетовыми волосами.

— Нет уж, он будет защищать меня, — капризно отстояла свое право обладательница розовых волос. Что была не так фигуриста, но какая же красотка.

Так, это уже ни в какие ворота! Прям «китайские мультики» какие-то. Разноцветноволосые фифы и сами клеятся. Хотя, я ж себя еще в зеркале-то не видел, может у меня после попадания в это тело прищур появился. Ну-ка, проверка на «тряпковость».

— Слышь, малая, пошли покажу чё, — блин, не на быдланскость же хотел. А, хрен с ним.

— А ты потянешь? — сузив глаза решила принять вызов, совсем не та, к которой я обращался. Видимо, фиолетовокудрая побойче и поопытнее. Ну я так думаю, раз она розовласку сюда притащила и об аниматорах, что-то такое ей вещала.

— А ты чё, на? Сама... — хотел было продолжить я флирт.

— Эй, щегол, ну-ка свалил отседава, — хрипло раздалось откуда-то слева. — Эти милашки скрасят вечер настоящему мужчине.

Валера, настало твое время!

Успел я подумать, вынимая свой отныне так поименованный пистолет из заплечного мешка, что аккуратно валялся в ногах.

— А-ха-хах, ты где эту дикарскую фитюльку нашел, малыш. Ты хочешь испугать меня громким «пуком» или вонью от этой дымной пакости? — не оценил серьезность моих намерений, смотрящий прямо в дуло моему и правда несколько архаичному кремневому пистолю, довольно крепкий детина с крючковатым носом, квадратной челюстью, и ярко рыжими космами, выбивающимися из под тёмно-зеленой шляпы-котелка.

Он вообще, был словно из какой-то оперетки. О! Про Свирида Петровича Голохвастого, цырульник из-за канавы, который. Клетчатые узкие штаны, едва не зеркальные штиблеты с белыми... такими штуками, что торчат из под штанов. Кажется, именно они и называются гамашами. Куцеватый жакет, в тон котелку. Пестрая жилетка с цепочкой, по-видимому, карманных часов. Явно манишка и затейливо повязанный пышный атласный галстук изумрудного цвета.

Вот только, небритая рожа и волосатая мозолистая лапа, сжимающая тяжелую с виду трость, как пить дать, со скрытым клинком, ну никак не гармонировали с облачением сего господина. Пожалуй, данный персонаж рылом не вышел, чтобы открыто носить в городе оружие, но то как он удерживает трость и готов пустить в ход «сюрприз» говорит о многом.

«Банды Зеленополья», блин, какие-то. Бакенбардов только не хватает. Интересно, какое погонялово у этого «настоящего мужчины»? Шрам, полагаю. Уж очень характерная отметина на щеке.

А тем временем, сдувая непослушный фиолетовый локон с глаз, словно хищная пантера приняла «непринужденную» позу, не спускающая с нас глаз полногрудая прелестница. Пока вторая, мечтательно расплывшись в улыбке и забавно подперев ладошками свои миленькие щечки, словно увлекательное цирковое представления впитывала всё происходящее.

И вот что мне делать?

Вот зачем мне это? А? Я ж этих девиц знать не знаю и впрягаться ради них, рискуя своей молодой тушкой, ну совсем не имею желания.

Однако, Костя Салин никогда не отступал. Перегруппировывался и маневрировал — да, но от драки никогда не бежал. Хм(невесело). Может потому так и кончил свои дни. Обрубком на колесиках в четырех стенах.

Вздохнув делаю первый ход.

— Я тебя, Шрам, сейчас мало-мало рэзать буду. Иди сюда, рыжая ты подстилка, — не уверен, что вещаю самые обидные слова, потому как на великом и могучем он меня не поймет, а что-нибудь на вроде «пузырь свинорога» или «треснутое копыто» из арсенала Герда, навряд ли впечатлит и покажется обидным городскому щеголю с мордой портового грузчика, но вывести из себя и заставить сделать его первый шаг я обязан.

— Да я... Да ты... Убьюу-у-у!!! — надо же, сработало.

Не знаю, что так задело рыжего, то ли то, что я угадал его прозвище, то ли просто эта отметина на лице настолько больная для него тема, а может и, так себе ругательства его оскорбили до глубины души, но результата я добился. Харя зеленого, ну потому что во всём зеленом, налилась кровью, он не смог выдать и пары связных слов, а после с ревом ринулся на меня выхватывая где-то полуметровый клинок из своей трости, рукоять которого образовывалась частью самой трости и шарообразным ее навершием.

Так вот ты какой, клинок с жилой, — единственное, что я успел тогда подумать, меняя положение своего шустрого, молодого и закаленного, не самыми простыми условиями жизни, тела, когда обычная с виду сталь, но с красноватой и несколько ветвистой нитью по центру, пронеслась мимо моего лица.

Скотина, — посетила меня следующая мысль, когда я уже спускал курок, приставленного к боку здоровяка пистоля. — Это ж надо? Бьет в горло, тварь. Ну кто так убивает-то, мразота?

Мое негодование понять не сложно. Урод, а он именно урод, так как сейчас себя совершенно не контролировал, а значит действовал так, как привык. А раз он привык бить по горлу, то эта гниль — убийца. Причем такой, что навряд ли когда-либо поднимал руку на достойного противника да еще и в честном поединке. Небось резал максимально устрашающим способом, исподтишка, в каких-нибудь подворотнях и скорее всего не способных постоять за себя. Урод.

В общем, та лотерея, в которую я решил сыграть, на удивление выдала мне выигрышный билет.

Навряд ли кому-то, когда-либо приходилось видеть своими глазами, а то и стрелять из допотопного, гладкоствольного, дульнозарядного пистолета с ударно-кремневым замком. Это только в кино про пиратов выглядит лихо.

Начнем с того, что заряженным его, конечно, можно таскать, но для того чтобы эта хрень выстрелила, неплохо бы подсыпать свежего пороху на полку. До капсюлей-то на брандтрубке тут так и не додумались. Она, полка в смысле, хоть и обычно прикрыта крышкой, но порох там мелкий и может ссыпаться или банально отсыреть. А отсюда и осечки. Искра, высекаемая кремнем при ударе, не факт что воспламенит то количество пороха, что на той самой полке у затравочного отверстия, проникающего собственно в ствол для детонации заряда, отсылающего пулю в полет.

Но судьба была на моей стороне, и местный порох, не знаю такой же он по химсоставу как и на Земле, но воспламенился-таки и выстрел прозвучал.

Ну а то, что ствол был с силой мною вжат в бочину рыжему гаду, нивелировало ряд следующих недостатков нашей архаичной стрелялки.

Многие, наверное, видели и читали о дуэлях с десяти шагов, хотя это кажись для каждого по столько, а значит с двадцати. Так вот, тут ничего смешного. Попасть из этой каракатицы дальше — это уже нужно быть любимчиком Фортуны, как минимум. Дело тут даже не в гладком стволе, хотя дуэльные как раз-то были нарезными, а скорее в принципе самого выстрела. Он-то происходит не мгновенно, как на современном оружии.