Чтение онлайн

— Так я о том и говорю. Мы с вами можем встретиться и обсудить…

— Вы полномочны представлять свою страну? — поставил вопрос ребром я. — Насколько знаю, это может сделать только аккредитованный посол. На любые ваши заверения мистер Тафт рассмеётся и скажет, что он не в курсе, с ним не согласовывали. Зачем главе моего государства терять время на подобное?

— А вы? — усмехнулся он на том конце. — Вы уполномочены представлять свою?

— А я — уполномочен. — Расплылся в довольной улыбке — он должен на том конце её почувствовать. — Я живу в монархии, у нашей системы власти свои плюсы. На ТАЙНЫЕ неофициальные переговоры для согласования позиций я уполномочен.

Вздох, и констатация:

— Хорошо. Где? Когда?

И вот в отдельной освинцованной комнате «Престидижитатора» передо мной он, посол Республики Канада. Перед юнцом, не имеющим ни должности, ни верительных грамот. На самом деле это унижение для него — вопрос на таком уровне, как мой, должен решать как раз его помощник — не важно в каком звании. Видимо, у них так подгорело, что сеньоры мистеры пошли на этот шаг.

— Мистер Тафт? — уважительно кивнул я.

— Сеньор Шимановский? — привстал он, и мы пожали друг другу руки. — Если честно, в первый раз веду настолько важные переговоры в публичном доме, — окинул он глазами вокруг. — Да что там, в принципе не проводил переговоры в подобном месте! И чем вам не понравился тот ресторан, «Ла-Куронь»? Там отличная кухня.

— Кухня — да, — не мог не согласиться я. — Но вот система защиты от прослушки в ВИП-комнатах ни к чёрту. Проверил собственным опытом. В этом же заведении уверен, защита клиентов от огласки поставлена на высочайшем уровне. Иногда даже жаль, что у меня нет… Нестандартных увлечений, — сформулировал я, понимая специализацию окружающего места, — и не посещал заведение нашей милой хозяйки по прямому назначению. Но согласитесь, у Мадлен великолепный виноград! — Я оценил вкус, закинул несколько ягод в рот.

Мы оба натужно засмеялись, после чего сеньор перешёл к собственно разговору.

— Сеньор Шимановский, я понимаю недовольство нами вашей наследной принцессы, получилось не очень красиво. Республика готова подтвердить прежнее соглашение, объявив мистера Андерсона преступником, превысившим свои полномочия.

— Потому вы его и передали в мёртвом виде? — усмехнулся я. — Чтобы было легче повесить на него любые грехи?

— К сожалению, его охрана не оставила нам выбора, — заулыбался сеньор посол.

— Я не против, — махнул я, дескать, бывает, всё понимаю. — Мы сами сказали, живым или мёртвым. Но, к сожалению, преступник Андерсон занимал пост главы вашего государства. Легитимного главы, избранного согласно вашим законам. И приказал сбить наши беспилотники с конвенциональным оружием…

— Это было не конвенциональное оружие! — резко парировал посол.

— Это знаем мы сейчас! — не дал раскрыть ему рта я. — Мистер Тафт, конвенциональность оружия в контексте данного вопроса Венера не рассматривает. Ракеты заменили обманками после срочного доклада разведки о том, что нас попытаются сбить. По той же причине отправили беспилотники — изначально планировали послать пилотируемые аппараты. Наша разведка спасла вас от гораздо больших проблем, чем имеете, но это не ваша заслуга, а достижение нашего первого управления. Венера официально считает, что СБИВАЛИ вы флайер с конвенциональными ракетами, причём сделали это в пику подписанному и уже полвека действующему соглашению о дружбе и союзе.

— Моё правительство ясно дало понять, что территория Канады не должна использоваться для войн третьих стран. Вы же планировали совершить атаку на третью страну именно с нашей территории, ввязав в войну нас. Конфедерация после этого имела бы моральное право атаковать ваши базы на нашей земле, а это наша земля, хоть и ваши базы.

— Сеньор, о чём речь? Как может ЗАЯВЛЕНИЕ вашего правительства, или предупреждения какого-то частного лица, пусть и чиновника, перед камерами, отменить договор, действовавший пятьдесят лет? На момент высказывания договор был денонсирован? Канада отозвала свою подпись?

— Нет, но вашему правительству была передана официальная нота, что мы будем рассматривать… — пытался выкручивать он, но я не дал. Главное слом шаблона, не дать навязать разговор по плану собеседника, это семьдесят процентов победы.

— Сеньор, вы видели «Джоконду»? — перебил я. — Говорят, она настоящая. Не та, что была выставлена в Лувре, хотя и про ту говорили, что не понятно, что там выставлялось, но одну из репродукций самого Да Винчи вывезли до того варварского пожара, что устроили в Лувре мусульманские фанатики, погубив тысячелетия мировой истории. Я не был в Гаване, но когда побываю, обязательно схожу в музей папского дворца, и буду рассматривать эту картину.

— А ещё я хочу рассмотреть водопад Игуасу, — продолжил я следовать плану. — Говорят, очень красив! И Иисуса Искупителя Корковадосского буду рассматривать вполне себе пристально и внимательно. Говорят, его несколько раз восстанавливали после удара молний и после того землетрясения. Что из ныне существующей статуи осталось от ТОГО САМОГО Иисуса? Первоначального? Интересно же!

— Вот так и вы, мистер Тафт, можете рассматривать, что хотите. — А теперь зло сверкнул глазами. — И считать как хотите — тоже. Я вот считаю так: «один, два, три, четыре, пять…» Вы же можете считать в двоичной системе, в восьмеричной, и даже двенадцатеричной. Это ваше право. Но есть факты — вы ударили Венере в спину, сбив её боевой аппарат с конвенциональным оружием, причём в момент, когда на Венеру была совершена не просто атака — бог с ними с войнами, всегда были и всегда будут. А в момент, когда некто уничтожал наших безоружных жителей массово, устроил геноцид. Это может быть исключительно объявлением войны с вашей стороны, и никак иначе трактоваться не может.

— Сеньор Шимановский, международное право в таких случаях говорит, что…

— Вы ведёте войну с международной коалицией? — снова перебил я.

— Мы вообще не ведём войну! — вскинулся он.

— Неправда, вы объявили её нам. Вы говорите о международном праве. Мы похоже на международную коалицию?

— При чём здесь это?

— При том, что нам, венерианскому королевству, плевать на международное право и как что оно рассматривает. Есть договор. По которому вам даровались конские привилегии, в частности, исключительное право быть посредниками при ВСЕХ расчётах Королевства с контрагентами на Земле. В обмен на союзный договор. Мы шли на дичайшие убытки, исполняя свою часть договора, только ради того, чтобы вы исполнили свою. Вы решили иначе — это ваше святое право. Боже упаси лишать вас независимости и суверенитета! Сами и только сами! Но, мистер Тафт, если вы решили воевать — это было ваше собственное решение, не надо ни на кого пытаться валить — вас не красит. Просто признайте, что это так, но вы ошиблись.

— Не МЫ. Преступник, сидевший в кресле президента, — насуплено повторил он.

— Венере это безразлично, — покачал я головой. — Томас Андерсон — ВАШ законно избранный президент, решайте этот вопрос сами.

— Мы не принимаем, что между нами война, — зашёл мистер с другой стороны. — Мы квалифицируем ваш поступок, как нападение на Республику. Безосновательное нападение.

— Венере безразлично, что вы принимаете, и как вы считаете, — повторился я. — Между нами война, объявленная вами. Для Венеры это так, и никак иначе.