Чтение онлайн

* * *

Долгие гудки только добавляли масло в огонь. Томми решил позвонить своему лучшему другу Джиму. Ведь только он всегда был в силах направить на истинный путь, дать правильный совет, и просто выслушать весь этот слюнтяйский бред.

Лили звонить не хотелось, она бы не стала пить, даже несмотря на такой случай. А по-другому Добряк пока не умел выговариваться людям. Ему нужно было, чтобы человек терял контроль, чтобы культура речи и все эти «этикетные прелюдии» не мешали, да и само поведение становилось простым. Вот тогда, собеседник может узнать всю правду.

А Чарли бы, опять шутил, через каждый пять минут, про то, как плохо быть подкаблучником, и читал морали, что он сам виноват, что стал любить.

А Джим… Бриз просто был лучшим, настоящим другом. Поэтому, Том хотел рассказать всё это именно ему.

— Бро. — послышался голос из трубки.

— Алё, Джимми. Как насчёт бутылки синих океанов вперемешку с жаренной на триста раз картошки?

— …что случилось?

— Да, я просто долго верил в томчики, и в остальные ванильные прибабахи TomCity. А оказалось, что просто, шатался со своим выдуманным счастьем.

— Похоже, что-то серьёзное, раз заговорил такими фразами. Что-то с Катиной?

— Давай при встрече. — имя резало слух.

— …понял. Где встретимся? — Джим вздохнул.

— Я заеду.

— Ладно.

Том отключил трубку. Последний раз, они так разговаривали… Когда? Очень давно. Очень.

Сегодня и правда, очень непростой день. Вчера, всё было хорошо: они ели сладкую вату, писали имена друг дружки с плюсом посерединке, пели пьяные песни, рисовали улыбки друг на друге. А сейчас, этого нет. Или, и не было никогда? Сегодня придётся вспомнить всё: все поцелуи, прогулки. Как они смеялись, над другими людьми, что они погрязли в болоте этих надежд на большее, не желая действовать. А ещё, как хотели летать высоко, выше самых огромных небоскрёбов. Всё вспомнить, чтобы забыть.

Автомобиль остановился возле дома Бриза. Да, сколько здесь воспоминаний. Первые тусовки, первые глотки дешевой водки, первые записи в блокнотах радужных фантазий. Всё это когда-то было впервые.

Перед глазами всплывали отрывки прошлого: спасаясь от бесконечной воронки ругани, хаоса и грязи, Том уходил к лучшему другу. В доме Джима становилось намного легче. Пыльные мысли уходили прочь, на горизонте была только долгожданная радость, счастье и все положительные эмоции. Было здорово.

Через минуты, Джим вышел из подъезда. Видимо, увидел, что друг уже на месте. Он был чуть грустный: видно, опять что-то не так в отношениях с Ингой. Но прийти на помощь другу, было важнее. Иначе, тот точно, воспользуется предметами из тумбочки.

Джим сел в автомобиль.

— Привет, бро. — протянул руку.

— Здравствуй, Джим. — пожал.

— Что случилось?

— Это долгая история. Ты сегодня занят чем-то?

— Нет. Свободный, как птица в полёте. — он выдохнул.

— Я хочу поехать в одно место, которое очень важно для меня. Я никогда тебе его не показывал. О нём, знала только Катина. Чёрт… И, сегодня я сделал огромную ошибку. Короче, ты готов к путешествию? — Том ухмыльнулся.

— Конечно. Куда же ты без меня? Синих океанов, захватим? — Джим подмигнул ему.

— Порой мне кажется, что они сопровождают всю мою жизнь.

Машина тронулась, и парни помчались за бутылками сока с градусом.

* * *

— Серьёзно? Ты купил дом на горе?

— Да.

Молодые люди стояли возле того самого дома, который музыкант купил утром.

— Добряк, ты сумасшедший! Сколько ты заплатил за это? — Джим, осматривал вид.

— Достаточно, чтобы понять, что всё это было зря. Ладно, пошли.

Парни зашли внутрь дома.

Огромная прихожая, была какой-то «волшебной». Множество вешалок, и тумб для обуви открывались глазам. Видно, специально сделано, для большой семьи.

Джим и Томми прошли в гостиную: большая комната, была настолько светлой, что люстру не к чему было и включать.

Парни плюхнулись на мягкий ковёр, который лежал возле камина. Открыв две первые бутылки вермута, они «чокнулись».

— Ну что? Теперь, расскажешь? — Джим сделал глоток.

— Мы с Катиной больше не вместе. — Том повторил за другом.

— Это я понял. Что именно случилось?

— Она написала, что у всё. — Томми выдохнул, и сделал ещё один глоток. Только, намного больше.

— …ты серьёзно? — Джим выпучил глаза.

— Те эмоции, которые она давала мне, были такие живые, настоящие. Я бы никогда не подумал, что кто-то ещё, удовлетворяет её, пока я выбирал для неё всякие «приколюхи» и дорогие подарки. Да дело даже не в них, а сам знаешь в чём. — говоря это, музыкант ударил кулаком по полу.

Настигла тишина. Джим ничего не говорил другу. Да и нечего было говорить. Всё за него произнесла тишина. Неужели Добряк был достоин такого сценария? Мечтал, мечтал, мечтал о любви и на тебе, пинок под рёбра. Лучше бы и дальше мечтал.

Грёбаный TomCity. Почему здесь нет этой ванили?

Том бы давно уже переехал, зачем мучиться? Но этот город его держит здесь. Почему? Нет ответа. Просто, видимо ещё не время переезжать. А билеты всё ждут в кассе вокзалов.

— Пошли на улицу? — Джим закрыл глаза.

— Пошли.

Парни встали и направились в сторону выхода.

Океан всё бушевал. И правда, стихия сегодня была дикой и не спокойной. Тучи постепенно закрывали облака, и на улице становилось холодно. Это не было похоже на июль. И не дето это было вовсе. Дело в состоянии главного добряка.

— Как будто выдали нам на двоих одни патроны, и решалось, кого нужно убить. Да только, у меня рука не поднялась. А меня, пристрелили. Её слова, запачкали багряным цветом мне рубашку. И я уверен, если бы это было ещё раз — она бы не промазала. — Томас сделал несколько глотков алкоголя и улыбнулся.

— Но ничего. С ранением вверх проползешь, ты же сильный, справишься. — Джим не знал, что отвечать на такие слова.

Рыжеволосый взял камни, что лежали у ног и начал прижимать их к груди.