Чтение онлайн

Народ было заволновался, так как и их вполне могли забросать гранатами, они-то поближе будут. Но Михал не дремал и, прибегнув к площадной брани, быстро объяснил, что ополченцы должны делать свое дело и не отвлекаться по пустякам. Мол, красная ракета, взмывшая в небо, это сигнал пароходу, и вскорости тут появится Хор, который покажет арачам кузькину мать.

Заявление десятника несколько успокоило людей. Оказывается, начальство все предусмотрело и учло. Остается только подождать. Но сколько ждать? Брыль успел выстрелить еще два раза, когда в районе причала опять рванули гранаты. Бросил туда взгляд. Так и есть, слабый огонек уже разросся до полноценного костра, пламя которого жадно лижет стену дома. Стружка еще прошлогодняя, всю неделю дождя не было, потому полыхнула как порох.

Кстати, дом тоже из хорошо просохшего дерева. И весь поселок из деревянных домов, да еще и стоят неподалеку друг от друга. Загорится один дом, и такое может начаться… Люди бросятся тушить, а арачи с того берега начнут их обстреливать, воспользовавшись освещением от пожара. Хорошо хоть арачи не догадались запустить горшки с каким горючим маслом, вот уж было бы веселье.

Недаром говорят: не думай о плохом, оно и не случится. Словно кто-то подслушал мысли Брыля. В небе вновь мелькнули огоньки, но после падения очередных снарядов не взрывы раздались, а полыхнуло пламя. Весело так полыхнуло и страшно. Брыль в войну видел горящие деревеньки, и эта картина тут же предстала перед его взором.

— Михал, пока пароход дойдет, эти ироды спалят здесь все к лукавому.

— Ты предложить что хочешь или только блажить можешь? — зло огрызнулся десятник, не отрывая взора от разгорающегося пожара.

— Помнишь, наемники рассказывали, как они метали гранаты в арачей на лодках?

— Опасно это. У одного из них граната в руках рванула.

— А эдак они бед понаделают.

Брыль снова бросил взгляд в сторону домов. Большинство зажигательных снарядов прошло мимо, некоторые горшки так и не разбились, другие горели просто на земле. И лишь один угодил точно на крышу одного из строений, которое сейчас занималось пламенем. Вокруг видны фигуры людей, борющихся с возгоранием. Вот один из них согнулся и повалился на землю. Как видно, поймал пулю арачей.

Михал смотрел в ту же сторону. Даже в ночи было видно, что картина его не радует. Но так же легко угадывалась и его неуверенность. У его подчиненных имелось по две гранаты, однако обращаться с ними они практически не умели. Была проведена лишь пара занятий, и только раз они метали учебные образцы. А то, что предлагал сделать Брыль, требовало хотя бы небольшой практики. Но и просто так отсиживаться не дело.

— Возьми гранаты еще у двоих и ползи за мной, — приняв решение, приказал десятник. — Будешь подавать мне. И не вздумай сам метать, понял?

— Понял, Михал.

Когда Брыль подполз к краю обрыва, десятник уже стоял на коленях, всматриваясь в темноту. Брыль тоже приподнялся и попытался что-либо рассмотреть. Пользы от этого было чуть. Какие-то смутные тени ближе к противоположному берегу, ничего конкретного. А нет, вон легонько так сверкнуло, как самокрутка, а скорее все же фитиль. Еще. И еще. Похоже, арачи готовятся запустить следующий подарок.

— Разжимай усики и подавай гранаты мне. Только разжимай, ничего не дергай, — приказал Михал.

Резкий металлический звон отлетевшего рычага предохранителя. Практически одновременно хлопнул капсюль. От неожиданности Брыль даже вздрогнул. Секунда. Другая. Михал замахнулся. Третья. Наконец граната отправилась в полет.

Дзынь! Рычаг отлетел. Хлоп! Боек наколол капсюль. Над головами арачей коротко полыхнуло. По ушам ударил резкий звук близкого разрыва. Над головой пропищала пара осколков. Очень похоже на комариный писк, но более громкий и внушающий страх. Брыль даже втянул голову в плечи. С реки доносятся крики, полные отчаяния, боли и испуга.

Несмотря на все переживания, ополченец не растерялся и, когда десятник отправил в полет вторую гранату, сунул ему в руку следующую с уже разжатыми усиками и начал разжимать на четвертой. Перед ним было две гранаты, в подсумках еще две. Арачам мало не покажется.

И закрутилась мельница. Брыль без суеты и не торопясь разжимал усики у гранат и подавал их Михалу. Тот столь же неторопливо, словно и не смертоносные игрушки в его руках, запускал их в полет. При этом оба понимали, что, случись дефект в запале, — и обоим конец, но тем не менее действовали монотонно, как в забое, где каждый досконально знает свое дело.

Уже первый разрыв расстроил порядки арачей, заставив запустить вторую волну зажигательных снарядов с весьма относительной точностью. Некоторые полетели в обратную сторону или даже в воду. Другие упали с явным недолетом на пустыре у берега или столкнулись с обрывом. Только один ушел в нужном направлении, да и то полыхнул во дворе, не сумев дотянуться до построек.

Последнюю гранату Михал бросал уже вдогонку улепетывающим во все лопатки арачам. Разрывы и раньше полыхали с небольшим недолетом, а тут и вовсе поотстали. Но куда не дотягивалась рука десятника, туда вполне доставали осколки. Во всяком случае, должны были доставать, а вот сумели ли они еще кого-нибудь ранить или убить, было абсолютно непонятно — ни криков, ни стонов Михал и Брыль больше не слышали.

Зато когда с причала запустили очередную осветительную ракету, в ее неровном свете они увидели «Желтую розу», уверенно двигающуюся вниз по реке навстречу пирогам пинков. С борта парохода захлопали частые выстрелы, пироги повернули к берегу. Часть перевернулась, так как арачи спешно покидали их, воспользовавшись близостью берега и рванув на сушу.

О том, чтобы уйти по воде, теперь не могло быть и речи. Внезапно появившийся пароход, переполненный стрелками, делал эту задачу невыполнимой или чересчур опасной. Все же разведчики арачей оказались не вездесущими, и о том, что Хор не ушел обратно вниз по Изере, им было неизвестно.

Едва догорела первая ракета, как на смену ей пришла вторая. С борта парохода продолжалась стрельба, и ополченцы прекрасно видели, как несколько арачей упали на землю, явно получив горячий привет от недоброжелательно настроенных к незваным гостям хозяев. Брыль и Михал, переглянувшись, только недовольно крякнули. Они не рассчитывали на то, что им удастся воспользоваться карабинами, а потому оружие осталось на позиции, и им пришлось довольствоваться лишь ролью сторонних наблюдателей.

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Обстрел со стороны основного отряда арачей продолжался до тех пор, пока была необходимость прикрывать отход их товарищей с пирог. Едва они ушли за возвышенность, все и закончилось. Пароход приткнулся к берегу, раздалась команда искать убитых и раненых пинков. При этом Крайчек пообещал устроить веселую жизнь тому, кто попытается добивать раненых. Кричал он настолько громко, что Михалу и Брылю прекрасно все было слышно, чего уж говорить о тех, кто находился на пароходе.