Чтение онлайн

Пока Андрей бегал с бумагами, наступил конец рабочего дня. Как не хватает времени!

Он сел на трамвай – все быстрее, чем ногами.

Понятыми пригласил двух доминошников.

Дверь открыл помятый, явно с похмелья, Иван. Он увидел Андрея и двух доминошников в качестве понятых и попытался закрыть дверь, но Андрей успел поставить ногу в дверной проем.

– Гражданин Самойленко? – строго спросил он.

Обычно обращение «гражданин» и официальный тон сразу показывают, что это говорит представитель власти.

– Ну?

– Мы к вам с обыском, вот постановление. – Андрей вытащил из кармана и развернул лист бумаги.

Иван попытался прочитать, но, похоже, не смог; однако синяя печать произвела впечатление.

– Чего надо?

– Для начала – впустить нас в квартиру.

Андрей сделал шаг вперед, и Иван вынужден был отступить на шаг, и потом и вовсе попятился, пропуская его.

Понятые вошли следом.

– Предлагаю вам добровольно выдать то, что принес вам гражданин Фандера. Надеюсь, вы знаете такого?

– Семен, что ли?

– Он самый.

– Нет у меня ничего.

– Если найдем, пойдете подельником по делу.

– Он что, стянул у кого-то вещи?

– Серьезнее. Он обвиняется в убийстве и краже.

Иван, хоть и был с тяжкого похмелья, сообразил, что статья серьезная, и вытер ладонью враз вспотевший лоб.

– Вот же сволочь, так подставить! Мне попить надо.

– Пейте.

Иван прошел на кухню. Андрей направился следом – вдруг Иван попробует уничтожить улику? Скажем, выкинет в форточку.

Иван открыл кран, нагнулся и прямо из крана напился, шумно прихлебывая. Руки его тряслись. И запашок был тяжелый.

– Приносил он мне пакет, несколько дней назад было это. Только я ни сном, ни духом, клянусь, гражданин начальник! Сказал – в коммуналке живет, боится, как бы не пропали вещицы.

– Неужели он вам так доверял?

– А вы у него спросите! – Иван набычился и смотрел исподлобья.

Андрей не доверил бы пьянице на хранение даже пустую бутылку.

– Спросили уже.

– Он арестован?

– Так вы выдадите пакет? Или мы приступаем к обыску?

– Сейчас. – Иван взял замусоленную табуретку и поставил ее у стены. Едва не упав, встал на нее, сунул руку в отверстие вентиляции и вытащил оттуда пакет из черной плотной бумаги, туго перетянутый крест-накрест бечевкой.

– Вот. – Он протянул пакет Андрею.

Понятые толкались в дверях кухни.

– Граждане понятые, вы видели, как пакет извлекли из вентиляционного отверстия?

– Да, – подтвердили доминошники.

– Гражданин Самойленко, положите пакет на стол.

Иван спрыгнул с табуретки и положил пакет на стол.

– Дайте мне нож или ножницы.

Иван протянул Андрею кухонный нож.

Оперативник разрезал бечевку, развернул бумагу. Понятые и сам Иван не сводили с пакета глаз – Андрей специально встал так, чтобы они видели, что в пакете. Разрезал бечевку и бумагу.

На бумаге лежал мужской золотой перстень – довольно массивный. Его украшал крупный бриллиант. В скудном свете тусклой лампочки он переливался искрящимися лучами света.

У понятых вырвался вздох – то ли удивления, то ли восхищения.

– Граждане понятые, попрошу подойти и осмотреть найденное.

– Отметьте в протоколе, что я выдал его добровольно! – тут же подал голос Иван. Наверное, он и сам не знал, что хранит драгоценность.

Андрей уселся писать протокол.

– Ну вот. В изъятом пакете обнаружили перстень из желтого металла с монограммой «Ф» и прозрачным камнем. Распишитесь.

– А почему сразу не написать, что перстень золотой, а камень – бриллиант? – удивился один из доминошников.

– Это только экспертиза покажет, золотой он или нет. Вдруг искусная подделка?

Понятые разочарованно вздохнули.

Андрей сложил протокол обыска и вместе с пакетом уложил в карман.

– Гражданин Самойленко, находятся ли в квартире иные предметы, переданные вам на хранение посторонними лицами?

– Нет, у меня же не камера хранения. – Иван опять присосался к крану с водой.

– Я вынужден досмотреть квартиру.

Иван от удивления икнул:

– Я же сам выдал пакет… Да смотрите, у меня ничего нет.

Дальнейший обыск ничего не дал.

Обстановка в квартире была более чем скромная: железная кровать с панцирной сеткой и грязным бельем, почти пустой шифоньер и тумбочка с батареей пустых бутылок. И везде – пыль и грязь.

Андрей, пока обыскивал квартиру, весь покрылся пылью и паутиной. На лестничной площадке он долго отряхивался.

Один из понятых, поджидавший их у дома, поинтересовался:

– Так вы его не заберете?

– Суд решит.

– Он ведь работяга. Выпить любит – это да, но он не преступник.

– Защищаете?

– Да я так, к слову, – смутился понятой.

Андрей приехал на Петровку и выложил перед Араповым пакет с перстнем и протокол обыска и изъятия.

Сыщик пакет развернул, полюбопытствовал:

– Хм, перстень солидный… Не знаешь, что это за буква «Ф»?

– Без понятия. Может, Фандера?

– Сомнительно. Монограмма сделана ювелиром при изготовлении перстня, а не позже.

– А вдруг этот перстень заказывал сам Фандера?

– Андрюша! – Сыщик укоризненно посмотрел на Андрея. – Перстень старой работы, не исключено – старинной. А подследственный наш носил тогда другую фамилию. Не провидец же он, чтобы знать наперед, что станет именно Фандерой.