Фтор
Шрифт:
Затем Арло услышал завывание, доносящееся сквозь отдаленный плеск текущей воды: вероятно, вой раненого животного. Он двинулся на звук неосторожно высунул голову из-за поворота стены. Посреди чашеобразной пещеры он разглядел разочаровывающе маленькое существо.
Это был обнаженный человек.
Чтобы осознать это, Арло потребовалось какое-то время, поскольку, кроме родителей и Бедокура, он редко видел других представителей своего вида. Другие были на картинках в ДЗЛ, поэтому Арло знал, что они существуют, — но те были одеты.
Возможно, это зомби. Зомби выглядят как люди, хотя ими не являются — и не только потому, что они голые. Арло сам сбрасывал стесняющую его одежду, когда выходил из дома. У зомби не было разума. Они двигались по указанию Хтона и избегали настоящих людей. Арло никогда не видел зомби-ребенка, но пещеры полны неожиданностей.
Во всяком случае, бояться ему нечего. Зомби оказался небольшой и, очевидно, неисправный. Звуки, которые слышал Арло, были плачем. Неудивительно, что они показались ему такими странными!
Даже зомби заслуживают определенного внимания. Хтон забывает иногда о них, позволяя им кое-как прозябать поодиночке вне мест обычного пребывания, и тогда они и впрямь становятся беспомощными. Арло мог бы проводить этого зомби к его спутникам.
— Здравствуй, — сказал он, подходя к нему — но не слишком близко. От зомби всего можно ожидать.
Голова поднялась. По грязному лицу текли слезы, а за спутанными желтыми прядями сияли огромные глаза.
— Здравствуй.
Арло вздрогнул. Говорит! Зомби говорят только при непосредственном управлении Хтона. А он думал, что бог отсутствует.
— Хтон? — спросил Арло, сосредоточившись.
— Что? — произнес ребенок.
Арло взглянул в его глаза. Они были тусклыми — но Хтона там не было. Что означало…
— Ты — человек!
— Я не знаю, где нахожусь.
— Ты говоришь самостоятельно! У тебя есть разум!
— Не обижай меня!
— Как тебя сюда занесло?
— Старая тюрьма… слишком далекая прогулка, не могу найти дорогу назад…
— Тюрьма! Отсюда до нее дневной переход — для меня. Для тебя еще дольше.
Арло знал, что он хороший ходок. Он мог перегнать отца, так как был сильнее его и лучше знал пещеры, а кроме того, мог вызывать Хтона, чтобы тот придержал хищников.
— Наверное… уже несколько дней, — сказал ребенок. — Не умею здесь определять время.
Интересно. Арло определял время по ритмам больших пещер, пульсу Хтона — он автоматически переводил их в часы и дни, которые показывали родительские часы.
— Я провожу тебя туда.
Ребенок поднялся.
— Спасибо.
Теперь Арло увидел, что это девочка. По крайней мере, не мальчик. Грудь как у мужчины, но между ног не видно никакого отростка.
— Ты девочка? — спросил он с любопытством.
— Вполне.
Он пожал плечами и повернул к реке.
— Туда.
— Пожалуйста… — сказала она, уже без слез, но с прежним страданием в голосе. — Я хочу есть и устала. У тебя нет ничего съестного?
— Полным-полно свечения, — ответил он, указывая на стены.
Она недоверчиво поглядела на него.
— Вот это зеленое? Ты его ешь?
— Иногда. Или убиваю какое-нибудь животное. Или растение.
— Растения в пещерах не растут! Здесь нет солнца.
Ни одно из этих утверждений не имело смысла, и он не стал отвечать. Она задумалась.
— Значит, животное.
— Кое-какие есть в реке.
Арло повел ее туда. Она нетвердыми шажками последовала за ним. Он гадал, как она смогла забраться так далеко без пищи, если не ела свечения. И как сама не стала пищей хищника. Большинство животных держалось поодаль от тюремных туннелей (те были чересчур жаркими и сухими), но она должна была пройти и через другие места. Пока она не показала и намека на знание пещер.
Следовательно, она должна, знать, как драться. В таком случае она опасна. Атон умел драться, и Арло знал, что лучше не втягивать его в серьезное единоборство. Даже хрупкая, слабая Кокена с год назад впечатала его в стену, когда он, по ее словам, забыл, что еще носит короткие штанишки. Штаны — одежда времен ДЗЛ, надеваемая на ноги, в пещерах ими не пользовались, но Арло ее понял. Когда-нибудь и он научится боевому искусству…
Так что за этой беспомощной на вид девчушкой нужен глаз да глаз — пока он не удостоверится в ее способностях. Вероятно, найдется способ скрытно провеять их.
Арло вытащил из холодной речной воды скатомедузу. Та сопротивлялась и пыталась дотянуться до его руки жалом, но он умелым движением переломил ей псевдохребет, и она затихла. В убийстве была своего рода прелесть, но также и вина, поэтому он никогда не убивал просто так.
— Держи!
Девочка отпрянула.
— Это?
— Животное. Его едят.
— Сырое?
Он с недоумением посмотрел на нее.
— Оно же мертвое. Я его убил. Ты хотела, чтобы оно жило?
— Ты его не приготовил!
В раздражении Арло осадил ее:
— Ты хочешь его поджарить? — (Кокена поступала так с мясом и совершенно его портила.)
— Да.
— Зачем?
— Чтобы сделать съедобным!
— Оно и так съедобное!
Она села и прислонилась к стене, вытянув ноги. Они отличались от его ног: не такие жилистые, поокруглее. По-своему славные.
— Пожалуйста… мы можем его приготовить?
— Когда доберемся до огненного языка, — ответил Арло. Его взгляд проследовал вдоль ее гладких ног до места их соединения, где находился не детородный член, а некая складка. По какой-то причине она его заинтересовала.
— Хорошо, — согласилась девочка с легким вздохом. — До огненного языка. — Ее тон показывал, что она не понимает, о чем говорит.
Раздражение Арло боролось с любопытством.
— Дай поглядеть, — потребовал он.
— Что?