Фурцева
Шрифт:
Так что вождь прислушивался к рекомендациям врачей.
— Когда говорят, что Сталин не заботился о своем здоровье, гнал докторов и лечил его Поскребышев, это не соответствует действительности, — рассказывал профессор Владимир Павлович Наумов, который разбирал личные документы вождя. — Поскребышев отвечал за приглашение врачей. И он первым глотал все таблетки, которые прописывались Сталину!.. Этот средневековый способ избежать отравления — еще одно свидетельство того, что Сталин боялся за свою жизнь и никому не доверял.
Многие люди работали в секретариате Сталина. Одних он выдвинул на повышение, от других избавился. Только одного Поскребышева постоянно держал возле себя. Должность Александра Николаевича называлась по-разному. В 1923–1924 годах он руководил управлением делами ЦК. С 1924 по 1929 год был помощником секретаря ЦК, затем его сделали сначала заместителем заведующего, а затем и заведующим секретным отделом ЦК (делопроизводство политбюро и личная канцелярия Сталина). В соответствии с новым уставом ВКП(б), который был принят на XVII съезде в 1934 году, секретный отдел ЦК переименовали в особый сектор. Поскребышев был поставлен заведовать этим сектором 10 марта 1934 года.
Он рассказывал, как руководил всей сталинской канцелярией:
«Все документы, поступавшие в адрес т. Сталина, за исключением весьма секретных материалов МТБ, просматривались мною и моим заместителем, затем докладывались т. Сталину устно или посылались ему по месту его нахождения».
Поскребышев получил генеральские погоны. Его сделали депутатом Верховного Совета и даже председателем комиссии законодательных предположений Совета Союза. После XIX съезда (1952 год) он стал именовать себя секретарем президиума и бюро президиума ЦК. Но он как был, так и остался необразованным и малограмотным человеком. Аппаратный склад ума помогал ему угадывать желания вождя, когда речь шла о внутриполитических интригах.
Высшие руководители, как правило, не отличались крепким здоровьем. Сказывались тяжелые нагрузки военного времени и неправильный образ жизни. Мало кто занимался физкультурой, зато почти все переедали, не ограничивали себя в спиртном, много курили. В недрах аппарата в 1947 году подготовили проект совместного постановления ЦК ВКП(б) и Совета министров, направленного на оздоровление политической элиты:
«Анализ данных о состоянии здоровья руководящих кадров Партии и Правительства показал, что у ряда лиц обнаружены серьезные заболевания сердца, кровеносных сосудов и нервной системы со значительным снижением трудоспособности. Одной из причин указанных заболеваний является напряженная работа не только днем, но и ночью, а нередко даже и в праздничные дни.
ЦК ВКП(б) и Совет министров СССР считают, что сохранение здоровья и трудоспособности руководящих работников Партии и Правительства является государственным, а не только их личным делом. В целях максимального сохранения здоровья руководящих кадров и для предупреждения преждевременного снижения их трудоспособности ЦК ВКП(б) и Совет министров СССР постановляет:
1. Установить следующий распорядок дня и режим работы для руководящих работников Партии и Правительства:
а) начало рабочего дня — в 13.00, конец рабочего дня не позднее 1 часа ночи с двухчасовым перерывом для обеда и дневного отдыха. В субботние и предпраздничные дни заканчивать работу не позднее 20.00;
б) запретить работу в выходные и праздничные дни;
в) запретить проведение заседаний и совещаний в промежуток времени от 17.00 до 20.00; установить длительность совещаний не более 3 часов. Курение во время заседаний запретить…
2. Считать обязательным для каждого руководящего работника использование ежегодно месячного очередного отпуска. Для лиц, нуждающихся в санаторно-курортном лечении, должны быть установлены по медицинским показаниям время и длительность отпуска, а также и место его проведения.
3. Обязать руководящих работников Партии и Правительства строго выполнять назначенный врачами пищевой режим, предусматривающий характер питания и приемы пищи не менее трех раз в день. Для организации рационального и лечебного питания передать столовую МГБ СССР в ведение Лечебно-Санитарного Управления Кремля…»
Молодым ушел из жизни Щербаков. Вслед за ним умер член политбюро и секретарь ЦК Андрей Александрович Жданов. Сам Сталин старел и дряхлел на глазах.
В первых числах октября 1946 года он уехал на юг отдыхать.
Об уходе вождя в отпуск в газетах, ясное дело, не писали. Показалось, что Сталин просто исчез, и никто из чиновников не решился объяснить, где он. Иностранные журналисты стали говорить, что его отправили в отставку, что он тяжело болен или вообще уже умер, только русские не знают, как об этом сообщить. Слухи в Москве распространялись с поразительной быстротой. Секретарь райкома Фурцева тоже не знала, где Сталин, но многие думали, что уж ей-то все известно.
Двадцать восьмого ноября 1946 года заместитель заведующего оргинструкторским отделом МГК Каплан и заведующий сектором информации Подельщиков доложили Попову о политических настроениях среди трудящихся:
«Среди рабочих и служащих имеют место многочисленные разговоры, связанные с отсутствием т. Сталина на торжественном заседании 6 ноября, посвященном 29-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, и на параде
7 ноября, и что приказ подписывает т. Булганин. Многие высказывают предположение, что отсутствие т. Сталина на торжествах обусловлено его болезнью, и выражают тревогу и сожаление в связи с этим.
Работница трамвайного депо им. Щепетильникова (Советский район) т. Финисова с волнением сказала: „Я была поражена, когда 7 ноября не увидела т. Сталина на трибуне. Только ради того я шла на демонстрацию, чтобы посмотреть на нашего любимого вождя. Что случилось? Не заболел ли он? Ведь в газетах не сообщалось, что т. Сталин находится в отпуске“.
„В народе распространяются слухи, будто бы т. Сталин болен, — заявил рабочий завода „Котлоочистка“ (Красногвардейский район) т. Беляев, — и действительно, чем можно объяснить его отсутствие на торжественном заседании и на параде? Неудивительно, если это правда. Ведь т. Сталин вынес на своих плечах всю тяжесть войны. Наверное, он подорвал свое здоровье“.
Слесарь типографии „Красное знамя“ (Коминтерновский район) т. Зайцев в частной беседе уверял группу рабочих, что будто бы произошло крушение поезда, в котором ехал т. Сталин на юг отдыхать, и что в данное время он находится в тяжелом состоянии.