Фурия
Шрифт:
– Не вижу нигде Луану… – с тревогой осмотрела каждый угол тренировочной площадки.
– Мам, да там она. У арены. Её любимый папочка снова кого-то калечит. Ты что? Луану не знаешь?
Я лишь цокнула, слушая снисходительное заверение Фреи.
Когда мы подошли к арене, Луана так и не обнаружилась. Зато два здоровых лба дрались на постаменте, мастерски размахивая кулаками и ставя блоки.
– Пап! Ну, сколько можно?! – перешла к активным действиям Фрея, пока я решила пройтись по парку в поисках своего второго сокровища. – Сантин! Слезай немедленно! И где подевался Аларик?! МакРаф по-дружески попросил познакомить его с сианой Сорура, милый, а ты занимаешься ерундой!
Кто такой Аларик МакРаф я узнала, завернув за угол высокой живой изгороди. Слушать препирательства молодой пары было интересно, но Луана так и не нашлась.
Порядочно отдалившись от арены, наконец, услышала родной голосок.
– Значит, ты – принцесса?
– Я – фурия, уважаемый, – задрав подбородок, слишком чопорно для восьмилетней ответила моя дочь. – А уж потом принцесса!
«Всё, как я учила… – я улыбнулась, гордясь моей крохой. Луана уже сейчас больше подходила на роль сианы, чем Фрея. – Избаловал Ильяс Фрею!»
– Ну… здорово. А ты знаешь, что каждой принцессе положен принц? – собеседник моей дочери резко перетянул на себя мой пристальный взгляд.
«Тааааак… а это кто вообще?!»
Ярко-рыжие волосы высокого красавца первым делом привлекли внимание. Лицо молодого мужчины ни в чём волосам не уступало. Идеальные черты… и очень обворожительная улыбка! Прям гроза всех девичьих сердечек!
Прижавшись к живой изгороди, затаилась. Было интересно, к чему ведёт этот молодчик. С какой стати вообще разговаривает с моей девочкой… Хотя в глубине души уже догадалась.
«Но… проклятущие мананги! Как же рано!»
– Что здесь происходит? – Ильяс появился словно из-под земли! Я чуть не взвизгнула от неожиданности!
– Чччччч! – зашипела на дракона, радуясь, что у фениксов слух не сильная сторона.
Дёрнув Рогмара за рукав, прижала его к своему укрытию, накрывая рот мужа рукой.
– Знаю, – тем временем ответила Луана. – Мама мне каждый вечер сказки читает.
– Воооот… а ты хочешь свою жизнь превратить в сказку?
– Зачем мне это?
– Ну… Чтобы всё было волшебно… единороги там, радуга над водопадом…
– Пф! – фыркнула Сиана. Что ещё придумаешь?
Кажется, молодой феникс смутился от вопроса моей малышки. Видно, что ему непривычно пытаться понравится женщинам. Очевидно, раньше дамы вешались на него пачками. Красавчик обходился природными данными, а тут моя кукла нос воротит! Ха!
– Что за хер? – зашипел Ильяс, напоминая о себе.
– Тц!
– Никаких «ц»! Быстро отвечай, а то я сейчас ему голову оторву.
Я тихо засмеялась, вжимаясь в торс мужа.
– Зачем же так быстро прекращать его муки? Луане годы трепать ему нервы, а ты сразу хочешь помочь ему так легко избавиться от связи истинных.
– ЧТО?!
Понятное дело, что такой рёв нас не смог не обнаружить! Более того! Мне на секунду даже показалось, что возмущённый рык Рогмара был услышан даже на окраинах Палбрума!
– Ильяс! – я пыталась вцепиться в рубашку мужа, только куда там?! Озверевшего папашу, у которого уже второй раз какой-то незнакомый мужик собирается забрать дочь, никому не удержать.
– Отошёл прочь! Луана… на занятия шагом марш! Тебя там госпожа Фезим уже обыскалась.
– Хорошо, папочка. Я просто хотела нарвать госпоже Толе маргариток.
Ильяс одним движением вырвал куст маргариток и вручил его Луане, не спуская глаз с рыжеволосого парня.
Феникс всё время стоял молча, почтительно склонив голову.
Но когда дочь вприпрыжку ускакала с копной маргариток, с корней которой сыпалась земля, открыл рот, чтобы что-то сказать.
Не успел.
Рогмар поднял указательный палец и почти тыкнул им в нос парня.
– Никаких водопадов! Заруби себе на носу, малец! И чтоб я тебя в пределах Аскитона вообще не видел, пока Луане не исполнится восемнадцать… нет! Двадцать пять лет! Усёк?! Явишься раньше, и я тебе сам радугу-дугу на лбу нарисую!
Тихо посмеиваясь, ласково погладила мужа по вскинутой руке.
– В шестнадцать. Прекрасное время для знакомства, молодой человек. Приглашаем вас на день рождения дочери заранее… Ждать совсем не долго. Восемь лет – крупица на пути тысячелетий фениксов. В остальном муж прав. Не мучьте ни себя, ни нас. Воздержитесь от посещений Аскитона.
Феникс вздохнул, распрямляя плечи.
– Меня зовут Аларик МакРаф… и я приду на день рождения вашей дочери через восемь лет!
Взмахнув рукой, парень воспламенился, оборачиваясь в красного феникса.
Один взмах, второй… и красавец исчез в перистых облаках.
– Позёр! – фыркнул Ильяс, дрожа от негодования. Не держи я его руками. Кто знает, может следом за фениксом уже летел бы страшный советник Цароса.
Поднявшись на носочки, поцеловала любимого в уголок губ.
– Не нервничай так… У нас ещё целых восемь лет! К тому же не забывай, Абелии только четыре.
– Помню, – нахмурился муж, тем не менее с удовольствием подставляя губы для моих быстрых поцелуев. – Надо приказать, чтобы её день и ночь сторожили наши горгулы. Прикажи охранять её Алесу Лантару лично! И указ издай! Чтобы ни один из мужчин не смотрел в глаза младшей принцессе фурий Абелии Ортеган!
– Не пори горячку, родной…
Ильяс состроил несчастную мину, страдальчески скривившись:
– Ну, почему фурии не рожают мальчиков? Эти девочки сведут меня в могилу. Одни нервы!