Чтение онлайн

Губы Кэт расплылись в медленной, чувственной улыбке, и Гадесу потребовалось больше выдержки, чтобы не наклониться и нежно её поцеловать.

– Я бы сказала, что ты очень высокомерный, но уверена, ты и так это знаешь. И мне это нравится.

Чёрт, он понятия не имел, как справиться с этой маленькой мегерой. Она выглядела одновременно невинной и опытной, и Гадес не знал, что из этого более правдиво.

Может, пришло время это выяснить.

Сердце Кэт так сильно колотилось, что она удивлялась, как это вокруг него на ткани не проступили синяки. После месяцев попыток поймать взгляд Гадеса, она заполучила его целиком. Кэт заполучила его внимание, взгляд и, если повезёт, заполучит его в ту кровать-гроб.

Да, у них имелись неотложные дела, но в этот момент они были на заднем плане, потому что всё, о чём Кэт заботилась, был передний план. И то, что было перед ней.

Проблема в том, что Кэт понятия не имела как продолжить. То, что произошло с Зубалом, было катастрофически неправильным, и Кэт не хотелось повторять ошибки, которые она совершила с ним. Ей просто хотелось знать что именно делать.

Боги, лучше не повторять тот инцидент с Зи.

Кэт закрыла глаза и ощутила на коже уникальное сочетание добра и зла Гадеса. Она могла сравнить добро с игристым вином, а зло – с виски, а Гадес был головокружительным сочетанием и того, и другого.

Насыщенный углекислотой виски. Может, и странный вкус, но её кожа оживала от тепла, которое распространялось от головы до кончиков пальцев ног.

И особенно оно сконцентрировалось на её женственных частях.

Восхитительно.

– Гадес... – Едва имя сорвалось с её губ, его рот обрушился на её.

– Этого ты хочешь? – прорычал он ей в губы. – Когда дело касается женщин, желающих меня трахнуть, я не ставлю под сомнение мотивы, но ты ставишь меня в чёртов тупик.

Кэт совсем не находилась в замешательстве. Зубал... Он был экспериментом. От начала и до конца. Да, он ей нравился. Он был резким и грубым, но никогда не проявлял жестокость. По крайней мере, она подобного не видела.

Но Гадес был исключительным. От одежды и до волос, он затмевал остальных падших ангелов. И когда большинство падших ангелов были серьёзными и строгими, Гадес был игривым, и даже порой глупым.

Однажды, когда Танатос, один из Четырёх Всадников Апокалипсиса, явился в Шеул-гра со своим карапузом, Кэт видела как Гадес следовал за визжащим мальчуганом через весь дворик, а затем схватил его и принялся ирокезом щекотать животик.

Кэт заворожено следила как легенда вроде Гадеса, мужчины, чья работа состояла в том, чтобы делать для миллионов демонов жизнь несчастной, с такой нежностью держал на руках ребёнка. И делал он это с таким радостным энтузиазмом, не заботясь о том, что за ним могут наблюдать. Сколько раз Кэт видела как гордый мужчина принимался веселиться, как будто наслаждаться жизнью и показывать эмоции было правильно и сильно?

Да, для этого нужно было обладать силой, какой владел Гадес, способный рассмеяться шутке или наслаждаться визжанием ребёнка.

Это был поворотный момент, и Кэт решила, что должна лучше узнать Гадеса. И в этот же момент она также решила, что хочет ощутить, как его синий ирокез щекочет её чувствительные местечки.

Прежде чем она что-то смогла ему ответить, Гадес развернул её и прижал к стене. Кэт изумлённо ахнула, ощутив, как к ней прижимается его возбуждённый член. О, славные Небеса, каково было бы ощутить его в себе?

– Многие женщины хотят меня, потому что я чудовище. – Он потёрся о неё, и Кэт застонала от эротического давления. – В этом и состоит твоя игра? Трахнуться с пресловутым тюремщиком преисподней и заработать несколько очков?

В его голосе слышалась нотка горечи, но Кэт не могла сказать, горечи из-за того, кем он являлся... или из-за мысли, что она хотела его только из-за престижа. В любом случае, ей захотелось его обнять.

Не так давно Кэт считала Гадеса чудовищем, но даже если бы она не увидела, как он играет с ребёнком или как крошит хлеб из кухни Азагота, чтобы покормить голубей, рассказы Лиллианы об искуплении Азагота тронули её.

Азагот сидел на своего рода обрыве зла, с которого не было возврата, но Лиллиане удалось выманить его с края. О, в нём по-прежнему таилась тьма – та, из-за которой Кэт несколько дней болела, случайно коснувшись его. У неё было ощущение, что если что-то случится с Лиллианой, Азагот упадёт в чёрную, злую дыру, и никогда оттуда не вернётся.

Но Гадес со всеми его злыми поступками и злорадством, каким-то образом не стал ядовитым. Поэтому, нет, он не был каким-то дьяволом, и в обратном её не убедит.

Кэт подняла ногу и обвила ею Гадеса, чтобы быть к нему ещё ближе. Пытаясь подстроиться под его движения.

– Я не считаю тебя чудовищем.

Гадес задел её ухо зубами.

– Почему? – прорычал он так тихо, что потрескивающее пламя камина едва не поглотило его слова.

Кэт могла бы ему напомнить об истории с Танатосом. Могла рассказать, каким красивым он был, когда смеялся с Лиллианой. Могла упомянуть тот раз, когда она видела, как он улыбался, наблюдая за играющей у края леса рядом с особняком Азагота парой лис.

Но по какой-то причине Кэт хотелось, чтобы он знал, почему её мнение о нём такое личное.

– Потому что я работала с Гетель, – прошептала она. – Она была предателем, планировавшем с Мором убить новорожденного и начать апокалипсис.

Гадес просунул между ними руку и провёл кончиками пальцев по грудям Кэт, и та ощутила дрожь в коленях.

– Значит, ты уподобляешь меня святому.

– Нет. – Кэт прикусила его губу. – Я говорю, что ты другой. Ты зло, но в тебе есть и добро.

– Ты этого не знаешь.