Ганс
Шрифт:
Я не особенный. Я просто человек. Но я человек со средствами и волей, чтобы сделать то, что должно быть сделано.
Я знаю, что можно привести аргумент, что, исходя из численности моих убийств, я тоже заслуживаю смерти. И я не настолько лицемерен, чтобы спорить с этим. Но пока я не найду противника, способного покончить с моей жизнью, прежде чем я смогу украсть его жизнь, я не буду об этом беспокоиться.
Впереди меня из тени у основания уличного фонаря выходит фигура.
Ее волосы собраны в беспорядочный узел на макушке, но даже в тусклом свете я узнаю их ярко-рыжий цвет.
Она одета на работу в черные брюки-карго и обтягивающую черную майку. И я знаю, если бы я увидел ее двадцать минут назад, она бы тоже щеголяла несколькими видами оружия.
«Это было быстро», — ухмыляется Кармин, останавливаясь с другой стороны моего пикапа.
«Без комментариев», — отвечаю я, направляясь к задней двери.
Она опирается локтями на приподнятую сторону кузова, пока я опускаю дверь багажника, чтобы положить оружие на место.
Она приподнимает бровь, глядя на мой «Глок» с глушителем, но ее любопытство уже удовлетворено.
Я хотел поторопиться.
Прежде чем закрыть багажник, я бросаю дорожную сумку в кузов грузовика и толкаю ее так, чтобы она остановилась перед Карминой.
Двигаясь так, чтобы оказаться напротив нее, я прислоняюсь к своему грузовику таким же образом. Просто два друга болтают на парковке после ночи в баре.
Но внутри бара три трупа, так что нам не стоит долго болтать.
«Там что-то есть…» Она постукивает кроваво-красным ногтем по моему грузовику, и я словно вижу, о чем она думает. «Кто эта девушка?»
Я моргаю один раз. «Я не понимаю, о чем ты говоришь».
Она закатывает глаза. «Как ты можешь быть таким плохим лжецом?»
Я сжимаю челюсти, затем выдыхаю. «Она моя соседка».
Глаза Кармины расширяются. Мой ответ застает ее врасплох.
Реакция заставляет мой рот растянуться в полуулыбку. «Приятно видеть, что я все еще могу тебя удивить».
Мы встретились десять лет назад. Я десять лет шел к своей кровавой мести, а она всего несколько месяцев искала, чем себя занять после того, как выжила.
Мы оба были в одном месте по одной и той же причине. Для нее это было личное. Каждый раз. Так же, как каждое убийство для меня.
Это все чертовски личное.
В следующий раз, когда я столкнулся с Карминой на охоте, с ней было еще четыре женщины. И они жаждали крови. Поэтому я познакомил их со своим торговцем оружием.
И когда я увидел ее в третий раз, она управляла командой из пятнадцати человек. Все чертовски крутые женщины, которые прорвались на свободу. Поэтому, когда Кармина спросила, не хочу ли я поделиться разведданными и взять на себя несколько ударов для нее, я сказал да.
Я был один так долго, что было приятно, когда охотился кто-то другой. Приятно не делать каждый чертов шаг самому. Только они сделали больше, чем я когда-либо мог. Они дали женщинам, которых нашли, безопасность. Они дали им выбор.
Я всегда был сосредоточен на разрушении и знал, что гожусь только на убийство.
Армия Кармины — это нечто гораздо большее.
И я счастлив быть их оружием.
«Не могу сказать, что я ожидала увидеть девушку по соседству», — прерывает свое ошеломленное молчание моя подруга.
«Это не так», — признаю я, уверенный, что она делает неверные выводы.
«Конечно», — она растягивает слово.
«Это не так. Я даже не разговариваю с ней».
Кармина прищуривается, а я поджимаю губы.
«Ты шептал, когда я звонила тебе раньше…» Я с тревогой наблюдаю, как она складывает слова воедино. «Ганс, скажи мне, что ты не был у нее дома».
«Слушай», — начинаю я, и я уже знаю, что буду звучать как долбаный извращенец. «Я не делаю это, чтобы извратить ее или что-то в этом роде. Я просто хочу убедиться, что она в безопасности».
«Пробираясь к ней в дом средь бела дня? Пока она там?»
«Когда ты так говоришь».
Кармин фыркает. «Чувак, я знаю, что ты не такой, как эти придурки». Она указывает рукой на бар. «Но, может, тебе стоит попробовать провести больше времени с нормальными людьми. Потому что так нельзя. Ты молодец, но она тебя поймает. И это будет очень плохо».
«Я не… Она не…» Я провожу рукой по лицу. «Изначально её там не не было. Я уснул…»
Кармина заглушает мои слова своим громким смехом.
Спустя несколько долгих секунд она наконец переводит дух, и я смотрю на нее скучающим взглядом. «Ты закончила?»
Она смахивает слезу с глаза. «Боже, Ганс. Ты не можешь просто сделать эту девочку Златовлаской и ожидать, что вы будете жить долго и счастливо».
«Голди…» Я качаю головой. «Может, я и ебанутый, но я не брежу. Я знаю, что моя история не об этом».
«Что? Счастье?» От ее грустного взгляда у меня сжимается живот.
Она знает мое прошлое так же, как я знаю ее. Она знает, что тяготит мои плечи. Она знает, что я опоздал.
Выражение лица Кармина смягчается. «Ты более чем уравнял чашу весов правосудия. Черт, ты покончил со столькими негодяями, что в одиночку заполнил один из кругов ада».
«И это значит, что я выиграю белый штакетник?»
Она вздыхает, не вынося моей жалости к себе. «Это значит, что ты можешь подумать о том, чтобы, не знаю, не быть таким долбаным неудачником. Уйти на пенсию. Построить свою жизнь. Попробуй поговорить с девушкой, которую преследуешь. Пригласи ее на свидание».
«Я не сталкер…» Я обрываю себя, потому что, по определению сталкера, я думаю, что, вероятно, являюсь им. Поэтому я меняю тему. «Ты только что сказала мне уйти на пенсию?»