Чтение онлайн

— Как же твой недуг, Владетель? — повторил Лоэр.

— Хуже стало, Лэр… Уже два раза было… это.

— Тебе вовремя передавали лекарство?

— Как ты велел.

— Не обижают ли тебя люди наместников?

— Нет, Лэр. Но Владетелю худо. Очень худо!

— Ты много пережил за это время. Продолжай лечиться и скоро станешь совсем здоровым.

— Спасибо Лэру… за все… Владетель был глуп.

— Хватит! — прервал их Орант. — Я вызвал тебя для того, чтобы ты подписал указы вернуть свое войско обратно от северной границы, а рабочим верфи продолжать постройку кораблей.

Никор тупо уставился в исписанные Лоэром листы и, видимо, ничего не соображая, поставил свою печать.

— Теперь уходи.

Никор бросил жалобный взгляд на Лоэра и послушно направился к двери.

— Ну что, довольны, Лоэр? — спросил Беф Орант, когда они остались одни. — Только не пойму, почему вы сейчас не хотите дать волю своему Никору и заложникам?

— Отлично понимаете, эрат: еще не пришло время.

— Вам виднее…

В полной мере Лоэр не спал много ночей, находясь неотлучно возле Бефа Оранта. Он постоянно пил отвар, приготовленный из зерен кофейного дерева, а бывшему суперату давал на ночь теплую кипяченую воду с медом, чтобы тот не просыпался до самого утра. Беф Орант набирался сил, а Лоэр заметно терял их.

Во второй половине четырнадцатого дня Лоэр увидел, наконец, трех всадников в синих плащах, слушавших молодую певицу. Она пела низким грудным голосом, пристально вглядываясь в каждое из окон второго этажа дворца:

Бодрствуй, проснись, змея, повелительница сияния!

Иди на тех, кто противится мне!

Пошли смерть на тех, кто стоит на моем пути!

Нагрянь на них, подобно молнии!

Истреби их своим огненным дыханием!..

Лоэр вслушивался в слова песни и чувствовал, что начинает слабеть. Он резко отвернулся от окна и залпом выпил остатки черного отвара вместе с гущей… Значит, костер на горе уже зажжен! Значит, люди бывшего суперата уже уходят из города и прячутся в свою пещеру! Пусть недоумевают, пусть пугаются внезапного сигнала: сейчас оба входа блокируют прибывшие с севера конные отряды Никора!.. Час полного избавления близок!

— Эрат! — Обратился Лоэр к Бефу Оранту. — Пригласите сюда Владетеля. После этого дадите распоряжение трижды протрубить сбор и выстроите всех ваших людей на площади дворца спиной к воротам, и обязательно тех, кто находится в подвале с заложниками!

— Выходит… — Бледно-оливковое лицо Оранта, казалось, стало совсем прозрачным.

Лоэр протянул ему румяна и попросил слегка подкрасить щеки. Орант неохотно повиновался.

— Ну, ну, эрат, — подбодрил его Лоэр, — не раскисайте, больше думайте о жизни!

— Я проклинаю вас!

— Это ваше право. Только не делайте глупостей. Я все время буду рядом.

Никор пришел в сопровождении тех же командиров, тоскливо посмотрел на Лоэра и опустил голову.

— До меня дошли слухи, Владетель, — строго сказал Орант, — что твои люди каким-то образом проведали о случившемся здесь, во дворце.

— Я ничего не знаю, — тихо ответил Никор, беспомощно опустив плечи.

— Ты-то не виноват. А кто? — Орант хотел пройтись по палате, но, почувствовав прикосновение руки Лоэра, остался на месте. — Ладно, разберусь. — Он обратился к своим командирам: — Прикажите трижды протрубить сигнал сбора. Людей соберите перед входом во дворец — всех до единого! — я буду говорить с ними.

— Всех, великий суперат?

— Я, кажется, ясно сказал, Шор. Даже тех, кто сидит с заложниками.

— Повинуюсь. Но… вы остаетесь с… Позвольте взять у них оружие?

— Оружие? Ах, да… — Орант оглянулся на Лоэра. — Зачем? Неужели вы думаете, что… они… что у них хватит ума на самоубийство?

Лоэр побоялся, что замешательство бывшего суперата может стать подозрительным, и тотчас пришел ему на помощь:

— Не тревожьтесь, эрат: необдуманными действиями мы могли бы подвести под удар заложников, а это не в наших интересах, не так ли, Владетель?

— Да, Лэр…

— Впрочем, если на то будет ваша воля, мы готовы на время отдать свои мечи.

— Перестаньте! — Беф Орант явно забыл о предостережениях и неторопливо пошел к окну.

Лоэр еле удержался, чтобы не сунуть ему под ребра кинжал, — поспешил следом и со скучающим видом стал смахивать с плаща приставшую колючку. Орант опомнился:

— Перестаньте — вы с Владетелем должны быть со мной… Вас должны видеть при оружии! Ступайте, ступайте, эраты, собирайте людей!

Как только командиры скрылись за дверью, бывший суперат опустился в кресло и вытер крупные холодные капли на лбу. С крыши дворца понеслись бодрые звуки труб. Они просигналили три раза. Лоэр облегченно вздохнул и обратился к Никору:

— Владетель, прошу пересчитать стражников, которые поднимутся из подземелья.

Никор слабо покашлял и послушно выглянул в окно.

— Двадцать четыре, — сообщил он через минуту.

— Отлично! Все до единого! Стража уже строится?

— Да, Лэр…

— Спиной к площади?

— Да, Лэр.

Лоэр шагнул к окну — и в тот же момент ворота широко распахнулись, и на площадь дворца хлынул поток всадников в синих плащах. Проскочив ворота, они тут же разделились на группы и в одно мгновение захватили все важные объекты и обезоружили собравшихся перед дворцом солдат. Никор завороженно смотрел вниз и еще ничего не понимал. Лоэр поклонился ему, как того требовал ритуал, и торжественно сообщил:

— Владетель свободен! С этого момента он может повелевать своим народом, как прежде, и ничего не опасаться, ибо враги его повержены и уже никогда не поднимут меча против него!

— Лэр… Лэр… — По щекам Никора скатывались слезы, он сначала беспомощно стоял на месте, потом также беспомощно заметался по залу — то к окну, то к Лоэру, и пришел в себя лишь после того, как в палаты со своей свитой вбежал тысячник Жорт.

— Владетель! — воскликнул он, опускаясь на колени. — Нет больше недругов твоих!

Ноги у Никора стали вдруг непослушными, он прислонился к стене, но почувствовал, что стоять не может, и сел.

— Лэр, Лэр, — прошептал он, указывая на Жорта. — Скажи ему…

Лоэр поднял тысячника, обнял его:

— Владетель благодарит тебя, друг мой, и жалует должность командира трехтысячного оклада. А сейчас Владетель хочет знать о положении дел возле пещеры.

— Вроде, не все вышло, как хотели, большой эрат…

Долго не было никаких известий из долины, и Лоэр хотел отправить туда гонцов, но тут к дворцу прискакали на взмыленных конях три всадника и сообщили о победе. Начало, правда, не было удачным. Зажженный на горе костер — сигнал ухода людей Бефа Оранта в укрытие, — видимо, касался не всех: кое-кто остался в городе и, узнав о перевороте, сумел проскочить в пещеру и сообщить о случившемся.