Гармония
Шрифт:
Его ошарашила мысль, что он разговаривает с самим собой. К этому времени шестилетний Альбрехт сел на траву и снова уткнувшись лицом в ладони, расплакался.
Взрослый же Альбрехт, растерявшись, опустился на траву рядом и прикоснулся к его руке.
– Что случилось?
– Забыли обо мне? – всхлипнул мальчик. – Никому я не нужен! Используют меня! А не любят!
– Ну, что ты! Тебя любят! – возразил взрослый Альбрехт. Он не очень помнил этот свой возраст. Но, кажется, он тогда не переживал по такому поводу.
– Нет, меня не любят! Потому, что я не герцог, а мой брат герцог!
Альбрехт вытаращил на него глаза. Откуда ОН в шесть лет знал о Мерлине?!
– Я герцог! И ты значит герцог тоже!
– А она ведь не знает! – перестав всхлипывать, вытер нос рукой мальчишка.
Ребенок долго переминался с ноги на ногу, а потом вытянул вперед руку и указал пальцем куда-то перед собой.
Альбрехт повернув голову, понял куда он показывал. Это была роща, залитая ярким солнечным светом. По сравнению с ней лес казался мрачным.
– Иди! С тобой хотят поговорить! – сказал мальчишка.
Альбрехт без расспросов пошёл туда, куда ему указали.
Оказавшись в роще, юноша прикрыл глаза рукой, чтобы не ослепнуть от яркого света. Через несколько секунд, когда его зрение перестроилось, Альбрехт смог рассмотреть стоящую возле дерева женщину с тёмными волосами. На ней было очень простого покроя платье и шерстяная шаль.
Альбрехт подходя к ней уже знал кто это. Мерлин ему говорил, что он похож на мать – Игред. У неё, так же, как и у них были тёмно-зеленые глаза.
– Мама? – голос Альбрехта вздрогнул, ведь он никогда в жизни не видел своей родной матери.
Женщина раскинула руки, и юноша подбежал к ней и прижавшись, обнял.
– Мама, мама! Неужели это ты? – повторял он, а по щеке скатилась слеза.
– Я, мой храбрый воин! – улыбнулась Игред. – Как же ты изменился, сынок!
Альбрехта настолько переполняла радость встречи, что он не спросил, как она смогла связаться с ним. Быть может во сне не всегда можно контролировать свои действия.
– Я хочу предостеречь тебя! Будь осторожен сынок! Не делай глупостей! – сказала она. – Забудь! Забудь лучше!
– Я не понимаю тебя, мама! – отошёл от неё Альбрехт.
– Ты знаешь о чём! Остерегайся не брата, а любимой! Он не виновен перед тобой! Выброси свои чувства из головы! Они тебе принесут только боль!
– Нет, мама! Я её люблю! И ни за что не откажусь от неё! – возразил Альбрехт.
– Вот ты её любишь… А она?
Альбрехт потупил взгляд.
– Любит ли она тебя также? – заглянула ему в глаза Игред.
– Она хорошая! – снова возразил Ал. – Она искренняя!
Женщина горестно улыбнулась и взмахнула рукой и вода в речке, протекающее рядом, заискрилась и там, что-то появилось.
– Смотри на свою хорошую!
Альбрехт сделал несколько шагов и наклонился. Глаза его сами собой расширились, когда он в воде увидел его первую встречу с Радой. Всё было как тогда:
Юноша увидел тонувшую девушку. Перед тем как успел тщательно всё обдумать, он быстро стал снимать с себя плащ и ботинки. На речке было много порогов. Потому Альбрехт бросился на помощь. Течение его постоянно сносило. Ноги и руки налились свинцом, вода ледяная.
Хватаясь за камни Альбрехт что было сил поплыл к девушке. Он боялся не успеть, а водопад тем временем приближался. Ему стоило больших усилий, чтобы спасти её, а потом спастись самому.
И, что он получил взамен?
Очнувшись, Рада, увидев над собой незнакомое лицо, вскрикнула и заехала ему пощечину.
– Ты, что обалдел?! Тебе кто-то разрешал ко мне прикасаться! – девушка откашлялась, а потом заметила, что у неё развязаны завязки на груди. – Ишь, что вздумал!
Альбрехт опешил, он не ожидал такой реакции. Но одно, он был рад, что она жива. Юноша подал ей руку, чтобы она встала, но девушка оттолкнула ее.
– Ты, наверное, лесной бандит! – взгляд девушки метался по берегу. – Куда ты дел мою книгу? – наконец она заметила свою сумку, лежащую в стороне.
– Это ничего не значит! – возразил Альбрехт, отведя взгляд от изображения в воде. – Она просто испугалась!
– Смотри дальше!
Альбрехт снова перевел взгляд, увидев, что изображение изменилось.
Рада стала растирать себе руки, сдерживая стучащие зубы.
– И откуда ты на меня свалилась такая гордая? Ты сейчас посидишь вон так, заболеешь! А ночи здесь холодные! А потом, не дай бог, умрёшь! Что мне потом с тобой делать? Я тебе отдам свой плащ, посидишь, пока твоё платье не высохнет, Вольфрам! – гневно сказал Альбрехт. Ему вдруг захотелось пойти утопиться в той речке, из которой он её вытащил.
Альбрехт на это только хмыкнул. Мало, о чём он мог тогда думать.
Когда он лег спать, Рада ещё долго сидела возле костра. Увидев, что Альбрехт спит, она сняла своё платье и за несколько секунд его высушила магией. Одевшись, она крадучись прошла к его седельной сумке, что лежала рядом. Рада увидела там мешочек с деньгами, этого хватило бы ей на некоторое время.
– Ты же видишь! Её не интересуешь ты! Ей нужны только деньги, слава! А, что ты можешь дать? Любовь? Она вытрет о тебя ноги! Если ты отдашь ей своё сердце, то потеряешь себя! – повысила голос Игред. – Остановись, пока не стало поздно!
Альбрехт не удержался, и закричал:
– Без неё я и так никто! Поздно, мама, поздно! Нет у меня больше сердца! Оно уже давно её! И, чтобы вы не говорили, я буду её любить!
Тут, наконец, в разговор вмешался шестилетний мальчик (Альбрехт). Он стоял в стороне, что за него забыли.
– Нет ничего страшного! Любовь, это прекрасно! Ты же всё равно спишь! – улыбнулся ему он сам.
Альбрехт развернулся и направился прочь из рощи. Вдруг у него стали болеть глаза. Юноша опустил тяжелые веки, и ему стало легче…