Гарри Поттер
Шрифт:
}- Трахните нас, - Джинни поползла к домовикам.
}- Отымейте, - Гермиона поползла за ней.
– Пожалуйста.
}Перверт и Монгрел важно сложили руки на груди.
}- Грязная тёмная леди и её подружка должны попросить домовиков правильно, если хотят насытить свою похоть, - сказал Перверт.
}- Что? Я вас по-человечески попросила, - голос Гермионы дрожал.
– Что вам ещё надо?
}В отличие от Гермионы Джинни выросла в магическом мире, поэтому её осенило первую. Джинни встала на колени и локти, повернулась к домовикам задом, выставив текущую пизду, и тоненьким голосом попросила:
}- Не будет ли так добр честный домовик Монгрел спариться с тупым животным, течной сучкой Уизли, предательницей крови?
}Скрюченный жилистый домовик довольно кивнул и встал за Джинни, пристроив свой неестественно длинный член к её зудящей щёлке. Когда Джинни почувствовала, как узловатый хуй домовика входит в её пылающую пизду, она запрокинула голову и облегчённо застонала.}
}Гермиона тем временем молила Перверта, став к нему так же - задом в коленно-локтевой позе.
}- Пожалуйста, пусть честный домовик Перверт так покроет течную сучку Грейнджер, чтобы это животное впредь молчало про лживые права домовиков, - сказала она.
}Перверт потёр руки и с размаху до упора воткнул член в истекающую вагину Гермионы. Она чувствовала пиздой каждый узел его члена, и стонала с каждой новой грубой фрикцией.
}«Молчала про права домовиков, только говоря с чокнутыми эльфами Малфоя или ему подобных, - подумала Гермиона.
– А про остальных я ничего не обещала... я так просто дело Г.А.В.Н.Э. не брошу... Но сначала надо потрахаться, да, так, так, сильнее... какие жёсткие узелки...»
}ххх
}Малфой лениво дрочил член.
}- Шлюхи, должен признать, что этот акт зоофилии весьма возбуждает, - обратился он к стонущим Гермионе и Джинни.
– Но нехорошо с вашей стороны забывать о нашей замечательной преподавательнице Нимфоманке Тонкс.
}Тонкс, услышав своё имя, пробормотала что-то неразборчивое. Кажется, она наивно надеялась, что Малфой про неё забыл.
}- Присоединяйся, кузина, - Малфой взмахнул палочкой, и Тонкс подлетела к Гермионе и Джинни. Из ниоткуда появились верёвки. Колени Тонкс привязало к её же локтям, свесившиеся с потолка петли захлестнули её бёдра и подтянули зад ведьмы повыше. Тонкс оказалась зафиксирована в той же позе - на коленях и локтях, с выпяченным к Гермионе и Джинни задом.
}«Мерлин и Моргана, - подумала Джинни.
– Её щёлка стала бесформенной дырой, оттуда капли слизи стекают... А попа? Я же в ней была, и как растянула... Эта попа вообще не сможет закрыться теперь. Моего Гарри я Тонкс всё равно просто так не прощу, но как же ей тяжело досталось».
}- Поближе, шлюхи, - сказал Малфой.
– Вот вам скамейка, - он сотворил низенькую скамейку, - лягте на неё дойками, чтобы руки были свободны.
}Гермиона и Джинни выполнили приказ. Теперь они лежали сиськами на низкой скамеечке, колени были на полу, и сзади их всё так же ебали два старых домовика. Внушительные члены домовиков легко скользили в жадных пёздах млеющих гриффиндорок.
}- Значит, так, - оценил позицию Малфой.
– Грейнджер, сейчас ты сожмёшь правую руку в кулак и вставишь её по запястье в дырку Нимфоманки. Уизлетта, ты сделаешь то же, только засунешь кулак в её заднюю дырку.
}- Что?!
– хором спросили Гермиона, Джинни и Тонкс.
– Мы никогда... Ты совсем...
}- Может, вы дадите мне закончить?
– слегка раздражённо сказал Малфой.
– Вас родители не учили, что перебивать невежливо? Хотя о чём я, у вас же родители магглы или предатели крови. Так вот, после этого вы продолжите медленно запихивать руки в пизду и жопу моей кузины, пока они не войдут по локоть. Ну, можно начинать. Нимфоманка, ты что такая грустная?
}ххх
}Жёсткий узловатый член Перверта скользил в рабочей пизде Гермионы, и с каждой фрикцией по телу гриффиндорки пробегала дрожь удовольствия. Перверт трахал «грязную тёмную леди» жадно, сильно и быстро.
}- Злая ведьма на грязном члене домовика, - выкрикивал он.
– Честный Перверт заебёт её до отключки!
}Хотя Гермиона уже как-то смирилась с ежедневными изнасилованиями и издевательствами, в другое время её бы довела до слёз несправедливость этого жестокого уродца. Но сейчас гриффиндорку волновало другое. Её рука сантиметр за сантиметром скрывалась в пизде Тонкс, и Гермионе было плохо как никогда, потому что ей самой пришлось выступать в роли насильницы.
}Впрочем, Тонкс всё равно было хуже. Она уже не могла кричать, и только монотонно хрипела. Пот и слёзы катились по обычно насмешливому лицу.
}Кулачок Гермионы довольно легко проник в истерзанную, раздолбанную вагину Тонкс по запястье - Малфой хорошенько растянул её дырки. Но потом Гермионе пришлось засовывать руку всё глубже и глубже - она чувствовала, как горячая пульсирующая плоть влагалища обжимает руку, будто хочет вытолкнуть. Тонкс шептала что-то умоляющее - её пизда была сильно натёрта после изнасилования Дилдогермионой, и новое проникновение причиняло ещё большую боль.