Гаситель
Шрифт:
Вот этим она меня проняла, сам от себя не ожидал, но покраснел. Сто лет такого не случалось, и вот, как пацана нецелованного в жар бросило. И что самое обидное, она это заметила и рассмеялась.
— Ох, Скаут! Какой же ты еще… — не стала она заканчивать, снова рассмеялась, еще больше вгоняя меня в краску.
— Останавливайся, — поспешил я перевести тему, а то чувствую, что злиться начинаю, а это чревато. Уже понял, что на сильные эмоции Гаснык отзывается, как бы он и сейчас не решил проявить себя. Вот тогда действительно Маха обхохочется. Как бы не до смерти… моей. — Только давай договоримся сразу, если будешь здесь, то записку оставляй, что это именно ты была. Чтоб я знал, что никто чужой землянку не обнаружил.
— Хорошо, Скаут, буду я тебе письма писать, — всё ещё улыбаясь, проговорила она. — Ты только не обижайся на меня.
Вот же…
— Язва ты, Маха, — всё же заметила, что я злиться начал. — Да, я такая, — смущенно потупила она глазки.
Как будто в это можно поверить, что она смущаться умеет.
— Ладно, давай с хаханьками заканчивать, делами займемся.
— Ну еще же не вечер, Скаут, — всё еще изображая смущение, стрельнула она глазами так, что меня снова в жар бросило. — Хотя, если ты настаиваешь…
Глядя на то, как она потянулась…
— Маха… — выдохнул я, так как больше слов не нашлось.
— Всё–всё, Скаут, больше не буду, — прекратила она надо мной издеваться рассмеявшись. — Что–то я действительно разошлась, снова девчонкой себя почувствовала, — как–то грустно усмехнулась и закончила: — Нельзя в рейде так веселиться, может плохо закончиться, так что действительно давай делами займемся. Что делать нужно?
Теперь всё, веселость ее окончательно покинула и смотрела она на меня уже вполне серьезным взглядом. Почти. В глубине ее глаз всё ещё смешинка мелькала, выдавая ее хорошее настроение.
Дел было не много. Сначала две Мк12 — снайперские винтовки со всем им предназначенным в баулы упаковать. В другие РШГ-1 пошли, а также пистолеты и все важные для оружия мелочи, типа масленок, масла, наборов для чистки и той же ветоши.
Пока паковали — выяснилось, что я не совсем бедный родственник оказывается. Маха просветила, что такое оружие, специально сконструированное, а не с самопальными глушителями, немало в Крепости стоит. Тем более такое, под вполне распространенный калибр. А у меня этого оружия явно больше, чем мне нужно. Брат с друзьями по два ствола на человека брали, что автоматы, что пистолеты. Да к каждому стволу по цинку патронов. Плюс снайперки, которыми брат и Акелин Серега соблазнились, они тоже с глушаками и тоже немало стоят. Про РШГ-1 я вообще ничего не говорю, Маха их стоимости даже не знает. Короче, совсем не бедный.
Упаковали всё мне нужное быстро, хоть Маха даже посуду некоторую с собой заставила взять, мол пригодится. Но всё же управились, не зря баулы с запасом брал, теперь бы всё в машину впихнуть. Но то ладно, сейчас самое главное осталось сделать, то, что давно уже нужно было, но никак не получалось.
Оружие пристрелять.
Для этого на «Патриоте» еще дальше проехали, к «лысому» оврагу, где мы с братом раньше пострелушки устраивали. Этот овраг и так в низине находился, да еще его крутые склоны, фиг кто услышит что. Смело можно стрелять. Хоть Маха всё равно на фишке постоит, мало ли что бывает.
— Может тебе всё же помочь? — прежде чем уйти наверх на вершину холма и вооружившись помимо своего оружия еще и трофейным «Барретом», спросила меня Маха.
— Я справлюсь, — отрицательно мотнул головой.
Брат меня и в этом деле натаскал, заставляя свое прошлое оружие пристреливать. Так что я прекрасно знаю что и как делать.
Достал из багажника «Патриота» прихваченный из гаража складной столик, такое же кресло. После чего пошел, установил сбитые в землянке щиты с мишенями на расстоянии десяти, тридцати, ста, ста пятидесяти и двухстах метрах, для чего прихваченный в «Охотничьем Доме» лазерный дальномер и понадобился. Установил на штатив взятый там же монокуляр, на БАЯД — КЗТ (Коллиматорный прицел закрытого типа), уселся в кресло и началась монотонная работа.
Три выстрела, пойти маркером отметить попадания в мишени, специальным ключом подправить прицел. Три выстрела — подправить прицел. Три выстрела… и так пока не стал удовлетворительно попадать на десяти, потом на тридцати и ста метрах. Потом установил трехкратный оптический увеличитель, что с коллиматорным прицелом парой продавался, и продолжил выставлять прицел, только теперь начиная со ста метров. Пристрелял до двухсот пятидесяти, на большее длины оврага не хватило. Но мне и этого хватит.
Ну а дальше, увеличитель снял, поменял на автомате дульный тормоз на глушитель и, вооружившись ручкой и блокнотом, прошел всю дистанцию по–новому, старательно записывая поправки какие нужно вносить для стрельбы с глушителем.
— Я закончил, — проговорил в рацию.
Как и говорил, рации уже были настроены в магазине, так что пользоваться ими мы практически сразу и начали.
— Ну ты и… терпеливый, — донеслось сразу в ответ. — Четыре часа, епт!
Это да, для меня вроде время быстро пролетело, а вот ей там на холме поскучать пришлось. Но, спасибо, не отвлекала ни она, ни тварь какая к нам не заявилась. Хоть, думаю, Маха была бы вурдалакам рада.
— Куда?! Столик с креслом забирай, — не дала мне в машину сесть эта… хозяйственная барышня.
Думал здесь их бросить, но Маха всё же сумела убедить, что в Крепости они мне пригодятся. Особенно на первых порах, пока не обживусь.
Вернулись в землянку, где Маха сразу принялась ужин готовить, а я засел за настройки рации. И только когда закончил с ними, я снова мог, в тот раз уже полноценно, под включенным на эконом–режиме светильником, насладиться невероятным телом этой ехидны.
Как она сказала — раздеваясь, мол сразу расплатится за будущее пользование землянкой.
Глава 11
Когда рассвело мы уже стояли, лениво позевывая, в чистом поле, наблюдали за округой и ожидали наших будущих попутчиков. Которые вскоре и появились.
— Они, вроде, — я первым заметил показавшиеся вдали машины.
Потянулся было к рации, чтоб опознаться, как мы и договаривались с Черным, но Маха предостерегающе приподняла руку, мол я сама, и…
— Алле! — нажала она на тангенту. — Маха в эфире! Вызываю Черного. Я тут со Скаутом в поле стою, смотрите не пальните. Прием.