Чтение онлайн

Главная задача заключалась не просто в выживании. Выжить в Москве на самом деле очень просто, если ты беспринципная, бездуховная скотина. Мой герой – достаточно моральный человек, и ему однозначно тяжелее.

Что ты думаешь об извечном конфликте Москвы и провинции?

Конфликт заключается исключительно в том, что провинция не имеет понятия, как живёт столица.

Они считают, что тут мёдом намазано, а это не так. Здесь впахивают так, как в провинции и не снилось. С такими иллюзиями многие сюда и едут, плохо понимая, что их здесь ожидает. Эта книга написана про миллионы людей, которые сталкиваются и будут сталкиваться с приезжими каждый день. Потому что сюда ехали, едут и ехать будут.

Твою книгу можно рассматривать как инструкцию по выживанию в столице?

Отчасти можно и как инструкцию рассматривать. Но это ещё и избавление от иллюзий. Москва – это же город приезжих по большому счёту, они и проявляют наибольшую активность. С тем, с чем сталкивался герой книги, так или иначе сталкивалось 90% приезжих. Это касается самых разных социальных слоёв. Кстати, в последний раз эта тема была раскрыта, я считаю, в фильме «Москва слезам не верит». Но с тех пор изменилась сама история, а об этом ещё внятно и доходчиво пока никто не написал.

У тебя самого иллюзии были?

Я вообще человек не склонный к иллюзиям и прекрасно представлял, куда еду. Тем более с Москвой я и раньше был знаком, знал, что легко здесь не будет. Ещё в детстве, лет в пятнадцать, мы с другом приезжали в Москву, закупали в гастрономе «Таганский» мороженое по 75 копеек, отвозили его ящиками на площадь Трёх вокзалов и продавали по 3 рубля. А в Москве закупали сигареты и везли в Туркменистан, там тогда вообще ничего не было.

В последние годы набирает обороты тема «Россия – для русских». Тебя она как-то коснулась?

Конечно. В своей колонке в газете «Взгляд», равно как и в своём Живом Журнале bagirov livejournal com/profile, я веду достаточно активную антифашистскую деятельность, и довольно успешно – после моих публикаций у некоторых вполне конкретных экстремистов случались немалые проблемы. То, что фашисты сейчас существуют и имеют общественную трибуну, – это, я считаю, запредельно. Я не хочу этого факта понимать и принимать и всегда буду с этим активно бороться.

К гастарбайтерам есть набор традиционных претензий: что занимают рабочие места москвичей, что соглашаются на более низкую оплату труда, демпингуя зарплаты.

Да ничьи они места не занимают. Покажи мне москвича, который за 300—400 долларов пойдёт дворником работать. Или те же таджики, которые в жёлтых касках бегают по улицам. Они же приехали сюда не жить, а зарабатывать, у них там семьи остались, которые кормить надо.

У тебя в книге есть такой феномен, как «подмосковный снобизм». Ты где его увидел?

У главного героя была любимая девушка. Её мать из Подмосковья, а отец приехал когда-то из Белоруссии. Отец и девушка имеют высшее образование, мать – не имеет. На каком-то этапе главный герой знакомится с её матерью, и та у него интересуется: «А какое у вас образование, молодой человек?» Он: «Да никакого, не сложилось». А на тот момент у него наладился бизнес, и всё у него было вполне благополучно. И она начинает возмущаться: «Да как можно! Понаехали! А ну-ка дайте ваш паспорт, я вас запишу, а то мало ли что… И как вообще можно жить без образования?»

Откуда берётся такой снобизм? Как в известной поговорке – москвичи очень быстро забывают, откуда родом они сами?

Это недалёкие люди пэтэушного формата, которые считают, что если они родились в Москве или Подмосковье, то они уже над любым приезжим имеют превосходство. Сколько бы лет человек ни прожил в Москве, если он здравомыслящий и у него всё в порядке с самоидентификацией, этого подмосковного снобизма у него никогда не возникнет.

История твоего героя не имеет чёткого окончания. Будешь писать продолжение?

Конец я решил подвесить, так как мне не очень хотелось заканчивать эту тему. Мне кажется, что я далеко не все сказал.