Чтение онлайн

— Посмотри! Капельки твоей любви, Артём! Она красавица!

Маргарет одной рукой достаёт из кармана кремового платья небольшой голубой конверт и протягивает ему. Я хочу уйти, чтобы не видеть этого, только ноги не слушаются. Приросли к полу. В моё тело перетащили ад. Артём, словно под гипнозом, принимает в руки ещё одно доказательство её слов. Медленно, глядя то ей в глаза, то на конверт, выуживает маленькую рамочку со снимком УЗИ. Всё сделано, как нельзя лучше! Романтическое фото голой мамочки с круглым окошком на животе, из которого пестрит чёрно-белое изображение с тельцем формирующегося ребёнка. Я сглатываю болезненный ком. Маргарет вдруг становится плохо. Она бледнеет. Хватаясь за живот, сгибается пополам. Её рвёт у всех на глазах слюной и жёлчью. Артём реагирует моментально. Обнимает за плечи и просит МЕНЯ? Принести ей воды? Сжимаю челюсти до скрипа. Прикрываю на миг затянутые пеленой глаза. Рваный вдох, и слезы тотчас срываются с моих ресниц, когда он подхватывает на руки мать своего ребёнка. Она оплетает его шею руками, прижимаясь виском к его виску.

— Прости, Amor! Мне так плохо. Отнеси меня в дом, пожалуйста. Ничего не могу есть. Желудок выворачивает по сто раз на день. Наверное у малышки папин характер, — тихо смеётся. — Задаст жару всем. Пусть только родится твоя девочка.

— Я вызову Риту, — решительно заявляет мужчина. — Я не знаю, чем тебе помочь, Маргарет.

Очнувшись, отступаю к стене, освобождая проход. Артём бросил на меня обречённый взгляд и напомнил:

— Принеси воды, пожалуйста. Елена!

— Сейчас, — едва прошептала ему.

На ватных ногах плетусь до кухни. Дрожащими руками наливаю в стакан воду из-под крана и тихо возвращаюсь в гостиную. Меня тутже парализует от вида сладкой парочки.

— Ты не рад, любимый? Не рад своему ребёнку? — лёжа на диване, спрашивает отчаянная Марго. Взгляд девушки бегает по его лицу. — Почему ты молчишь, Amor? — дотягивается руками до его шеи. Притягивает к себе склонившегося над ней взволнованного Артёма и, слегка приподнявшись, впивается в его губы поцелуем.

* * *

«Он отвечает? Не верю своим глазам…»

Сердце лопает на мелкие кусочки… Острая боль осколками прошивает грудь. Я перестала существовать для него. Словно умерла в тот миг, когда он выплеснул на меня свою обиду:

«…Ты её уничтожила в зародыше…»

«А чего же ты хотела, дурочка? Удержать мужчину глупым поступком? Отвергнуть большее, чем он дал тебе сам?.. Судьба дважды распорядилась иначе! Дважды, Лена! Если бы ты дождалась его в спальне — у него был бы выбор. Был бы!!! Ты же сама лишила Артёма этого выбора. Одним махом уничтожила, перевела стрелки, направив пути в сторону Маргарет. Теперь он с ней! И будет с ней. Потому что ни один нормальный мужик не откажется от своего чада…»

Возвращаюсь на кухню. Меня лихорадит. Голова соображает туго. Не знаю зачем принимаюсь шарить в ящиках? Что я в них пытаюсь найти? Вчерашний день? Лезвие? Издаю нервный смешок… Не смогу… Духу не хватит. И без него не смогу! Плачу молча. Давлю горло обидой, болью, предательством — больше своим. Я сама его предала. На глаза попадаются значки. Белые алюминиевые кругляшки на булавке с изображением корриды. Хватаю первый попавшийся и крепко зажимаю в ладони. Унесу с собой на память. Пусть хотя бы это напоминает о нас.

«Нас больше нет!» — немой крик раздирает душу. — «Блять! Как хреново! Почему она вернулась именно сегодня? Зачем!? Зачем он её целует сейчас!? Мстит мне?»

Снова истерический смех. Кусаю губу до крови, не позволяя рассудку плавиться. Решаюсь открыть последний ящик и замираю.

— Паспорт?.. — хрипло шепчу, удивляясь находке. — Мой загранпаспорт??? Значит… он был всё время у тебя? Сволочь! На что ты надеялся?

Хватаю свою «соломинку» и срываюсь с места за считанные секунды. Без денег. Без личных вещей. Всё это сейчас не столь важно! Главное скрыться подальше от него. Чтобы больше не видеть и не знать. Чтобы не сходить с ума от запаха его тела, от сладости его губ, от магнетизма пронзительных глаз… Но я никогда не смогу забыть его руки! Эти чертовы руки!!! Они будут вырывать меня из сна, из тяжёлого марева ночи. Тёплые и нежные. Сильные. Наглые. Бесцеремонные…

— Сильвия! — вскрикиваю, едва успевая перешагнуть наглую «колбасу», дежурящую у чёрного выхода. Удерживаю равновесие. Всё ещё испытываю к ней недоверие и страх. Погладить? Эта зараза не отпускает меня. Виляет хвостом и скулит, облизывая пальцы моих ног. — Фу! Отстань от меня! Иди к своей новой хозяйке, — шмыгаю носом, удерживая с ней зрительный контакт. Отвернулась. Рыкнула. И снова вперилась в меня щемящим взглядом. Вот прям душу рвёт, как её хозяин! Два сапога пара!

— Прости, хорошая, — боязно треплю её за уши. Скулит, гадина мелкая. Чееерт! Делаю шаг в сторону въезда во двор — она за мной. Тявкает. — Ну нет! Тссс… — шикаю ей. — Хватит меня палить! — рычу в ответ низким голосом. Закатываю от бессилия глаза.

— Ну ладно. Бог с тобой. Пошли! — и она сорвалась за компанию. Мчится следом к воротам. Дальше. За границу виллы. Ну что за…

— Блииин! Блииинский блииин!

Глава 25. Попутчик

Елена.

Зачем она увязалась за мной? Как я буду ловить попутку вместе с собакой?

По узким улочкам мы спустились с горы ближе к центру посёлка. Пришлось бежать, не останавливаясь, добрых минут шесть или восемь. Половину дороги я шёпотом вела счёт, чтобы не возвращаться мыслями к тем двоим, что остались в своём интимном, уютном мире. Сбилась пару раз. Досчитав до четырёхсот тридцати шести, плюнула.

— Стоп! Хватит!

Останавливаюсь у каменного забора, что змеёй вьётся вдоль дороги у обрыва до самого конца спуска. Там начинается главная улица. Цепляюсь руками в острые выступы камней. Перевожу дыхание. Невыносимо колит в боку. Горло горит огнём. Внизу, за каменной оградой пестреют чьи-то земельные участки с небольшими одноэтажными домиками под красной черепицей. Рядом работает заправочная станция «Galp», оформленная в бело-оранжевых цветах. На площадке толпятся машины. Мне всего-то нужно одолеть несчастный километр — и я у цели. Надеюсь, Артёму сейчас не до меня и он не станет тревожить своих знакомых в полиции.

«Боже! Как отключить мысли о нём? Как забыть?»

— Сильвия! Беги домой, девочка, — едва не плача, прошу собаку покинуть меня, но ей будто всё равно до моих просьб. Сидит и смотрит в мою сторону пронзительным взглядом, наклоняя набок голову с опущенным правым ухом.

«Ну что за овчарка?»

Трогаю с места и она отрывает свой зад от брусчатки. Идёт нога в ногу, виляя хвостом. Позади доносится шум машины. Сердце ухает в пятки. Только бы никого за мной не послал! Прошу… Моё второе «Я» обрывает мысль гомерическим хохотом.