Газлайтер. Том 29

Помните, я говорил, что телепаты обожают изучать всё новое?

Похоже, Вселенная меня услышала.

Гюрза говорит по мыслеречи, не сводя глаз с силуэта паука:

— Что мы будем делать, Данила?

Я сопоставляю то, что знаю о Первозданной Тьме, с возможным строением местного животного. Выходит прелюбопытное предположение.

— Не будем лезть на рожон. Он нас не видит. По крайней мере, не в том смысле, как мы понимаем зрение. Это обитатель Первозданной Тьмы — а в ней нет фотонов, нет света. Здесь само понятие зрения не существует. Но он чувствует движение через рябь в окружающей Тьме. Если мы просто пойдём в лоб — паук сразу засечёт. А вот если двигаться вдоль стен, плотно прижимаясь…

И тут я замечаю: вдоль правой стены скользит что-то маленькое. Мелкое чёрное пятнышко — возможно, ещё один теневой обитатель, только портативного размера. Оно юркнуло мимо одной из лап паука, и тот не отреагировал. Даже не дрогнул.

— Ого, — приметила этот момент и Гюрза. — Проскочил.

Я киваю:

— Вот. Значит, можно двигаться вдоль поверхностей, и тогда проскочим. Змейка, бери потолок. Мы с Гюрзой — по стенам.

Змейка коротко кивает, и в следующую секунду — вжух! — прыгает вверх. Она вонзает когти в чернильный потолок и начинает медленно, с хищной осторожностью, ползти вперёд. Ну прямо сама как паук ползёт. В принципе, хищница может нырнуть в стену и двигаться внутри вкладки как бестелесный призрак — но не рискует. А то фиг знает, выберешься ли потом из этого Первозданного Мрака.

Я прижимаюсь спиной к правой стене. Под ладонями ощущается не камень. Покрытие из сгустков Тьмы холодное и гладкое.

К противоположной стене туннеля прижимается и Гюрза. Платье на ней порвано, волосы растрепались. Леди упрямо поджимает пухлые губы и движется параллельно мне, шаг за шагом приближаясь к пауку. Её грудь вздымается от напряжённого дыхания, взгляд цепляется за мой — и она коротко, молча кивает.

Всё-таки она оказалась здесь по моей вине. Значит, я отвечаю за её безопасность. И доставить её обратно живой и невредимой — теперь моя прямая обязанность.

Паук уже совсем близко. Не удержавшись, касаюсь ментальными щитами. Взломать его почему-то не получается, хотя разум ощущается. Хотя, будь у меня побольше времени, скорее всего, и нашёл бы ключик.

Где-то в глубине туннеля, далеко-далеко, раздаётся гулкое эхо. Протяжный, вывернутый звук — то ли крик, то ли вой.

Паук замирает на миг — и тут же вскипает.

Вздрагивает всем телом, будто в него ударила молния. Лапы быстро задвигались, он с яростью взмахивает конечностями, слепо хлещет по стенам, по полу, по пустоте вокруг.

А затем резко вздымает лапы вверх — и ударяет в потолок.

Змейка срывается вниз.

— Фа-ааак! — короткое шипение.

Она летит, делает кульбит в воздухе и приземляется на лапы. Паук бросается к хищнице.

Ну вот, и прошли незаметно. Я вскидываю руку — бросаю пси-копьё!

Чистый импульс псионики вонзается в центр тела твари. Паук взвизгивает — высокий, резкий, осмысленный визг. Значит, болевые ощущения он испытывает, даже если болевых рецепторов и нет.

Ладно, попробуем другое.

Пламя вырывается из моей ладони. Оно вспарывает мрак. Головы у твари нет, но я бью туда, где она должна быть. Паук дёргается, снова визжит, потом бешено мчится в сторону.

Одна из его лап с размаху задевает Гюрзу. Защитный артефакт, вспыхнув, уберёг, но леди подкидывает — она крутится в воздухе, как юла.

— Ловлю! — Я бросаюсь вперёд — и правда ловлю её в полёте. Приземляюсь на одно колено, гася инерцию, почти выворачиваю спину. Но успел ведь.

Отпускаю вытаращившуюся на меня леди.

— Ой, спасибо.

Пока паук не наделал делов, я кастую некротику. Некротический импульс вонзается в грудь паука — и он падает навзничь. Паука рвёт изнутри. Он содрогается ещё раз, лапы дёргаются, потом обмякают. И он распадается прямо на глазах. Интересно: паук состоит из уплотнённой Тьмы, но всё равно боится некротику — а значит, он живой.

Я поднимаю Гюрзу на ноги. Она дышит тяжело, глаза расширены.

— Надеюсь, больше такие не встретятся, — выдыхает она. — Хотя кто ж знает, кто нам вообще здесь попадётся…

— На самом деле предположить совсем даже несложно, — уверенно отвечаю я.

— Неужели, король Данила? — не верит мне леди.

— Конечно. Ведь впереди кричали явно люди.

Остров Некромантии, Та Сторона

В просторном зале с потускневшими фресками на стенах, изображающими сцены древних ритуалов, король Острова Некромантов валялся на диване и азартно щёлкал по кнопкам портативной приставки. Игру для него достали у Вещих-Филиновых — как и многие другие товары. Графика была примитивной, но не для этого мира, не привыкшего к технологиям. да и убивать пиксельных паладинов доставляло вполне реальное удовольствие некроманту.

— Сдохни! Сдохни! Чертов паладин! — орал в экстазе король. — Ай, нет! Не бей сюда…!

Перед диваном встал зашедший глава службы безопасности. Он преданно ждал, пока король не проиграл очередной раунд и не отложил приставку с тихим:

— Да чтоб тебя костяные псы сожрали…

— Ваше Величество, — заговорил наконец глава службы. — Поздно ночью было зафиксировано несанкционированное неопознанное проникновение.

Король поднял бровь:

— Проникновение куда? На мой Остров что ли?

Глава СБ покачал головой:

— Не на сам остров. Под него. Под землю в районе, где расположен Лабиринт Первозданной Тьмы. Похоже, кого-то туда перенесло.

Король моментально изменился в лице. Недоверчиво прищурился.

— Узнать немедленно кого еще туда занесло! Нам только этого не хватало — в разгар подготовки к войне с Боевым Материком, чтобы у нас под брюхом шныряли какие-то диверсанты и шпионы!

Глава службы безопасности молча кивнул, но тут же добавил:

— Боюсь, выполнить ваше поручение будет проблематично, Ваше Величество… Из Лабиринта ещё никто не возвращался. Там все накрыл Всплеск Первозданной Тьмы. Потому Лабиринт и используется у нас, как место казни. Помните, туда отправляются все преступники?