Чтение онлайн

– А когда ты убивал... тоже не тяжело было? – спрашивает она вдруг.

Он молчит. Вертит в руках зубную щетку.

– Иногда, чтобы спасти одну жизнь, нужно принести в жертву другую, – говорит наконец. – Бывают очень строгие... жесткие обстоятельства... как это случилось с тобой.

– Бывает и иначе?

– Никто не застрахован от ошибки.

– Ты обещал... рассказать мне о ключе...

Фраза дается ей непросто. Он отвлекается от своих мыслей.

– Конечно, я расскажу. Даже более того – я не прошу тебя ничего рассказать мне первой. Не спрашиваю о твоем воскресшем и снова сгинувшем парне, не прошу делать выбор, не зову никого к барьеру.

– Я это оценила! – обрывает она резко.

Кажется, фраза должна задеть его, но он пропускает ее мимо ушей.

– Поедем к тебе. Неудобно говорить, глядя на медицинские инструменты.

Они вместе выходят из клиники. Аня ступает на ледяной тротуар своими осенними, легкими ботинками и торопится к машине. Садится за руль, и Влад внимательно всматривается в нее.

– Соскучился по тебе...

– Это хорошо. Я замерзла немного, нужно согреться, поужинать... оттаять.

– Ты готовишь?

– Нет, не готовлю. Я же одна – кому мне готовить?

– Мюсли ешь?

– Да, мюсли. Иногда просто чай пью.

– Без мюслей?

– Очень смешно!

Он улыбается.

– А ужинать что будем?

– Закажем что-то.

– Пиццу хочешь? – он достает из кармана рекламу какой-то пиццерии и делает заказ, четко называя ее адрес.

И вдруг снова, как уже бывало с ним наедине, мир начинает казаться Ане очень неестественным. Когда-то она даже не верила, что этот парень реально существует, звонила в «Интерстар» и узнавала, есть ли у них такой сотрудник. А потом ради нее он убил человека...

Неужели после этого она не может ему доверять? Даже реклама пиццерии в его руках кажется ей какой-то фикцией.

– Где ты взял эту рекламу? – спрашивает она зачем-то.

– Мальчишка раздавал на перекрестке. Пиццерия «Бэлла».

– А где ты оставил авто?

– На стоянке перед твоей стоматологией. Не помнишь?

– Мне кажется... это все твоя матрица...

– На тебя еще пережитый стресс действует, – он пожимает плечами.

Теперь уже она всматривается в его лицо.

– Когда тебе в последний раз говорили, что ты очень красив?

– В последний раз? В косметическом салоне. Я делал татуаж бровей.

– Татуаж бровей?

– Совсем легкий, чтобы изменить линию.

– Зачем?

– Некоторые линии со временем нужно менять.

– Например?

– Линию жизни.

– Линию сердца?

– Может. Но у меня этого не получилось. Поэтому я и сказал: некоторые линии, не все...

Они входят в ее квартиру, он сбрасывает пиджак... И она вспоминает, как он пришел к ней впервые... Как дерзко себя тогда вел... как выключал свет. Как она вдруг почувствовала, что ее прошлое стирается.

А потом все обрушилось с новой силой – воскрешение Герасимова, преследование сумасшедшего, убийство, допросы следователей, ухаживание Колоса, осведомленность Шубина...

Она всматривается в его сине-фиолетовые глаза...

– Поговорим о ключе от счастья?

Он усмехается.

– Пошлость на ум приходит, когда ты спрашиваешь меня о ключе. Но если ты так серьезно настроена – поговорим…

18. ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ

Влад некоторое время молчит. В комнате тихо. Даже часы не тикают: остановились во вчера. Если судить по ним, Новый год никогда не наступит. А на самом деле – четыре дня до Нового года.

– Я понимаю, о чем ты хочешь спросить, – говорит он Ане. – Но я не отвечу прямо. Это сложно. Прямые ответы не всегда бывают понятны, как это ни парадоксально. Вместо этого, я, как Шахерезада, расскажу тебе три истории. Не тысячу, правда, а всего три. Только одно условие: ты будешь слушать молча, не перебивая, не комментируя и не задавая вопросов. Даже если тебе будет казаться, что то, о чем я говорю, тебя не касается, ты будешь молчать, договорились?

– Договорились, – она пожимает плечами.

Влад выключает свет и садится в кресло. Аня опускается напротив, едва различая его лицо в темноте.

– По традициям жанра – темнота без всяких спецэффектов, – объясняет свои действия Влад и еще несколько секунд молчит. – Итак. История первая. Без названия, без точных имен и дат, как, впрочем, и другие. Но герой их – один и тот же. Это молодой человек. В первой истории он очень молод – ему семнадцать лет.

Ему семнадцать лет... Он влюблен в свою одноклассницу. Все банально. У него еще никогда не было женщины, и даже онанизмом он занимался не очень активно. У него ломается голос и потеют ладони. В ночь после выпускного бала он оказывается вместе со своей любимой в квартире друга. И... не может к ней прикоснуться. Он предлагает ей «руку и сердце». Девочке же этот суповой набор совсем ни к чему. Ей тоже семнадцать, и у нее большие планы на жизнь – отдельные от него планы на отдельную от него жизнь, на свою собственную.