Чтение онлайн

Она нащупала на виске шрам от раны, и червячок сомнения заполз в ее сердце, подорвав безмятежное существование. Кюре клялся и божился, что тело всегда остается на земле. Тех, кого Господь вместе с телом вознес на небо, по пальцам пересчитать можно. Очень сомнительно, что и Жаккетта в числе прочих замечательных людей удостоилась такой чести. Вроде бы не за что… А у души следов от раны остаться не должно.

Жаккетта в задумчивости выковыривала зернышки из сочнейшего граната и пыталась понять, чего ей хочется. Ошибиться и остаться в раю, или признать, что тело и душа на земле, а значит, жизнь продолжается?

В этот судьбоносный момент в комнату вплыла улыбающаяся черноволосая женщина, толстая и душистая.

– Ну, как мой цветочек себя чувствует? – пророкотала она.

– Хорошо… – не стала отпираться Жаккетта. – Есть хочу…

– Слава Аллаху великому, милосердному! Ай, молодец, ай, умница! – всплеснула руками женщина. – Ну конечно, кушать надо! Много кушать надо! Совсем девочка тощая, как коза у бедняка!

– А где я? – рискнула спросить Жаккетта. Женщина плюхнулась рядом с ней и, взяв пухлыми руками ладошку Жаккетты, сказала:

– Мой цветочек, вознеси хвалу Аллаху, да воссияет его величие! Тебе повезло! Я купила тебя у пирата. Сейчас лечить буду, учить буду. Потом в гарем к хорошему человеку пристраивать буду! Ай, повезло тебе! Кушай гранат, кушай!

Эти слова Жаккетта восприняла на удивление спокойно. Ведь с самого начала, с того момента, когда они попали к пиратам, госпожа Жанна говорила, что гарема не миновать. Главное, что корабль, где ее обижали, далеко. И теперь земля под ногами, а не качающаяся палуба. А на суше много чего придумать можно, это не море. Гарем, так гарем!

И Жаккетта вплотную занялась гранатом.

Госпожа Бибигюль была на седьмом небе от счастья.

Весь Тарабулюс [4] гудел, как растревоженный улей, судачил о том, что в доме у многоуважаемой госпожи Бибигюль, чьи девушки славятся на весь залив, появилась новая прекрасная жемчужина. Настоящая французская принцесса.

Уже не один богатый горожанин из числа тех, что могли позволить себе дорогую женщину, наносил визит к многоуважаемой госпоже. Бибигюль не могла отказать себе в небольшом развлечении: она подводила гостя к оплетенной виноградом решетке, за которой в саду с неизменным веером прогуливалась Жанна, холодно глядя на мир вокруг. Даже самые недоверчивые, увидев ее, понимали: принцесса, как есть принцесса! И тянулись к кошелькам.

А Бибигюль нежно называла откровенно невозможную цену. И веселилась в душе, видя, как сникший покупатель уходит. Бибигюль была честолюбива. Сколько ни продавай прелестниц местным почтенным торговцам, имени на этом не сделаешь. А вот если пристроить девушку в гарем какого-нибудь известного лица, о котором только и говорят люди, – это и почет, и слава, и зависть соседей. А такой человек есть. Есть. Только нужно подождать…

Солидному человеку нужен хороший гарем. А настоящая принцесса в гареме – это же алмаз среди жемчуга! Ах, какие вершины могут открыться, если с умом взяться за дело!

Только думы о коварной Фатиме нагоняли морщинки на гладкое лицо Бибигюль. Смешно думать, что она сможет из полумертвой служанки сделать привлекательный товар. Но странная уверенность в словах старой ведьмы… Аллах да пошлет плешь ее голове!

Все равно будет так, как задумала она! Бибигюль часами смотрела, как фланирует по саду Жанна, и душа ее звенела, словно верблюжьи колокольчики, предвкушая прекрасную сделку.

В маленьком домике дела шли своим чередом. То, что Жаккетта исправно наедала формы, необходимые для покорения капризных сердец восточных мужчин, госпожу Фатиму не устраивало. Настоящая женщина должна быть округлой-округлой. А становятся такими не по воле Аллаха, а исключительно благодаря тяжкому труду массажиста.

И за Жаккетту принялся старый евнух Масрур. Стальными пальцами, способными легко придушить барса, он разгонял Жаккеттин жирок в нужных местах, добиваясь таких округлостей, каким позавидовали бы небесные гурии.

А Жаккетта вспоминала давний вечер в замке Монпеза, когда там гостили актеры… И высокомерную Шарлотту, которая тогда сказала: «Извини, конечно, Жаккетта, но посмотри на благородных дам, что нынче собрались. Самые красивые – госпожа Жанна, госпожа Рене, госпожа Бланка, госпожа Анна. Видишь, какие они все худые да бледные? Это очень красиво!» Увидела бы она сейчас упитанную и румяную Жаккетту, которая должна стать еще толще, чтобы превратится в красавицу! Вот бы удивилась!

После очередной порции массажа в комнату торжественно вошла госпожа Фатима. В руках у нее была стопка ткани.

– Лежи, мой цветочек, лежи! – сказала она. Фатима аккуратно положила стопку на плоский сундук. Затем брезгливо собрала одежду Жаккетты в жестяной таз.

– Это – в огонь! О отрада моего сердца! Я принесла тебе настоящую одежду, не ваше глупое тряпье! Пока простую, для дома. Одежду, в какой мужчин покорять, надевать еще рано.

– Почему? – удивилась Жаккетта.

– Ты пока никудышная женщина, ходить не умеешь, телом говорить не умеешь, правильно на мужчину смотреть не умеешь!

– Так прямо и не умею? – обиделась Жаккетта. – Ходила ведь всю жизнь, не ползала!

– Не умеешь! – решительно кивнула головой Фатима. – Ты – девочка из другого мира, глупого мира. Ваш мужчина женщин плохо любит, с открытым лицом на улицу ходить заставляет.

– А что тут плохого?

–. Как что плохого, мой цветочек?! Побойся Аллаха великого, всемогущего! Чтобы всякая уличная грязь на мое лицо смотрела?

– Да у нас кто хочет с вуалью ходит! – попыталась защитить свой мир Жаккетта. – Благородные дамы особенно, они красоту берегут.

При слове «благородные дамы» Фатима встрепенулась, словно вспомнила что – то.

– Глупая Бибигюль – сказала она по-арабски. – Аллах милостивый послал тебе красивое лицо, но забыл вложить мозги в твою глупую голову! Я утру тебе нос! – И добавила по-французски: – Мой цветочек! Надевай новую одежду и даже не благодари добрую Фатиму!

Жаккетта надела длинные, по щиколотку, шаровары, расшитую на груди рубаху с узкими рукавами. Было очень непривычно. Жаккетта настороженно ждала подвоха от незнакомого наряда, особенно смущали шаровары.