Чтение онлайн

Король Фердинанд, гордый первым успехом, сразу же поспешил в Вечный город, чтобы самолично принять его ключи. Со всей возможной пышностью король обеих Сицилий въехал в поверженный Рим. Тогда же он велел готовить празднование настоящего триумфа по подобию древнеримских императоров. Но триумфа Фердинанд отпраздновать так и не успел.

Французы (причем это были резервные части) нанесли столь сильный ответный удар, что опереточная неаполитанская армия тут же обратилась в бегство. Попытки ее остановить ни к чему не привели. Впереди всех на телеге, переодевшись в лохмотья лаццарони, удирал сам король. Только на подходах к столице королевства генералу Либериху удалось немного привести в чувство своих храбрецов.

Бегство неаполитанцев заставило Нельсона забрать ставший ненужным десант и вернуться в Неаполь.

— Это же надо быть такими трусами, чтобы всей 50-тысячной армией бежать от 12 тысяч французов, даже не пытаясь вступить с ними в перестрелку! Эти негодяи разбегаются при одном только виде заряженной пушки! — ругался Нельсон. — Теперь свержение короля и провозглашение республики вопрос решенный!

Никаких угрызений совести от того, что именно он является одним из виновников краха Королевства обеих Сицилий, Нельсон не испытывал. Наоборот, он даже чувствовал себя обиженным: бестолковые неаполитанцы с позором провалили его гениальный план!

Несчастный Фердинанд тем временем запросил помощи у российского императора Павла I. Тот в ней не отказал. Фердинанду была обещана присылка в Италию 10-тысячного корпуса генерала Германа и трех батальонов пехоты с артиллерией под началом генерала Волконского для взятия Мальты. Последнее, однако, не входило в планы англичан.

— Если русские появятся на Мальте, они оттуда уже не уйдут! Император Павел является гроссмейстером Мальтийского ордена, а потому и сам остров вскоре станет русским! Пусть уж лучше до поры до времени на нем сидят французы! — так или примерно так рассуждали в Лондоне.

И вынудили короля Фердинанда от русской помощи вежливо отказаться.

А французы продолжали стремительно наступать. Минуло еще несколько дней, и положение королевства стало уже безнадежным. Понимая всю безвыходность ситуации, Нельсон отдал приказ капитанам своих кораблей готовиться покинуть порт. Несколько раз он вместе с фельдмаршалом Макком пытался убедить Фердинанда как можно скорее перебраться на Сицилию. Но тот впал в депрессию и полностью потерял чувство реальности.

Марии Каролине пришлось взять дело в свои руки, и только тогда в столице началась лихорадочная подготовка к отъезду королевской семьи и двора на Сицилию. Золото и драгоценности на сумму в два с половиной миллиона фунтов тайно свезли во дворец Гамильтонов. Там хозяйка лично приклеивала к ящикам ярлыки «Припасы для Нельсона», а затем английские матросы, сгибаясь под непосильной тяжестью, перевозили их на «Вэнгард».

В Неаполе уже начались беспорядки, погромы торговых лавок и убийства Король утратил контроль над своей столицей. Людей резали прямо под окнами его дворца, а он ничего не мог поделать.

В ночь отплытия королевская чета организовала во дворце прием. В разгар веселья супруги с узким кругом избранных тайно бежали в порт, оставив остальной двор веселиться дальше. Вместо себя для организации сопротивления король оставил князя Пиньятелли.

Той же ночью Фердинанд и Мария Каролина с детьми тайно перебрались на борт нельсоновского флагмана. Архиепископ Неаполя кардинал Руффо попытался было уговорить Фердинанда хотя бы еще ненадолго остаться со своим народом.

— Я с удовольствием бы вернулся во дворец, если бы увидел, что мои подданные исполняют свой долг! — заявил Фердинанд и велел кучеру как можно быстрее гнать в порт.

Что имел в виду король Фердинанд, так и осталось загадкой, думается, в первую очередь для него самого.

Перед самым отплытием, несмотря на всю неразбериху, Нельсон не оставил без внимания и флот союзников: нескольким неаполитанским кораблям, на которых еще оставалась хоть часть команды, он приказал присоединиться к английской эскадре, остальные распорядился сжечь, чтобы не достались французам. Спустя час в порту огромными кострами уже полыхали линейные корабли, фрегаты и бриги. Неаполитанский флот перестал существовать.

О причинах поражения неаполитанцев и бегстве короля на Сицилию российский посланник в Турции В. С. Томара доносил в Петербург «Победою лорда Нельсона возмечтали король и министры неаполитанские и предприняли прежде времени… выступить в области церковные. Сей безрассудный поступок может причинить великие несчастия и пагубу всей Италии».

23 декабря 1798 года английская эскадра покинула неаполитанский порт, взяв курс к берегам Сицилии. Туда, в Палермо, Фердинанд решил временно перенести свою столицу. Пока Фердинанд находился под охраной британского флота, за свою безопасность на Сицилии он мог быть спокойным.

Переход был тяжелым. В море эскадру застиг жесточайший шторм Сорвало паруса, и пришлось крепить штормовые. Нельсон не покидал шканцев. Фердинанд с Марией Каролиной все время стояли на коленях, молясь о спасении своих жизней. Сэр Гамильтон лежал на койке с заряженным пистолетом, считая, что в случае кораблекрушения лучше сразу застрелиться, чем мучительно захлебываться водой.

Едва закончился шторм, как королевскую семью постигло новое горе: умер шестилетний принц Альберт, сын короля Фердинанда.

В палермскую гавань «Вэнгард» входил с приспущенным флагом С берега палили пушки. Лил проливной дождь. Собравшиеся сицилийцы мрачно глядели на прибытие своего незадачливого монарха, не предвидя для себя ничего хорошего.

В этот же день французские войска заняли Неаполь. Неаполитанские солдаты почти без боя сложили оружие. Генерал Макк безропотно отдал свою шпагу генералу Шампинье и был отпущен на родину. Одновременно в городе вспыхнуло восстание бедноты, в ходе которого были убиты несколько королевских вельмож.

Едва беглецы из Неаполя сошли на сицилийский берег, как начались проблемы. Палермский королевский дворец оказался в запущенном состоянии, так как там давно никто не жил. Придворных расселяли по частным квартирам и монастырям. Цены на жилье мгновенно возросли в несколько раз. Гамильтонам отвели расположенное недалеко от дворца палаццо Палагония, служившее летней королевской резиденцией. Разумеется, там сразу же объявился и Нельсон. Сэр Уильям, у которого обострились боли в желчном пузыре, ворчал: