Гладиатор
Шрифт:
– Ну да!
– А это нижний подвальный. Сюда без спецпропуска прохода нет.
– А что здесь такое? – миролюбиво спросил Николай.
– В лифт! – решительно приказал охранник.
Второй тоже громко передернул затвор.
– Я вижу, вы ребята серьезные, – заметил Николай. – Ухожу, ухожу…
Он вошел в лифт. Физически ощущая нацеленный в область груди ствол, неторопливо оглядел панель управления в лифте. Действительно: цифры от восьми до нуля сверху, и еще две кнопки внизу. Очень интересно. Нулевой, это скорее всего тоже подвальный этаж.
– Мне на пляж…
– Цифра "один", – сказал суровый охранник.
Николай ухмыльнулся и нажал единицу. Кабина закрылась, лифт рванулся вверх. Еще раз ухмыльнувшись, Николай подумал, что его пребывание здесь становится все более интересным.
Глава 16
AX ТЫ, МЕРЗАВОЧКА
И тут, разом стряхнув недавнее прошлое, он вновь нашел себя на лежаке. Уже стемнело. Только что солнце поджигало море и низкие облака над собой, только что светло-вишневый раскаленный диск светила остужался в воде – и вдруг темень. Хорошо на юге! Как непохоже на нормальную жизнь. Здесь жизнь без полутонов, здесь яркий день и черная ночь без сумерек, и звезды крупнее, и луна туманно-золотистым столбом падает в зеркальную млечность моря с чисто айвазовским вызовом.
Приподнявшись, он вновь пошарил в пакете. Бутылка.., коньяк. На донышке еще сильно булькает.
Нет, не хочется. Поискал среди банок, легко читая при свете месяца. Еще один джин с тоником, остальное пиво. Вскрыл банку джина, выпил. Нашарил пачку сигарет, зажигалку, закурил. Откинувшись на лежаке, приготовился раствориться в этой мультипликационной ночи… Что-то горячее, обволакивающее рядом… и шепот:
– Красавчик! А мне сигаретку?
Что за черт! Он открыл глаза: рядом, всем телом прильнув к нему, лежала девушка. От неожиданности-" едва не смахнул ее с лежака.
– Ты кто такая, красавица?
– Не узнаешь? – послышался легкий смешок. – А я думала, ты меня навеки запомнил.
– Нет, крошка, не узнаю. Ну да ладно, какая разница! Возьми вот сигарету.
Он снизу поднес огонек зажигалки, загадочно выхватив черты ее лица из светлого мрака. Что-то действительно знакомое.., полные смеющиеся губки, тонкий носик… Ах ты!..
– Ах ты, мерзавочка! – покачал он головой. – Ах ты, кошка!..
– Узнал, – звонко рассмеялась Лена.
Да, это была вчерашняя бандитка, так ловко отвлекшая его внимание перед бутылочным ударом Вадима.
– Как же ты смеешь, предательница ты этакая, после всего еще и подходить ко мне?
– Ну котик!.. – поерзала она у Николая под боком. – Не сердись.
Впрочем, сердиться у него не получалось. Вся эта южная экзотика, весь этот лунно-звездный настрой!..
Он пытался взрастить в себе негодование…
– Предательница!
– Кого я предала? – неожиданно она села, видимо, для того, чтобы перейти в наступление. – Кого?
Тебя? Да я тебя только вчера увидела. Мне сказали, что я должна отвлечь чувака, чтобы было удобнее его трахнуть. Что у тебя в пакете? Пиво? Отлично.
– Это же нехорошо как-то…
– Еще чего! Я выполняла свою работу. И хорошо выполнила. Мне за это платят.
– А за что еще тебе платят?
– За все. Не думаешь же ты, что я здешняя наследница? – говорила Лена, рассматривая названия банок. – Вот! Немецкое пиво люблю.
Она повернулась к Николаю.
– Слушай, давай не будем. Сейчас же я не работаю.
Да и ты сейчас, я вижу, свободен. Два свободных человека встретились в пустынном мире!.. Я говорила, красавчик, что от тебя не отстану.
Он ухмыльнулся и тоже сел. Опять закурил. Лена схватила его за руку.
– Какие у тебя мышцы! Шварценеггер ты мой!
Николай не выдержал и захохотал.
Лена уселась поудобнее, одной рукой обнимая колени, другой поднося пиво ко рту. Контур ее обозначился на фоне снежно-серебряной плащаницы моря!..
Николай взял бутылку с остатками коньяка, отхлебнул из горлышка, протянул ей. Лена поставила банку рядом с собой, взяла бутылку, понюхала, тоже отхлебнула. Глядя на нее, Николай стал декламировать:
Сегодня я вижу, особенно весел твой взгляд,
И руки особенно тонки, колени обняв…
Лена повернулась к нему и, помахивая банкой в ритм слов, продолжила:
Послушай: далеко, далеко, на озере Чад,
Изысканный бродит жираф.
– Ничего себе, котенок, откуда ты знаешь Гумилева?
– Оттуда. Куда уж мне, я в колледжах ваших не училась, да?
Она засмеялась, отхлебывая пиво.
– На самом деле, я ученая девица, перешла на пятый курс философского факультета МГУ. А сюда, вишь, судьба занесла, подрабатываю. Прилично, надо сказать, платят. Но ты меня поразил! Откуда ты-то знаешь? Ты – бог войны, Марс! Рэмбо! Не знаю еще кто…
– А-а! Был у нас в отряде один, любил этот стишок.., все декламировал… – Облачко затмило его ясное настроение, он отогнал, не сейчас, что вспоминать?..
– И что же?
– Ничего.., так. Стишок я запомнил, что-то там… про эту ночь, луну…
Ему грациозная стройность и нега дана,
И шкуру его украшает волшебный узор,
С которым равняться осмелится только луна,
Дробясь и качаясь на влаге широких озер.
Николай покачал головой, вспоминая:
Вдали он подобен цветным парусам корабля,
И бег его плавен, как радостный птичий полет…