Чтение онлайн

Но это правило не всегда соблюдалось. В шестидесятых годах н. э. наместник Испании Сервий Гальба приказал казнить через распятие человека, убившего родного племянника ради получения фамильного наследства. Осужденный на смерть очень рьяно протестовал против приговора не потому, что был невиновен, а потому, что его статус гражданина защищал его от смертной казни. Правитель Гальба выслушал приговоренного, а затем отдал приказ стражникам: «Сделайте для этого человека крест выше обычного, чтобы показать его статус». Тем, кто сознательно обсчитывал и обкрадывал людей, Гальба приказывал отрубать руки и прибивать на дверь их магазинчиков.

Подобные меры оправдывались римскими законодателями, которые считали, что наказание должно преследовать одну из трех целей: либо перевоспитать человека, совершившего преступление, либо предостеречь других от совершения подобного преступления, либо обезопасить общество и избавить его от преступника. Однако нередко в погоне за соблюдением этих постулатов римского правосудия нарушался сам закон.

О том, что римляне в своей массе разделяли это мнение, говорит тот факт, что в 68 году н. э. правитель Гальба был избран сенатом на пост императора, в надежде на то, что он сможет покончить с коррупцией и обманом, процветавшими в правительстве во время правления Нерона.

Рабы считались частной собственностью хозяина и не обладали никакими юридическими правами, даже теми, что были у лиц, не имеющих гражданства. Такого явления, как суд над рабом, в истории римского государства не было. Определять вину или невиновность раба, а также назначать ему подходящее наказание было исключительной прерогативой хозяина.

Не все хозяева прислушивались к голосу разума, когда дело касалось наказания рабов. Во время правления Нерона один человек по имени Глицон застал свою жену в постели с рабом. Обезумевший от гнева, Глицон распорядился о незамедлительной публичной казни провинившегося раба. Этот необдуманный поступок имел для Глицона весьма неприятные последствия: ведь весь народ узнал о том, что его жена предпочла ему раба, а сам он сделался объектом непристойных шуток и насмешек.

Возможно, помня об этом случае, император Адриан запретил владельцам рабов самовольно приговаривать их к казни. Если хозяин считал, что раб заслуживает казни, он должен был обратиться с заявлением в магистратуру — единственный орган, наделенный властью выносить смертные приговоры. Тот же закон запрещал без одобрения магистрата принуждать рабынь к занятию проституцией, а рабов обращать в гладиаторов.

Стремление римлян к тому, чтобы наказание преступника отбивало желание у других повторить подобное, стало причиной изощренности и жестокости наказаний. Публичное унижение было как раз тем, что нужно, и чем тяжелее было совершенное преступление, тем большему унижению и позору должен был подвергнуться преступник перед тем, как умереть. Это, естественно, означало, что казнь должна свершиться на глазах у всего народа.

Сначала казни, которые устраивались вскоре после суда над преступником, проводились на Форуме. До I столетия до н. э. граждане, организующие гладиаторские игры, получали задание осуществить казнь преступников. Выигрывали обе стороны: государство освобождалось от проблем, связанных с заключением и казнью преступников, организаторы игр увеличивали ажиотаж вокруг своих представлений. Чаще всего это происходило в тех случаях, когда человек, которого намеревались казнить, был известным преступником или совершил действительно громкое преступление. При этом организатор игр оплачивал все расходы.

Сначала процедура казни включалась в программу мероприятий и проводилась практически без специального сценария. Позднее появился обычай осуществлять казнь в обеденное время. С наступлением самого жаркого времени дня знатные сенаторы, всадники и богатые граждане покидали забронированные места и отправлялись пообедать или отдохнуть. Плебеи, которые вынуждены были выстаивать в огромных очередях, дабы занять хорошие места, рисковали их потерять, пойди они перекусить, поэтому предпочитали оставаться на трибунах. В скором времени организаторы игр поняли, что необходимо как-то развлекать плебс во время обеденного перерыва, но не хотели выпускать на арену профессиональных гладиаторов или дорогих животных в отсутствие влиятельных господ. Казни преступников стали решением проблемы. Единственное, что невозможно понять, как зрители могли поглощать свои обеды, глядя на ужасы, происходящие на арене.

Напомним, что осужденные на смерть назывались нокси. В отличие от гладиаторов или венаторов нокси не имели ни малейшего шанса остаться в живых во время представления. Их задачей было умереть ради блага общества и забавы толпы. Но то, как они умирали, было поистине чудовищным.

Некоторые казни были относительно обычными. Осужденный обезглавливался или закалывался. Но такая «незатейливая» смерть не очень-то нравилась толпе. Поэтому более зрелищным вариантом было дать одному из осужденных оружие и приказать убить остальных. После того как невольный палач выполнял свою кровавую миссию, его самого постигала та же участь. Еще более увлекательным для толпы стал способ казни, описанный поэтом Сенекой в I веке н. э. На арену выталкивались двое преступников, один из которых был вооружен ножом или другим простым оружием. Он убивал своего коллегу, после чего стражники отнимали у него оружие. Затем на арену выходил новый заключенный и убивал человека, совершившего предыдущее убийство. Так один за другим на арену выходили все заключенные и «по цепочке» убивали друг друга.

Иногда преступников облачали в доспехи и выставляли на арене против профессиональных гладиаторов. Эти бои относились к категории показательных: сначала гладиаторы-ветераны демонстрировали свои коронные удары и движения на беспомощном новичке, а затем одним быстрым движением, к безумному восторгу толпы, убивали его.

Возможно, самой известной казнью нокси стала участь быть брошенным на растерзание львам. Существует расхожее мнение, что подобная казнь была обычным наказанием для христиан. Но, как это часто случалось в истории римской арены, все на самом деле не так просто.

Идея бросать людей на растерзание диким животным в качестве исполнения смертного приговора пришла из Карфагена. Этот могущественный город, расположенный в Северной Африке, управлял большой империей и держал в своих руках множество прибыльных торговых путей через Западное Средиземноморье. Между 264 и 146 годами до н. э. город участвовал в трех длительных войнах с Римом, окончившихся в итоге полным разрушением Карфагена. Во время войн Карфаген не только использовал собственную армию, но и прибегнул к услугам огромного числа наемников. Эти люди получали не только щедрое жалование, но и подлежали крайне суровым наказаниям. Любой карфагенянин или наемник, перешедший на сторону Рима, незамедлительно подвергался наказанию — его бросали в яму с голодными львами.

Римляне переняли этот способ экзекуции в качестве наказания за самые неблаговидные преступления, но они не только его переняли, но и доработали. Нокси, приговоренный к растерзанию дикими животными, находился в тюрьме до дня своей казни. Затем несчастного переводили поближе к арене, на которой устраивались игры, и сажали на цепь. Когда наступал день казни, преступника выводили на арену. Перед ним шел человек, держащий в руках доску, на которой было отчетливо написано имя и преступление осужденного. Если осужденным был широко известный преступник, то его могли провести по краю арены, чтобы народ мог лучше его рассмотреть.