Глаз алмаза
Шрифт:
– Сестра Кинейда, - закончила она за меня, - и должна быть благодарна, что мой муж позволил умереть племяннику в честном бою, а не казненным на площади во внутреннем дворе после позорного суда.
Праздник неожиданно перестал для меня быть праздником. Хотелось уйти и… все обдумать.
Уже много позже, после приёма, выяснилось, что я оказалась права – собранная энергия с тех, первых для меня убийств, была необходима для пополнения энергии в похищенных раннее, совершенно пустых камнях. Кстати, один из них был похищен там же, вместе с деньгами.
В преступной организации созданной Колином присутствовали все. Все недовольные нынешней властью и порядком – кто-то из магов, представители некоторых магических рас и кое-кто из Фейри.
Не знаю, чего добивались остальные, а вот бывший жених преследовал определенную цель – власть. Подставить и подвинуть в кресле под шумок перераспределения зон влияния, дядю и править. Хотя для меня все еще оставался открытым вопрос: «неужто у убитого дракона были настолько ничтожные планы? Кресло главы клана – не то, за что стоило бы заваривать такую кашу».
Так же вопрос великой любви ко мне – сам собой отпал. Как и его поспешность, и уговоры дяди подсобить в этом деле. Холостое положение дракона оказалось единственным препятствием в достижении этого поста…
Той же ночью связалась со своими старыми знакомцами и, сообщив ключевые моменты, дала отмашку Кобылянскому с Хатавским на примирение. К сожалению, на их многочисленные вопросы о моем возвращении, приходилось отмалчиваться. Я сама еще не знала, почему, но ощущала, что вернусь туда уже вряд ли. Разве что к маме с Сержем в гости наездами.
Торжество прошло. Ночь вступала в свои права, а в голове все крутились странные мысли.
Спать не хотелось, потому я отчетливо слышала тихий стук в запечатанные магией двери (моя персональная паранойя в последнее время не дремлет) и шепот Эвана с просьбой открыть.
Мне хотелось и не хотелось этого одновременно. Так и не решившись на что-то, накрыла головой одеяло, прячась в собственном, лично созданном мирке.
Завтрашний день покажет, как жить дальше…
По крайней мере, я на это надеюсь.
Конец 1 книги