Чтение онлайн

Пожимая руку управляющему, Уилл ответил:

— Спасибо. Я согласен с вами — я действительно счастливчик, ведь Бренвен моя жена. Она рассказывала мне об этом месте.

Они прошли в Большой Зал, который казался более чистым и светлым. Бренвен осмотрелась вокруг, отыскивая источник этого неуловимого изменения. Потом поняла:

— У вас теперь электричество, Джон. Наконец-то появился генератор. Должно быть, Люси очень довольна.

— Э-э… Люси больше нет, Бренвен. Я живу здесь один вот уже двадцать лет, почти сразу после твоего отъезда.

— Мне очень жаль, — сказала Бренвен.

Уилл слегка отошел в сторону, чтобы дать им возможность немного поговорить друг с другом.

— Не нужно жалеть. Это было лучшее, что могло произойти. Думаю, что ты не догадывалась, но Люси была не совсем здорова. Я имею в виду голову. Я хочу сказать, что она была несбалансированной личностью. В то лето она дошла до крайности, и я просто не знал, что делать. Пришлось отправить ее домой, к ее отцу. Но через некоторое время выяснилось, что он тоже не может держать ее дома, и он поместил ее в санаторий. Очень хороший, частный, он мог себе это позволить. У меня в жизни появилось хоть немного покоя, а за ней там хорошо присматривали, пока она не умерла пару лет назад.

— Понимаю. Ты действительно кажешься более… довольным жизнью.

— Так оно и есть, так оно и есть. А генератор я берегу как зеницу ока. Я думаю, ты захочешь сама показать своему мужу замок? Мы открыли несколько новых комнат, приобрели немного картин и ковер в Длинную галерею, но в остальном это почти то же самое. Даже комната, где ты жила. Я закрыл ее, и ею с тех пор никто больше не пользовался.

Бренвен сочла это довольно трогательным, но вслух ничего не сказала. Она все еще слегка осторожничала с Джоном, даже по прошествии стольких лет. Она спросила:

— А дорожка на вершине стены у моря — там не опасно?

— Нет, не опасно. Насколько я помню, это было твое любимое место. — Джон показал рукой на Уилла, как бы обращаясь и к нему. — Вы можете идти куда хотите. Я был не в силах улучшить это место, но, по крайней мере, я не дал ему развалиться на куски. О, есть одно исключение. Около десяти лет назад в Пятой башне провалилась вниз цистерна. Не ходите туда.

Бренвен взяла Уилла за руку.

— Давай начнем сверху и будем постепенно спускаться вниз. Я покажу тебе мое любимое место. В ясный день можно было даже увидеть берег Ирландии.

В деревне Лланфарен сейчас появилась маленькая гостиница, а именно там Бренвен и Уилл остановились на ночь. Это был дом, стоящий в небольшом ряду домов и совершенно идентичный тому, который Джейсон и Гарри снимали тогда на лето. После ужина в пабе Уилл и Бренвен направились к своей гостинице, но Бренвен ощутила беспокойство. Ей нужно было побыть наедине с Лланфареном, помириться с ним. Она сказала Уиллу об этом, и он ответил, что понимает ее.

Полная луна, висевшая в черно-синем небе, подсвечивала обрывки облаков. Наступил отлив. Обнажившийся, сморщенный песчаный берег сверкал серебром в лунном свете. Вдали был виден вращающийся огонь маяка в Пойнт-Линасе. Бренвен все шла. Она подняла голову и прислушалась. Даже тишина здесь казалась ей знакомой. Также знакомым был легкий шепот волны в неглубокой бухте. Дальше по берегу, там, где бухта изгибалась полумесяцем вокруг утеса, море вздымалось высоко и швыряло волны прямо в лицо скалам, на которых был выстроен замок Лланфарен. Этот звук тоже был ей знаком, хотя сейчас она его не слышала. Она не пойдет туда сегодня ночью, она направляется в другое место.

Бренвен повернула в глубь острова. Она почувствовала бриз на своем лице, ощутила, как он шелестит в траве. Она поднялась по холму, наизусть зная путь к руинам аббатства.

Там стояла большая открытая арка, а рядом с ней — часть стены с одним уцелевшим оконным проемом. Под аркой стоял мужчина: старик в длинном белом одеянии, подпоясанном в талии. Ветер развевал его седые волосы и длинную бороду, а в одной руке у него был посох — посох мудреца.

«Должно быть, это привидение», — подумала Бренвен, но она не испугалась. Она подошла поближе. Он показался ей очень знакомым. Его глаза поблескивали серебром в лунном свете.

— Гарри, — прошептала Бренвен, приближаясь. — Гарри Рейвенскрофт!

— Да, моя дорогая, он самый. — Его губы изогнулись в улыбке на светящемся лице. — Я говорил тебе, что отправляюсь домой сюда, и вот я здесь. И ты тоже здесь. Присядем на эти поверженные камни и поговорим немного, как раньше? — Он взял ее за руку, и его рука была твердой и теплой, вовсе не похожей на руку привидения. Он галантно усадил ее, а затем и сам сел рядом с ней.

— Единственное, что я могу сейчас сказать, — сказала Бренвен, — это что ты поразителен. Что ты здесь делаешь?

— О, всего понемногу. Летаю с места на место. — Он подмигнул ей своим серебристым глазом. — Я оказался в Лланфарене, потому что хотел поговорить с тобой. Значит, ты вышла замуж за Уилла Трейси. Я надеюсь, он счастлив?

— Очень. И я тоже.

— А Орсон умер, и маленькая Мириам тоже. Скажи мне, Бренвен, тебя беспокоило когда-нибудь, что Когносченти, которые все, кроме Орсона, спаслись, могут желать тебе зла?

— Да. — Это была крупнейшая ее нерешенная проблема и единственная тревога в жизни, которой она не поделилась с Уиллом. — Я очень беспокоюсь об этом.

— Тогда больше не беспокойся. Они все уверены, что ты погибла в пожаре. Держись подальше от телекамер и вообще старайся не оказываться в центре внимания, и у тебя не будет никаких проблем. Ты сделала все прекрасно, Бренвен. Орсон был сильнейшим из Когносченти и являлся их лидером. Без него они и вполовину не так опасны. Они могут даже начать грызться друг с другом.

— Я ничего не сделала. Это была Мириам, бедная сумасшедшая Мириам, которая убила Орсона.

— О, — сказал он, наклонив голову в сторону, — ты сделала больше, чем тебе самой известно. А когда будешь писать книгу об Орсоне и Мириам, и Мелвине, и Грасии, то обязательно пиши под псевдонимом. Эта книга принесет много добра.

— Как ты узнал, что я подумываю писать книгу о них? Я не говорила об этом никому, даже Уиллу!

— Я знаю все. — Гарри снова подмигнул ей и поднялся, высоко держа свой посох. — Но не бойся меня, потому что после столь многих лет я стал добрым волшебником. Видишь, обрати внимание на костюм — белый с головы до пят!

— О, Гарри! — Бренвен расхохоталась.

— В своей мудрости я улавливаю, что в отличие от меня ты приехала сюда не для того, чтобы остаться.

Бренвен мягко сказала, чувствуя, что, в то время как она произносит эти слова, беспокойство улетучивается из ее сердца: