Чтение онлайн

одно-и двухместных каютах. Как в городе, здесь есть своя АТС — автоматическая телефонная

станция. Набрав номер телефона, можно позвонить в любое помещение корабля. В плавучем городке

есть даже свой «аэродром» — площадка для взлета и посадки вертолета. На исследовательском судне

вертолет не роскошь, а ценный помощник.

Сначала было так: «Академик Курчатов» задумывался как единичное судно. Но скоро все поняли,

что это великолепный корабль. И за два-три года было построено еще шесть подобных кораблей. Все

они названы именами выдающихся ученых. Это «Профессор Визе», «Дмитрий Менделеев»,

«Академик Вернадский» и другие.

Наш рассказ о кораблях науки подошел к концу. И если вас, дорогие читатели, заинтересовали эти

необыкновенные корабли, следопыты океанов и морей, автор будет считать, что не напрасно взялся за

перо.

Н. Черниговский

РЕЙС

НА ЗЕМЛЮ

ФРАНЦА-ИОСИФА

Это утро в Архангельске было неприветливым и холодным. Дул резкий ветер. Мрачное, серое,

совсем не летнее небо нависло над кораблями, стоящими у пристаней и на рейде. По реке двигались

буксиры с баржами, иногда медленно проходил большой грузовой пароход, приветствуя встречные

суда низкими гудками.

Портовый катер с группой моряков подходил по очереди к каждому судну, стоящему на рейде, где,

как на параде, выстроились неподвижные громады лесовозов. На просторных палубах были плотно

уложены штабеля пахнущих хвоей досок.

Рейдовый катер ненадолго задерживался у парадного трапа, пока ловкие, молодые ребята из

команды лесовоза карабкались вверх.

Дизель-электроход «Лена» недавно вернулся из плавания по Карскому морю и теперь стоял на рей-

де в ожидании разгрузки. Когда катер запрыгал на мелкой речной волне у борта, вахтенный матрос,

разглядывая незнакомых людей, неторопливо опустил ниже подвесной трап. Мы поспешно прыгнули

с мостика катера на площадку трапа «Лены» и, звонко стуча каблуками, зашагали по колеблющимся

ступенькам. У трапа нас встретил матрос.

— Ваши будущие пассажиры, — представились мы вахтенному. — Скажите, пожалуйста, капитан

на борту?

— Капитан в городе. Вам нужно поговорить со старпомом, он у себя в каюте.

Старший помощник капитана встретил нас приветливо:

— Телеграмму из института получили. Выделяем вам четырехместную каюту. О размещении при-

боров и груза договоритесь со вторым помощником и боцманом.

* * *

... Прошло немало времени, прежде чем настал день прощания с Архангельском. Это было в конце

августа. Раннее туманное утро. Вниз по течению Северной Двины медленно плывет наш дизель-

электроход, направляясь в Белое море. До свидания, Архангельск!

Группа пассажиров на палубе с какой-то неясной грустью следит за уходящими зелеными берегами. У

причалов лесных бирж грузятся советские и иностранные корабли.

Отличная теплая погода. Голубые просторы Белого моря освещены ярким солнцем. Кажется, что плы-

вем где-то в южном, теплом море. Ветер слабый, и не хочется уходить с палубы.

Но строгий судовой распорядок диктует свои законы. Спускаемся вниз, готовим приборы к предстоя-

щим измерениям. Примеряем полярную одежду: меховые полупальто и ватные костюмы, теплые унты и

кожаные сапоги.

Пройдя горло Белого моря, рано утром вышли в Баренцево. Идущая с севера волна слегка раскачивала

груженый корабль. На подходе к заливу попадалось много встречных судов. В туманной дымке синели

скалистые берега Кольского полуострова.

Приняв на борт новых пассажиров-зимовщиков и груз для полярных станций Земли Франца-Иосифа,

«Лена» покинула мурманский порт и снова вышла в Баренцево море. Погода заметно ухудшилась. Резкий

холодный ветер и штормовая волна смели с палубы и разогнали по каютам пассажиров. Только отдельные

любители, застрахованные от морской болезни, прятались за надстройками, фотографируя бурное море.

Суда ледокольного типа имеют округлые обводы подводной части, без груза их качает значительно

сильней, чем обычные пароходы. Наш ледокольный дизель-электроход загружен полностью. Кроме

разнообразных материалов в трюмах вся палуба занята всякого рода транспортом. Здесь помещались два

понтона, моторный катер и судовой вездеход. Тут же находились баки для горючего. На палубе были

построены деревянные домики для коров и свиней.

Все дальше на север шел дизель-электроход. Крепчал штормовой ветер, усиливалось волнение моря.

Пассажиры отсиживались в каютах и в столовой не появлялись. По коридору шли по ломаным линиям, от

переборки к переборке, хватаясь за леера — укрепленные вдоль стен деревянные поручни. При сильном

шторме мы не работали. В таких случаях самое лучшее — лежать на своей койке и при свете маленькой

лампочки читать интересную книгу. Тогда все исчезало: ревущий ветер и надоевшая качка. По вечерам в

кают-компании собирались любители кино и, сидя в удобных, привинченных к полу креслах, забывали о

штормовой погоде. А за толстыми стеклами иллюминаторов шумели и торопливо расходились волны.

Равномерно работали судовые двигатели. Позади корабля оставался медленно исчезающий след.