Чтение онлайн

– Я выбираю «Флориду», – сказал я.

Том открыл дверь, и я увидел за ней несколько комнат с огромными окнами и белыми обоями с плоскими изображениями огромных листьев – это напомнило мне кухню «Сайгона». Желтые шторы неплохо подходили к ратановой мебели, а восьмифутовый крокодил улыбался гардеробу, словно дожидаясь обеда, чтобы сойти со своего места.

– Тебе помочь распаковать вещи? – спросил Том. – Нет? Тогда встретимся у меня в кабинете этажом ниже, как только ты будешь готов.

Я понес свои сумки в спальню, слыша за спиной шаги выходящего из комнаты Тома.

Над бамбуковым столиком со стеклянной крышкой висела фотография композитора Делиуса, написавшего когда-то произведение ярд названием «Флорида». На фотографии Делиус выглядел как сердитый наставник из довоенной английской школы. Фредерик Делиус и аллигатор – неплохое сочетание. Я вымыл руки и лицо, слегка поморщившись от боли, после того как неудачно пошевелил правым плечом, вытерся и пошел вниз, чтобы обсудить с Томом последнюю часть плана, придуманного нами в машине.

– Дик Мюллер был первым человеком, упомянувшим в разговоре с тобой о проекте Эйприл, правда? Итак, он намекает, что нашел в ее рукописи кое-что интересное.

– Кое-что, стоящее больших денег.

– И он устраивает нашу встречу. И тут наш парень проявляет себя.

– Остается только надеяться, – сказал я.

Мы сидели на диване в кабинете Тома, а прямо перед нами сменяли одна другую причудливые фантазии на экранах трех компьютеров. Теперь мы знали, что за здание изображено на фотографии. Компьютер оказался не так уж не прав. Странные цилиндрические формы у входа изображали круглую будку, в которой продавались билеты, – Бандольер собирался убить Хайнца Штенмица возле одного из самых подходящих в городе мест – кинотеатра «Белдам ориентал». Но то ли присутствие других людей, то ли сам Штенмиц внесли коррективы в действия Бандольера. Однако этот старый кинотеатр сохранил свою важность для его сына.

– Наверное, там он и держит свои записи, – предположил я. – Это единственное место, которое осталось.

Том кивнул.

– Ты уверен, что тебе удастся убедить его, будто ты – Дик Мюллер? Умеешь подделывать голоса?

– Пока нет, но я собираюсь брать уроки. В этой комнате есть телефонный справочник?

Том встал и снял с полки над столом толстую книгу.

– Уроки миллхейвенского произношения? – переспросил он, передавая мне справочник.

– Подожди – увидишь, – сказал я, начиная искать телефон Байрона Дориана.

Дориан вовсе не удивился моему звонку. Удивил его лишь тот факт, что я снова в Миллхейвене. Он сообщил мне, что собирается провести выставку в одной из галерей Чикаго и что написал еще одну картину, посвященную убийствам «Голубой розы». Потом спросил, как продвигается моя новая книга. Я сказал парочку пустых фраз на эту тему, а потом мне все-таки удалось его удивить.

– Вы хотите научиться говорить с миллхейвенским акцентом? – переспросил Дориан.

– Я объясню все потом, но мне надо, чтобы люди, с которыми я буду говорить, не сомневались, что я тот, за кого себя выдаю.

– Но это же смешно, – казал Дориан. – Тем более, вы сами родом отсюда.

– Но у меня нет больше этого акцента. Я знаю, что вы можете это сделать. Я помню, как вы изображали голос отца. Это именно тот акцент, который нужен.

– О, Господи. Ну что ж, можно попытаться. И что же вы хотите сказать?

– Как насчет: «Полиции будет очень интересно»?

– Плиции будт очн интрсно, – быстро произнес Байрон.

– Это может повлиять на вашу карьеру.

– Это мжет пвлиять на вашу крьеру. Но для чего все это?

– А как звучит «здравствуйте»?

– Здрствуйте. Это имеет отношение к Эйприл?

– Нет, не имеет. «Я не хочу передавать эти сведения».

– Это ваши слова или я должен перевести их на миллхейвенский диалект?

– Переведите.

– Не хчу пердвать эти свдения. Теперь надо запомнить кое-какие общие правила. Например, если хотите выделить слово, произносите его громче и медленнее. Вы знаете, как сказать Миллхейвен?

– Млхейвен, – произнес я.

– Близко. Но на самом деле Млхевн. Почти «Мхвен», но не совсем.

– Млхевн, – сказал я. – Здрствуйте. Это мжет пвлиять на вашу крьеру.

– Неплохо. Что-нибудь еще?

Я попытался вспомнить, какие еще слова могут понадобиться.

– Кинотеатр «Белдам ориентал». В рукописях – интересная информация.

– Кнтетр «Бдлам орнтал». В ркпси интрсная инфрмция. А если хотите упомянуть время, говорите просто «пять», а не «пять часов» – если, конечно, на часах не двенадцать.

– Я хчу встртиться с вами в пять обсдить интрсную инфрмцию.

Дориан поправил несколько слов и пожелал мне успеха, для чего бы мне ни было все это нужно.

Я повесил трубку и взглянул на Тома.

– Ты хоть понимаешь, – сказал он. – Что пытаешься научиться говорить так, как говорил, будучи маленьким мальчиком.

– Я птаюсь нчится гврить как Дики Мюлр, – ответил я.

Пока Том нервно ходил по кабинету, я позвонил всем троим – Маккендлессу, Монро и Хогану – и сказал, что я – Дик Мюллер, друг и коллега Эйприл Рэнсом, что я только что нашел интересный манускрипт, который Эйприл, должно быть, спрятала среди книг в моем кабинете и он, знаете ли, полон весьма интересной информации. Очень интересной. Особенно для полицейских Миллхейвена. Особенно для тех, на чьей карьере это может отразиться.

Маккендлесс сказал на это:

– Если информация такая важная, почему бы вам не явиться с нею в управление, мистер Мюллер?

Хоган сообщил, что дело Эйприл Рэнсом закрыто.

– Спасибо, что позвонили, но можете выкинуть эту рукопись в помойку.

– Что это? – спросил Монро. – Угроза? О какой такой информации вы говорите?

– Я не хочу разглашать сведения, но для вас важно поговорить со мной лично.

Маккендлесс посоветовал, если это так важно, прийти к нему в кабинет на Армори-плейс.