Чтение онлайн

Утверждение о том, что мир был создан несовершенным божеством через свои собственные недостатки, имеет смысл, когда индивид понимает гностическую концепцию Бога, которая является более тонкой, чем большинство других. Бог для гностиков — это конечная реальность, находящаяся за пределами реальности сотворенной и, в некотором смысле, совершенно чуждая ей. Как и каббалисты, вкупе с большинством эзотериков по всему миру, гностики заменяют идею сотворения идеей эманации Божественно начала. Трансцендентный Бог не создает. Божественная сущность проистекает, проявляется из непроявленного состояния, что создает возможность для отдаленного, более конкретного творения. Подлинный Бог всегда остается первопричиной, а другие объекты становятся подчиненными (или вторичными) причинами сотворения.

Воспользуемся удачной аналогией: финансист или землевладелец может решить обработать большой кусок земли. Скорее всего, этот человек не будет принимать непосредственного участия в расчистке и подготовке земельного участка, планировании и конструировании зданий. Архитекторы, инженеры, строители и другие будут выполнять эту работу. Разве нелогично предположить, что мир был создан подобным способом? Гностики всегда придерживались этой точки зрения. Следующая аналогия: если землевладелец принимает все меньшее и меньшее участие в процессе, тогда как главный архитектор оказывается неумехой, а его рабочие — неряхами, то, несмотря на благие намерения владельца, окончательный результат будет вовсе не идеален.

Архитектор известен в древнем гностицизме как Демиург — от греческого «demiurgos» — «полу-создателя», поскольку он сотворил только внешние формы, но не духовные энергии мира. Работники и будущие руководители были названы архонтами, используя греческое слово, означающее «мелких правителей». Разумеется, что большинство дел и слов Ветхого Завета согласуется с характером Демиурга. Презрение к Яхве в гностицизме проистекает именно из этого обстоятельства.

Гностицизм считает, что человеческие существа в своей основе не являются произведениями материального мира. Важное выражение в этом утверждении — «в своей основе», ибо гностическая традиция фокусируется скорее на сущности, чем на физической и умственной упаковке, её оборачивающей. Хотя теории биологической эволюции не существовало во времена древних гностиков, можно предположить, что в отличие от ортодоксального христианства, они бы не возражали против этого. Ибо они верили, что человеческое тело берет своё начало на земле, но человеческий дух приходит издалека, из реальности Полноты, где обитает истинное Божество. Человек состоит из физического и психического компонентов, которые являются бренными, а также из духовного компонента, представляющего собой фрагмент божественной сущности, иногда называемый божественной искрой. Из-за того, что гностическая традиция осознает эту двойную природу — мира и человека — этот факт получил эпитет дуалистический.

Люди, как правило, не знают о божественной искре, проживающей в них. Это неведение служит интересам архонтов, которые выступают в качестве космических рабовладельцев, удерживая искры света в неволе. Все, что заставляет нас оставаться привязанными к земным вещам, включая психологические концепции, которых мы придерживаемся — держит нас в рабстве у этих мелочных космических правителей. Большинство мужчин и женщин подобны Адаму, который заснул в Раю. Современные эзотерические учители (в том числе Г. Гурджиев) удачно воспользовался этой гностической основой, представляя человечество как толпу лунатиков. Пробуждение от этого сна является совместным результатом нашего стремления к освобождению и божественной помощи, нам оказанной.

Гностицизм исповедует очень отчетливую и продуманную сотериологию — то есть учение о спасении и спасителях. Спящий человеческий дух пробуждается призывом предельной Божественности или посланниками Света. Такие посланники ниспосылаются Истинный Богом на протяжении всей истории. Они спускаются из высших духовных реальностей, чтобы пробудить души для возвращения. Они приходят возродить человеческий дух в его первоначальном сознании и привести его к Божественности. Лишь некоторые из этих спасительных образов упоминаются в Гностических Писаниях. Наиболее важные — это Сет (третий сын Адама), Иисус и пророк Мани. Иногда спасительная роль отводится некоторым пророкам Ветхого Завета, и некоторым основателям более поздней (Манихейской) Гностической традиции, а также такие великие учения, как Будда и Заратустра, признаются истинными посланниками света. Большинство гностиков всегда смотрели на Иисуса как на основную спасительную фигуру. Даже Мани, занимавшейся своей деятельностью в Иране и Азии, считал себя пророком Иисуса Христа и почитал Иисуса как спасителя.

Что означает спасение для гностиков? Во многих смыслах, гностическая концепция спасения близка к концепции освобождения, лежащей в основе индуистской и буддийской традиции. Гностики ищут спасения не от греха (первородного или какого-либо другого), но от невежества, следствием которого и является грех. Те, кто познает Божественное через гнозис, избавляется от всех грехов, тогда как те, кто его не узнал, не могут спастись, а только продолжать впадать в прегрешения. Невежество — которое означает незнание духовных реальностей — рассеивается посредством гностического опыта. Решающее откровение гнозиса было принесено посланниками Света, особенно Иисусом, который считается вестником этого периода.

Гностическая концепция спасения очень тонка. Ученики Духа, у которых понимание гностических идей является поверхностным, часто неправильно понимают гностическое спасение как совершенно непосредственный индивидуальный опыт, своего рода духовное делание — т.е. объект, предназначенный для самостоятельного достижения. Эта проекция на гностическую традицию — в значительной степени продукт нашей светской, религиозной эпохи и общества. Если бы существовала возможность спасения без чьей-либо помощи, то подавляющее большинство человеческой расы было бы давно освобождено. Также освободительный гнозис не является результатом простого чтения, интеллектуальных размышлений и дискуссий. Чтобы освободиться от тяжкого бремени духовного невежества нам необходима помощь вкупе с нашими собственными усилиями.

Гностицизм всегда признавал, что потенциал гнозиса, соответствующий спасению, присущ каждому мужчине или женщине, также он не является чужим и коллективным, но индивидуальным. Поэтому все заявления обычной христианской искупительной теологии бессмысленны для гностика. Мир не был создан совершенным, его нынешнее состояние не является следствием падения, и человеческая раса не несет первородного греха, который передается всем мужчинам и женщинам. Следовательно, нет никакой нужды приносить в жертву Божьего сына, чтобы успокоить его гневного Отца и тем самым спасти человечество. Примечательно, что оригинальное греческое слово, обозначающее грех, hamartia, означает «не попавший в цель». При использовании в этом смысле, слово «грешник» относится к большинству людей. Мы все не попадаем в цель, и мы делаем это потому, что не знаем истинной природы вещей и божественности. Великие посланники Света приходят стимулировать наши возможности избавиться от этого невежества. Мы нуждаемся в просветительских учениях и освободительных мистериях (таинствах), приносимых нам, чтобы помочь проявлению нашего потенциала освобождения.

Те, кого посланники Света пробуждают от духовного сна (и те, кто приложил необходимое количество духовного усердия и старания) — становятся истинными Гностиками (знающими, или пневматиками, подлинными духовными личностями), тогда как остальные остаются бессознательными и привязанными к земле. Некоторые называют эти взгляды элитарными, а современное эгалитарное мышление имеет тенденцию восставать против них. Но есть разница между деспотической, своекорыстной элитарностью, которая прославляет самого себя, и своих собратьев как отдельную группу, с одной стороны, и неизбежным существованием элитных личностей, с другой. Покойный духовный учитель Дж. Кришнамурти писал в своей небольшой классике «У ног Учителя»: