Чтение онлайн

Олег съехал немного вниз и сел на толстый ствол, свесив ноги по сторонам.

Попытаться еще раз?.. Зачем?

Сейчас, растеряв ярость, он мог мыслить разумно, а потому понял, что все это бесполезно. Ведь любое оружие лишь самый пик, вершина высочайшего индустриального массива. Это только в голливудских боевиках по послевоенным ядерным пустыням могут носиться мотоциклы и бронетранспортеры, — у них там, в Америке, всегда было хорошо с сервисным обслуживанием и плохо с образованием. А реальная техника нуждается в топливе и смазке, которые на деревьях не растут, а еще — в запчастях, боеприпасах, расходных материалах. Это означает высокотехнологичную химическую промышленность, развитую металлургию, обработку, высокоточное оборудование, добывающую промышленность, транспорт, управление… И еще много, много прочих мелочей.

Ладно, пусть он сотворит полностью снаряженный бронетранспортер, на ходу, со всеми прибамбасами. Ну и что дальше? Где он найдет посреди этой дикарской страны обученный экипаж? Механиков, мотористов? Безнадега…

Оружие может пригодиться только очень простое, надежное, легкое, но эффективное, а главное — не требующее большого ума. Автомат Калашникова, например. Лучшее оружие всех времен и народов. Вот только патроны жрет, как моль махровые платки, — не напасешься. И каждый ведь должен быть калибром точнехонько семь шестьдесят две, да высотой гильзы тридцать девять и шестьдесят сотых миллиметра, да снаряжен тремя граммами нитропороха… В деревенской кузне такое не изготовишь.

Олег остановился, стараясь не упустить шальную мысль, не испортить. У него зародилось ощущение, что появился последний шанс, последняя возможность использовать последние метры нехоженой земли, на которой еще можно хоть что-то создать.

Автомат Калашникова он знал до последнего винтика. Спасибо партии родной — в школе учили, в училище, в армии. Ничего не забудет. Вопрос: сколько их нужно? А для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно решить, а чего, собственно, он, Создатель, хочет?

Первое — снести Дьяволу его поганую голову. Это он сделает, как бы рогатый ни крутил. Что потом? Потом истребить к чертовой матери «мудрецов», превративших его в посмешище, сделать, как и обещал, их правительницу своей служанкой… Вот вроде и все. Дальше останется спокойно жить да править покорными вассалами.

Пожалуй, имея автомат, он сможет без труда разогнать всех всадников Дьявола и порубать потом его самого в мелкую труху. Сможет и воинов хеленских приструнить. Но ведь этого мало. Зарежут потом сонного, как Юдифь своего господина.

Значит, ему понадобятся преданные бойцы, которые станут следить за порядком, усмирять непокорных, охранять его от предателей. Выполнять черновую военную работу. Нужен боевой отряд… Причем абсолютно надежный — чтобы тоже в спину не ударил…

Создатель в растерянности зачесал голову. Самый безопасный вариант: один-единственный автомат — для Господа. Самый боеспособный — отделение автоматчиков в качестве ударного кулака. Но для этого мира десять автоматчиков — сила, с которой, если что, не справится даже он сам. Стоит ли рисковать?

Но не выходить же против дьявольской конницы с пустыми руками! Сколько у нечистого всадников? Сотни две. Может быть, три. Триста прицельных выстрелов в течение минуты делают четыре автомата. Пожалуй, четыре «Калашникова» вполне остановят конную атаку — были бы патроны. А уж с пехотой хеленов тем более управятся. За четырьмя автоматами он сможет уследить лично, держать при себе. Да, это оптимальное количество. Ударная группа из автоматчиков, пять-шесть десятков пехоты. Вряд ли здесь хоть кто-то устоит перед такой небольшой, но сильной армией.

Олег откинулся на спину, закрыл глаза, сосредоточился. Дикий лес. Жуткие места, куда уже много, много сотен лет люди предпочитают не соваться. Видать, когда-то здесь царила великая цивилизация, оказавшаяся жертвой собственного всемогущества. Она доэкспериментировалась со своими знаниями, перешагнула черту, пытаясь подчинить природу, созданную великим и всемогущим Господом Богом. И что теперь от нее осталось? Таящиеся по укромным уголкам безмозглые вампиры, затерянные в чащобах развалины городов, три танка неизвестной конструкции, вросшие в землю на лесной поляне, спрятанный под землей блиндаж, где среди сваленных пустых ящиков лежит себе один с любовно запакованными, тщательно смазанными автоматами, да сад над замаскированным укрытием.

В саду растут низкие, похожие на яблони, деревья — плод селекционных фантазий сгинувших ученых. На толстых крученых ветвях поспевают крупные изогнутые стручки. Семена зреют крепкие, остроконечные. Готовы впиться в любое препятствие, чтобы пустить в нем корни. Но самое главное — это способ, каким дерево разбрасывает семена: сухая желтоватая бутылочка, которая от малейшего удара превращается в огонь, отшвыривая семя на огромное расстояние.

Вот и все…

Создатель понял: только что он закрыл последнее белое пятно на просторах нового мира. Истрачено последнее место, о котором не знали люди, где была возможность сотворить нечто новое. Отныне любые изменения возможны здесь только одним способом — руками. Тяжелым физическим трудом.

Олег сел, потянулся. Глаза слипались. Создатель устал так, будто разгрузил вагон угля.

По небу плыли крупные кучерявые облака. Видно, к дождю. На кончике ствола копошился Данила, пытаясь забраться внутрь. Не получалось — крылья мешали. Создатель усмехнулся, спрыгнул на землю. Хорошо бы найти блиндаж, пока не закапало.

Олег был уверен — тайник где-то рядом. Если танки брошены здесь, то и склады должны быть неподалеку. Он повернулся к горам спиной, решительно направился к елям на краю поляны. Так и есть, темный бор просвечивал насквозь. Создатель выхватил меч, привычно врубился между стволов. Пройти-то надо от силы сотню метров.

Последние шаги Олег преодолел не по мягкому ковру иголок, а по толстому слою сухих еловых ветвей. Стволы деревьев, словно оспинами, были покрыты мелкими сколами. Старыми, затекшими смолой и совсем белыми, свеженькими. Здесь прорубаться уже не приходилось: тяжелых лап стало намного меньше, да и те в большинстве своем куцые, подрезанные.

Создатель прошел в сад. Ели опасливо сторонились невысоких деревьев, походивших на яблони. Больше того — даже трава не разрасталась под зелеными кронами. Так, отдельные чахлые островки на изрытой множеством мелких ямок земле.