Чтение онлайн

Девица испуганно ойкнула, спрыгнула на пол, метнулась к одежде, сгребла ее на груди, замерла. Потом гулко рухнула на колени:

— Прости меня, Создатель. Сама не знаю, что на меня нашло… Прости меня, Господи!

— Я не сержусь, встань. Подойди сюда.

Девушка поднялась на ноги, приблизилась, стыдливо прикрывая тряпками грудь — при этом все прелести ниже пояса оставались обнаженными. Создатель звонко похлопал ее по раскрасневшейся заднице:

— Молодец. Не волнуйся, я не только не сержусь, мне даже понравилось. А теперь иди работай.

Некоторое время Господь валялся в постели, наслаждаясь сладкой истомой. Потом все же встал, привел себя в порядок. И вовремя — в дверь постучали.

— Войдите! — разрешил Олег.

— Ты просил сообщить, Создатель, когда появится армия горцев, — осторожно протиснулся в горницу незнакомый селянин.

— Да! — В предвкушении ответа у Господа засосало под ложечкой.

— Они идут по придолинной дороге.

— Й-ес! — не удержался от радости Создатель и отправился хабрекам навстречу.

Походную колонну вел хорошо знакомый старик из пограничной деревни. Старейшина вскинул руку — воины остановились, — опустился на колено и торжественно произнес:

— Приветствую тебя, Создатель. Наши жизни в твоем распоряжении.

— Рад видеть тебя, старейшина, — ответил Господь. — Встань. Сколько воинов пришло с тобой?

— Двенадцать десятков, Создатель.

— И это все?

— Еще два отряда подойдут через несколько дней, — торопливо сообщил старик.

Создатель молчал. У него опять появился соблазн немедленно двинуться в поход на Мертвый Замок. Сто двадцать копейщиков — это неплохой кулак против двух сотен всадников, и все-таки… И все же гораздо надежнее обеспечить себе не просто шанс, а подавляющее преимущество, чтобы потом смести служителей Дьявола с лица земли, словно пыль с полки серванта.

— Хорошо, — кивнул Создатель. — Отдыхайте.

Вскоре должны подойти еще два отряда минимум по сотне воинов каждый, должен вернуться отряд Михаила, добыча которого наверняка послужит предметом зависти и подбодрит хабреков в предстоящих боях. А триста воинов куда сильнее, чем сто. Да и селяне продолжают подходить. Пожалуй, есть смысл обождать еще несколько дней. Ведь он ждал этого совсем уже близкого мига возмездия куда дольше…

Едва Олег переоделся, как в мастерскую заглянула Альбертовна.

— Пришел? — недружелюбно спросила она.

— Ага, — кивнул литейщик и тут же попросил: — Хозяйка, может заплатишь за июль пораньше? Денег совсем нет.

— Неделю прогулял, а теперь ещё и денег просишь? — Альбертовна приподняла брови. — Сперва отработай.

Она захлопнула дверь, предоставив Олегу материться вслед в полное свое удовольствие.

Работы накопилось килограммов десять — поштучно лежащие грудой восковки и не сосчитать. Литейщик отправил тигли в прогревшуюся печь, достал формовочный порошок. Руки его работали, а в голове постоянно вертелась одна и та же мысль — где взять денег? Ведь в любой момент на планете Тысячи Солнц может понадобиться его присутствие, а снотворного не осталось ни единой капсулы.

Самый простой ход — взять в долг. Но здесь, в мастерской, брать не у кого, а бегать по знакомым и друзьям — долго, да и некогда. Можно что-нибудь продать, но это еще дольше. Ничего быстроликвидного, типа долларов или золотых побрякушек, Олег не имел… Правда — осенило Создателя, — он имел подходящую работу.

Поставив в печь очередной тигель, Олег достал из банки потеки «отработанного» воска, покрутил в руках. Быстро слепил пирамидку высотой сантиметров семь. Пригладил грани. Немного подумал, глубоко прорисовал на плоскостях каббалистические знаки (широко известный древнеегипетский иероглиф единства полов, пентаграмму, шестиконечную звезду и придуманную на ходу хитрозакрученую хреновину). Добавил сверху петельку. Критически оглядел получившуюся безделушку со всех сторон.

А ничего, вполне сойдет за атрибут некоего тайного культа. Литейщик удовлетворенно кивнул и принялся утрамбовывать пирамиду в формовочный порошок.

Мастерскую Олег закрыл в семь, побежал на метро. На выходе из «Петроградской» повернул на Большой проспект.

Ломбард работал до восьми вечера. Народ в небольшом холле отсутствовал. Молодой человек подошел к окошку, достал из кармана пирамидку, взглянул на нее в последний раз и… Остановился.

Сквозь зашоренное стремлением сознание смогла пробиться страшная в своей истинности мысль: сейчас, в это самое мгновение, он становится вором. Мразью, преступником, отрыжкой общества. Ведь Альбертовна, при всей своей стервозности, никогда не пыталась проверять его честность. Она верила, что он не утаивает доверенный драгметалл, что честно указывает угар, что все до последнего грамма пускает на изделия. И чем он собирается отплатить? Продать почти кило чужого серебра из-за коробки снотворного! Зачем? Ради чего?

Да, ему снится интересный, захватывающий сон. Но ведь это всего лишь сон, а здесь — реальная жизнь! Он уже забыл, когда касался своей жены, когда разговаривал с собственным сыном. Неужели обычный сон, пусть очень интересный, дороже родных и близких, дороже работы, доверия, совести, наконец! Неужели он не сможет обойтись без ночных приключений?

Да и обходиться не надо! Можно просто спать ночью, как все нормальные люди. Конечно, он не обычный человек, он Господь, он Бог, он Создатель целого мира. Но разве это может оправдывать преступление?

— Эй, парень, — похлопал, по плечу охранник ломбарда, — ты что, заснул? Мы через десять минут закрываемся.

— Да-да, извините, — кивнул Олег и с облегчением опустил пирамидку обратно в карман.

Больше всего ему хотелось купить жене цветы. Давно не преподносил он своей Танечке даже банальных гвоздик, еще задолго до того, как создал планету Тысячи Солнц. Но денег по-прежнему не было, и Олег поклялся выбрать роскошнейший букет после ближайшей получки. А пока — провести с нею и сынишкой весь вечер.

Тани дома не было. Похоже, они с Сашкой опять трудились в ресторане. Олег согрел ужин, плотно перекусил. Помыл посуду. Поточил ножи. Походил из угла в угол.

Потом махнул рукой и лег спать.

Здесь занимался новый день: раннее утро, не больше десятка солнц над горизонтом, прохладный воздух, роса на траве. Селянин у дверей сонно хлопает глазами.

— Как выспался? — спросил его Олег.

— Во имя Создателя! — невпопад выкрикнул воин.

— Ладно, ладно, хвалю, — умерил его восторг Олег и вышел из деревни.