Голод сердца
Шрифт:
Александр замер, все еще скрытый кустами, невольно зажмуриваясь и встряхивая головой, словно в попытке прогнать наваждение, а потом, буквально, впился взглядом, отслеживая каждое движение девушки.
Это была Ярина, он мог свою жизнь поставить на это…
Каждое движение, наклон головы…
Это была его Яря. Но как? И что она здесь делала?!
Не веря себе, ощущая неистовое сердцебиение, он засунул пистолет за пояс, и на ватных ногах начал приближаться к месту, на котором происходило нечто странное… Что-то, вызывающее ассоциации в его памяти.
Парень замер, как-то безвольно понурив голову, не шевелясь, и теперь Ярина приближалась к нему. Но и ее движения были странными, неуверенными. Словно каждый шаг она делала через силу, желая отступить назад. Александр и сам не заметил, как остановился, наблюдая за этой непонятной, беззвучной сценой.
Наконец, Ярина (а в том, что это была она, у него уже не осталось никаких сомнений), подошла к подростку почти вплотную. Парень медленно и вяло поднял руку в ее направлении…
Холод прошел по позвоночнику Алека от наблюдения за этим, и он непроизвольно мотнул головой, отрицая, прогоняя подступающее осознание.
Просто он только что вспоминал о Лине, и от того, видит в этом жесте не то, что должен был бы…
Ярина обхватила ладошками руку парня, и немного наклонившись, застыла…
Будто заставляя себя, она еще немного наклонилась, и опять остановилась.
Между запястьем покорно стоящего парня и ее губами — была лишь пара сантиметров. Но Яря все медлила…
Александр выругался в уме, почти понимая…, и все равно, отказывался верить. Этого не могло быть! Не могло случиться на самом деле! Не с его Яриной!!
Но тут в его мозгу зазвучал ее тихий, прерывистый шепот "я в аду, наверное…".
И Алека, будто ударило током: если такое могло случится с Линой, кто мог застраховать Ярину от подобного?! Тем более, она была одна, и бродила по Бухаресту, судя по тому, что рассказывала ее мать…
Черт! Черт! Черт! Это не могло быть правдой, но похоже — было…
В этом городе слишком много вампиров, черт бы их всех побрал!
Только не Ярину…
Пока он пытался осознать то, что так медленно но настойчиво пробивалось в сознание следователя, ситуация на площадке изменилась.
Яря, так и не коснувшись запястья подростка, замотала головой и резко оттолкнула парня. Тот отлетел на очень прилично расстояние. Она никогда не была сильной…, не настолько.
— Уходи! Убирайся! — надрывно закричала девушка, падая коленями на обледеневшую, мерзлую землю и обхватила свои плечи руками, не глядя уже, как пришедший в себя ребенок, с ужасом смотрит на нее, словно только осознал, что был очень близок к смерти.
Парень вскочил и так быстро побежал от этой хрупкой девушки, словно та была монстром. Вероятно, так оно теперь и было на самом деле…
Ярина была босой.
Это не понравилось ему. Совершенно.
Разум Алекса еще не осознал, не переработал то, что уже понимало сердце.
Он так и стоял метров за триста от площадки, и никак не мог решить, что же стоило сделать.
Пока тихий надрывный звук, не нарушил тишину парка.
Алекс вздрогнул, с ужасом понимая, что это Яря… плакала? Выла?! Он не мог сказать, было ли это плачем. Скорее, безнадежность и отчаяние, выраженное звуком.
Александр резко дернулся с места, пока еще не до конца осознавая, что именно делает, но понимая единственную вещь: то, что лишь несколько дней назад он говорил Лине — было и для него верно — без разницы, была ли его любимая еще человеком.
Это была его Ярина. Больше для Алекса ничего не имело значения…
— Яря! — он бежал, не желая, чтобы она так страдала, но и не представляя, как может утешить ее. Не думая, не размышляя, просто понимая, что хочет оказать рядом с ней. Коснуться кожи Ярины. Обнять ее. Успокоить. И рассказать, что все будет хорошо. Что бы ни произошло, это ничего не изменит…
Она вскинула голову, привлеченная его окриком, и пораженно смотрела за стремительным приближением Алекса. На лице Ярины было написано недоверие, почти шок.
— Саша? — еле слышно прошептала она, медленно поднимаясь с земли, — Саша…, но как? Они говорили…Все…
Ярина пораженно замолчала, всматриваясь в его черты, когда Алекс замер рядом, задерживая сбившееся дыхание. Черт бы побрал эту лихорадку! Он ощущал себя не сильнее того подростка, который только что улепетывал отсюда. Но и это не было важно.
После всех этих дней, после суток, наполненных отчаяньем и страхом — она была рядом. Его Ярина. Лишь в шаге.
Алекс протянул руку, накрывая ладонью щеку Яри, и нахмурился от того, что ее кожа была прохладной на ощупь. Ни у Грегори, ни у Катти он не замечал подобного.
— Яря…, - почти с благоговением выдохнув ее имя, он гладил пальцами щеку любимой. — Яречка… — Алекс чуть надавил, притягивая любимую ближе, видя, что она все еще не осознает, не верит, что в самом деле видит его.
Это движение словно вывело ее из ступора.
— Саша?! — Ярина обхватила своими ладонями его лицо, и на ее губах появилась робкая улыбка. — Ты жив, правда жив… — она прерывисто вздохнула…, и резко отпрянула от него, почти отталкивая. — О, Господи! Уходи!
Алекс наблюдал, как радость, лишь на мгновение появившаяся в карих глазах любимой, сменилось ужасом и еще чем-то…
Тем, что заставило ее жадно втягивать воздух. Жажда. В ее глазах был голод.
Она попятилась от него, закрывая ладонями лицо.
Александр был бы придурком, не пойми, что с ней происходит. Не после того, что видел недавно.
Но она-то думала, что он не осознает…, что ему не известно. Он должен был ей сказать, успокоить. Меньше всего, Алекс хотел очередного непонимания между ними.