Гомункул
Шрифт:
Исследование продвигалось. Вскоре стало понятно, что нельзя просто взять и протестировать алгоритм на экспериментальном образце – человекообразном механизме с искусственными мышцами и ватой вместо мозга. Для этого нужно было попасть в подвал здания, и, чтобы получить ключ, предстояло преодолеть бюрократические круги ада.
…Прекрасное утро испортила ворона. Её карканье не слышал только глухой. Игорь шёл и жевал пончик (он не признавал никакой еды, кроме перекусов), но остановился, чтобы разглядеть интересный рисунок на глазури. И тут наглое создание село ему на плечо и отхватило крупный кусок!
Такое не прощают. Игорь бросился за вороной, а та с добычей в клюве поскакала через газон и взлетела. Юноша остановился рядом с вентиляцией. Какая досада, что он не умеет летать!
Пончик всё ещё был съедобным, но аппетит испортила очередная неожиданность. Приятную тишину парка разорвал леденящий душу крик.
На секунду Игорю показалось, что он попал в фильм ужасов. Но… нет. Это первокурсники прикалываются. Наверное…
Только Игорь расслабился и сделал шаг к дорожке, как раздалась череда коротких воплей. Они пробирали до костей, поэтому сначала возникло впечатление, что источник рядом. Но на самом деле звук был тихим, едва слышным сквозь шелест листвы.
Вечно так! Игорь часто не замечал того, что следует, но мог уловить нечто, недоступное другим.
Разозлившись, он снова направился к дорожке. Так и есть, отсюда ничего не слышно. И думать тут не о чем.
Но, не осознавая себя, Игорь вернулся к вентиляции и прислушивался к крикам, пока они не смолкли.
Постояв какое-то время, он махнул рукой прохожему:
– Эй.
Остановившийся парень нажал себе на ухо, выключая биоплеер, и выжидательно взглянул.
– Я слышал тут крики. Едва слышные, но жуткие. Может, позвать на помощь? – предложил Игорь.
Незнакомец ухмыльнулся.
– Звали до тебя, много раз. Ты не в курсе? Говорят, здесь обитает призрак. Бывший студент, который не сдал сессию и бросился из окна Главного здания. Но слышат его лишь те, кто сам на грани отчисления…
Он, посмеиваясь, зашагал ко входу. Игорь смотрел ему вслед. Что за чушь? Привидения, призраки… Надо быть больным, чтобы в это верить, и клиническим идиотом, чтобы вылететь с шестого курса.
Но всё же крик пробрал его, а значит, был реален. Несмотря на тёплую куртку, Игорь почувствовал озноб. Он же ещё не сошёл с ума?
***
– У неё перерыв. Подождите минут пятнадцать.
Вот чёрт.
Около часа Игорь ходил из стороны в сторону. Он сосчитал количество деревяшек в паркете и отковырял кусок лака со скамейки, но от скуки не спасся. Поэтому постучал снова.
– Прошу простить…
Вдруг из смежной комнаты вышла дама, на поиски которой ушло полдня. Сложно поверить, но она сидела там всё время. Игорь сохранял непроницаемое лицо. Один раз он уже обжёгся, устроив скандал в университетской поликлинике, и ему отомстили, назначив колоноскопию.
– Ну что ещё? – гаркнула дама.
– Игорь Калашников. Допуск в хранилище. Здравствуйте.
Юноша не сдержал победной улыбки. Его научный руководитель, Павел Николаевич, имел связи на биофаке и помог получить пропуск. Обычно студентов здесь разворачивали.
– Это надо подписать, – она выдала три бумажки, – в электронном виде и рукописном. Потом поставить печать в канцелярии и отнести мне. Дождаться решения декана, принести фотографии на пропуск…
Неужели где-то ещё делают бумажные фотографии? Всё давно переведено в цифровой формат!
Игорь занёс было шариковую ручку, но остановился и спросил:
– А что я, собственно, подписываю?
– Это – вы ознакомлены с техникой пожарной безопасности, это – возместите стоимость, если нанесёте материальный ущерб, и вот это – что обязуетесь не разглашать информацию о разработках.
Игорь удержался и промолчал о том, что его не ознакомили с техникой пожарной безопасности. В награду он получил карточку-пропуск.
***
В тёмном пустынном коридоре подвала стоял человек в форме. Взгляд его остановился на подошедшем студенте, и лицо сразу расплылось в улыбке.
– Калашников! Сколько лет, сколько зим!
На Игоря пристально смотрел лохматый охранник.
– Ты кто вообще? – удивился студент.
Вопрос прозвучал грубо, но охранник улыбнулся ещё шире.
– Совсем не изменился, – сказал он. – Ваня же, Самсонов! Вместе на контактное жонглирование ходили! Не узнал?
Игорь действительно когда-то учился трюкам и фокусам. Он порылся в воспоминаниях и нашёл там Ваню, но смутный образ отличался от того, что он видел глазами прямо сейчас. Тощий нытик превратился в приветливого мужчину с прямой осанкой.
– Тот Ваня, которого отчислили и забрали в армию? – уточнил Игорь.
Его слова утонули в вопле, приглушённом железной дверью.
Двое напряглись. От страшного звука побежали мурашки по коже. На миг всё стало потусторонним. Стоишь с замершим дыханием – ни мёртвый, ни живой.
Игорь узнал этот сорванный голос. Он слышал его пару дней назад у вентиляции. Но только осторожно усмехнулся и спросил:
– Там кого-то пытают?
– Нет, нет, – замахал руками Ваня. – Там больной раком. Подписался на испытания болеутоляющего. Говорят, это будет революция. Оно действует непосредственно на мозг… Нет побочных эффектов, человек полностью в сознании… Нулевая чувствительность, хоть отрубай конечность.
– Похоже, результатов пока нету.
– Да ну. Он кричит уже не так часто. А тебя к какой разработке проводить?
За таинственной дверью клубился мрак. Игорь пару мгновений колебался. Что-то внутри неудержимо влекло его в никуда, к кричащему человеку. Рот открылся против воли.
– А мне, – выговорил он, – к нему.
Ваня удивлённо приподнял брови.
– К нему?
– К нему, – подтвердил Игорь, снова взяв себя в руки. – Вот, смотри. – Он достал бумаги. – Это тема моей работы: «Минимизация болевых ощущений при заболеваниях опорно-двигательного аппарата».