Гонтлгрим
Шрифт:
Ещё мгновение — и вампир рассыпался, превратившись во множество чёрных хлопьев, которые унёс водопад.
Всё закончилось так же внезапно, как и началось, но Дриззт знал, что ловушка для Исконного захлопнулась, знал, что они победили, потому, что ниже края обрыва видел воду, не как в озере или луже, а яростно бившую по краям ущелья.
Исконный выпустил столб лавы, пытаясь подняться, пещера наполнилась паром. Тем не менее, вода не исчезла, и зверь опустился обратно, туда, где он находился многие тысячелетия. После этого во всём зале воцарилась тишина, какой не было здесь последние несколько лет.
Но Дриззт не наблюдал за всем этим. Едва восстановив равновесие, дроу убежал в глубь тоннеля.
Далия сидела у дальней стены, обессилевшая и покрытая потом, она кивнула Дриззту в знак того, что с ней всё в порядке. Но он не смотрел на неё. Рейнджера привлекла совсем другая картина.
Тибблдорф Пуэнт встретил свой конец. Он лежит на спине, его горло было окровавлено, глаза широко распахнуты, а грудь больше не поднимается. Он отошёл в мир иной спокойно, понял дроу. Берсерк умер так, как и подобает — служа своему королю.
И там же лежал и тот король, самый дорогой друг Дриззта, повёрнувшись лицом вниз и всё ещё сжимая одной рукой рычаг.
Дриззт упал на колени и мягко повернул его. Рейнджер был потрясён, поняв, что Брунор Боевой Молот ещё жив.
— Я нашёл его, эльф, — сказал он с улыбкой, которая всю жизнь приносила Дриззту великую радость. — Я нашёл мои ответы. Я нашёл мой мир.
Дроу хотел успокоить его, хотел сказать, что жрецы смогут помочь и что всё будет в порядке. Но он понимал, что всё кончено, что слишком много для старого дварфа.
— Спи спокойно, дорогой друг, — произнёс рейнджер настолько тихо, что не мог разобрать звука своего голоса.
Но лицо Брунора казалось настолько счастливым, что Дриззт понял, что умирающий друг услышал его, и что он действительно уходит с миром.
Эпилог
Дриззт стоял на краю провала и смотрел вниз на водоворот и элементалей. Время от времени он различал зыбкие лица, а глубоко под собой дроу видел разъярённого Исконного, уставившегося на него подобно жидкому глазу.
— Всё так же, как когда мы впервые столкнулись с ним, — произнесла Далия, подойдя ближе и небрежно обвив рукой рейнджера за пояс. — Мы сделали это. Брунор сделал это.
Дриззт продолжал пристально смотреть на противоположную стену, пытаясь сквозь воду различить выступ, на котором стоял Атрогейт и куда ушёл Джарлаксл, но, увы, там ничего не было. Естественно, что могло выжить, испытав на себе дыхание рассветного гиганта?
Дроу поразила испытываемая им боль, причина которой была не только в гибели Брунора, но в и утрате Пуэнта, Джарлаксла и даже Атрогейта! Последних двоих он почти не видел все эти годы, и, тем не менее, просто мысль о том, что не так далеко, в Лускане, дарила рейнджеру толику утешения.
Но они ушли, как и Тибблдорф Пуэнт и Брунор Боевой Молот. И хотя его дорогой друг сам выбрал, как погибнуть, не только отыскав Гонтлгрим, но и сохранив его от полного уничтожения, глубокая боль унесла воспоминания Дриззта к другому месту и времени, когда, пройдя сквозь монолитную стену Мифрил Холла, исчезли Кэтти-Бри и Реджис верхом на призрачном единороге. Уходя в обитель Миликки.
Дроу не думал, что ему выпадет вновь испытать такую боль.
Как же он ошибался!
Несколько дварфов вбежали в помещение. Стокли Силверстрим и Торгар Молотобоец заметили Дриззта и Далию и окликнули обоих эльфов, в то время как в комнату прибывало всё больше их собратьев.
Воительница позволила своей руке соскользнуть со спины До'Урдена и взяла его за руку.
— Пусти стрелу, и давай уйдём отсюда, — прошептала она.
В кромешной тьме Джарлаксл Бэнре открыл глаза и рискнул создать немного света. Он слышал рёв воды и понимал, что это означает. И ещё он слышал Атрогейта, ворочающегося где-то рядом.
Дроу разглядел своего элементаля — последнего из десяти — который всё ещё стоял на страже у входа в пространственную дыру, с помощью которой Джарлаксл с Атрогейтом смогли убраться подальше от Исконного. Казалось, существо с плана воды стало меньше. Очевидно, это произошло из-за того, что оно сдерживало смертоносное пламя. Наёмник чувствовал, что элементаль возбуждён, напряжён и расстроено одновременно.
— Я отпускаю тебя, — произнёс дроу, и водный дух тут же выскочил из дыры прямо в наклонную воронку зачарованной воды.
Джарлаксл надел на палец кольцо, поправил повязку на глазу и вышел из тела, воспользовавшись заклинанием ясновидения для поиска ответов, что стали доступны, стоило его сознанию воспарить над провалом. Наёмник обнаружил Дриззта и Далию, стоящих поблизости дварфов, а также неподвижные фигуры, лежащие под аркой.
Джарлаксл повернулся к Атрогейту. Его израненный компаньон лежал лицом вниз, кожу покрывали волдыри, неестественно подвёрнутая под тело нога была сломана.
— Пора идти, — тихо обратился к нему дроу и достал ещё одно зачарованное на телепортацию кольцо, которое отправило бы товарищей домой.
— Я не смогу, — едва дыша, прошептал Атрогейт.
Джарлаксл одарил его улыбкой.
— Мои жрецы найдут нас в Лускане. Они позаботятся о тебе, мой друг. Твоё время ещё не пришло. Сегодня и так погибло достаточно из твоего рода.
Дроу приготовился задействовать кольцо, но Атрогейт резко схватил его за руку, требуя внимания.
— Ты же можешь оставить меня! — прорычал он.
Наёмник только кивнул и ухмыльнулся, возобновив заклинание. И снова дварф прервал его.
— Подожди, — попросил Атрогейт. — Всё кончено? Король Брунор одержал победу?
Джарлаксл тепло улыбнулся, и в его тёмно-красных глазах промелькнул намёк на слёзы.
— Да здравствует король, — успокаивающе ответил он своему бородатому другу. — Да здравствует Король Брунор.
Они похоронили Брунора Боевого Молота, Восьмого Короля Мифрил Халла, рядом с пирамидой из камней, отмечавших место упокоения Тибблдорфа Пуэнта. Похоронили вместе с однорогим шлемом, зачарованным щитом и топором с множеством зазубрин — какой дварф достоин такого оружия, как не Брунор Боевой Молот?