Чтение онлайн

Он взбежал по ветке и прыгнул вперёд, приземляясь на край балкона второго этажа в самом углу дома. Серый прыгнул назад и спрятался под балконом, когда часовой появился из-за поворота. Баррабус сжался в своём убежище и, когда стражник пошёл обратно, он перегнулся через перила и поднялся по стене выше следующего балкона, и так далее, пока не уселся на узкий внешний подоконник последнего этажа.

Убийца сунул руку в «пустой» мешочек, который на самом деле содержал в себе небольшой межуровневый карман, и достал присоску, которую прилепил к стеклу. Затем Баррабус продел в крепление на ней верёвку и извлёк из одного из своих колец жёсткий провод с алмазным наконечником.

Баррабус начал чертить круг на окне при помощи алмазного острия, которое с каждым поворотом всё глубже вгрызалось в стекло. Он работал не щадя себя, прячась каждый раз, когда внизу проходила стража, а затем быстро возвращаясь к работе. Прошло много, очень много ударов сердца, прежде чем убийца ослабил стекло настолько, чтобы аккуратно отколоть стеклянный круг при помощи вакуумных присосок. Потом он выдавил его внутрь комнаты, аккуратно опустил на пол и прислонил к стене. Внимательно осмотрев комнату и убедившись, что она пуста, Баррабус зацепился пальцами за верхнюю часть оконной рамы, подтянулся и осторожно просунул ноги в отверстие.

Он качнулся назад — ноги почти вышли из дыры — а затем рванулся вперёд с такой силой, что инерция рывка мгновенно внесла убийцу в помещение. При этом он даже не коснулся краёв отверстия и не издал не единого звука громче шёпота.

Баррабус был уверен, что веселье только начинается — ведь Хьюго Бабрис наверняка держал множество часовых и внутри здания — но у него было задание. Тело убийцы становилось тонким и прозрачным, будто бы он был призраком; бесплотным, тихим, и невидимым. Он был лучшим, поэтому-то Херцго Алегни и вызвал именно его.

Про Баррабуса Серого можно было сказать, что он может оставаться незамеченным, даже стоя посреди комнаты, но, конечно же, трюк заключался в том, что он никогда не сделал бы такой глупости. Убийца знал, куда будут смотреть внимательные часовые, поэтому он понимал, где находиться небезопасно. Было ли оптимальным укрытие позади открытой двери или над ней, позади навеса или перед ним, где и как нужно встать, чтобы казаться просто ещё одной фигурой фреске, Баррабус всегда знал это и находил верное решение. Как часто за прошедшие десятилетия часовые не замечали его, просто смотря в другую сторону?

У Хьюго Бабрис были охранники — так много, что убийца окончательно утвердился в своём мнении относительно их господина — но и их хватало лишь на то, чтобы замедлить неумолимое продвижение Баррабуса Серого.

Немного погода он сидел на спине потерявшего сознание часового, который был распростёрт на столе Хьюго Бабриса. Баррабус пристально смотрел на взволнованного, пойманного в ловушку, беспомощного лорда.

— Бери золото и уходи, прошу тебя, — взмолился Хьюго Бабрис.

Лорд был лысым, пухлым, абсолютно непримечательным маленьким человеком, что только укрепило уверенность Баррабуса в том, что он лишь прикрытие для более опасных личностей.

— Мне не нужно твоё золото.

— Пожалуйста…у меня ребёнок.

— Мне нет до этого дела.

— Ей нужен отец.

— Меня это мало заботит.

Лорд принёс дрожащую руку к губам, словно его тошнило.

— Всё что я хочу от тебя — достаточно просто, легко сделать и ничего не стоит, но сулит большую выгоду — для тебя, — объяснил Баррабус. — Совсем не сложно переименовать мост.

— Тебя послал Херцго Алегни! — воскликнул Хьюго Бабрис и поднялся со стула.

Но стоило в ладони Баррабуса внезапно появиться ножу, лорд сразу же изменил направление, отступая и поднимая вверх руки.

— Я не могу! — захныкал Хьюго Бабрис. — Я уже говорил ему, что не могу. Лорды Глубоководья никогда…

— У тебя нет выбора, — бросил Баррабус.

— Но лорды и пиратские капитаны…

— Их здесь нет, зато Херцго Алегни и его шейды здесь — я тут, — прервал Баррабус. — Ты должен понять выгоду и оценить то, что можешь потерять в случае бездействия.

Хьюго Бабрис тряхнул головой и запротестовал, но Баррабус резко оборвал его.

— У тебя нет выбора. Я могу приходить сюда, когда захочу. Твоя стража не преграда для меня. Ты боишься смерти?

— Нет! — Ответил Лорд Хьюго Бабрис с большей решимостью и мужеством, чем убийца мог предположить, глядя на него.

Баррабус повернул кинжал таким образом, чтобы Хьюго Бабрис мог увидеть вены.

— Ты когда-нибудь слышал о камнежале? — спросил его убийца. — Это уродливая рыба, обладающая прекрасными и несравненными средствами защиты.

Он спрыгнул со стола.

— Завтра ты объявишь о мосте Херцго Алегни.

— Я не могу! — завопил Хьюго Бабрис.

— О, ты можешь, — сказал Баррабус.

Он махнул клинком возле Хьюго Бабриса, который от ужаса шарахнулся назад. Но Баррабус не причинил лорду вреда. Огромный опыт подсказывал убийце, что ожидание боли стимулирует намного лучше, чем сама боль.

Он повернулся и слегка уколол лежащего без сознания часового, укол и вправду был почти незаметным, но даже он позволил яду камнежала проникнуть в человека.

Серый кивнул Лорду Хьюго Бабрису и повторил:

— Я могу вернуться в любую минуту. Твоя охрана меня не остановит.

Он быстро вышел из комнаты и был уже на пол пути к помещению с дырой в окне, когда яд вывел часового из бессознательного состояния. Слушая отчаянные крики человека, Баррабус смиренно вздохнул.

Убийца поборол волну ненависти к самому себе бесшумной клятвой, что однажды Херцго Алегни сам попробует укус камнежала.

Гвенвивар зажала в зубах плащ и кожаный жилет Дриззта и тянула изо всех сил, её большие когти скрежетали по камням.

— Тяни, — командовал Брунор, отодвигая очередной каменный блок. — Давай, эльф!