Чтение онлайн

Пустившись в затяжное, путаное описание якобы противоправной практики, по ходу которого у присутствовавших в зале временами возникало ощущение, что ответчиком по делу проходит не Google, а сама Geico, Оссола заявил:

– Мы считаем, что представленные факты явно свидетельствуют о том, что существует вероятность путаницы в связи с использованием слова «Geico» в тексте, и в данном случае, учитывая то, что Geico является торговой маркой, ассоциируемой со страхованием, имеются достаточные основания для того, чтобы установить наличие вероятности неразберихи в отношении тех рекламных ссылок, текст которых не содержит слова «Geico».

После этого он произнес: «Благодарю вас, ваша честь» – и сел.

Судья Бринкема, внимательно наблюдавшая за всем происходящим, не замедлила с вердиктом.

– Geico не смогла доказать, что само по себе использование ее торговой марки в качестве слова для поиска или слова для «привязки» рекламных объявлений вызывает путаницу, – сказала она, добавив, что представленных Geico доводов недостаточно для продолжения рассмотрения дела. – Решение, которое я только что вынесла, затрагивает ряд серьезных правовых вопросов, и думаю, мне понадобится какое-то время на то, чтобы сформулировать более ясную позицию по этим правовым вопросам. На этом я предлагаю закончить слушание дела.

Судебное сражение было завершено. Через четыре месяца после взятия Уолл-стрит Google одержала важную правовую победу над деловым и юридическим истеблишментом Вашингтона. На следующий день обе компании обнародовали заявление в связи с завершением процесса. Google объявила о своей победе и предостерегла другие компании против возбуждения против нее иска. Geico теперь не оставалось ничего другого, кроме как сосредоточиться на своем бизнесе. Google же отстояла свою политику в отношении торговых марок, получив мощный положительный импульс.

Правда, Google еще нужно было предпринять определенные меры в связи с поражениями в судах Европы, где компанию обязали ужесточить политику в отношении торговых марок и рекламных объявлений. Но теперь она явно была сильнее и увереннее в своей правоте, поскольку установила правовой прецедент на американском рынке, наиболее важном для себя, и доказала, что может вносить коррективы в свою стратегию работы на других рынках, по-прежнему получая солидные прибыли.

Тем не менее всего через несколько часов после триумфа в Вирджинии компания сделала сенсационное заявление, заставившее всех позабыть о судебном процессе и его исходе.

Библиотека Мичиганского университета, функционирующая уже более полутора веков, является одним из крупнейших в Соединенных Штатах Америки хранилищ знаний (почти семь миллионов книг!) и признанным центром научных исследований. Ларри Пейджу, студентом бродившему среди ее стеллажей, она навевала воспоминания о веселых университетских деньках. И ей же отводилась ключевая роль в стратегических планах его компании. Он как раз искал нетронутые залежи информации, которую можно было бы перевести в цифровой формат и сделать доступной для поиска в Интернете. Библиотека Мичигана казалась ему Эверестом – вершиной, которую мало кто способен покорить.

Если XXI век считается эпохой информации, то именно Интернет, по мнению Брина и Пейджа, должен уничтожить все барьеры для ее распространения. Бытовала шутка, что благодаря Сети в 1996 году мир заново родился. Несмотря на наличие в базе данных Google миллиардов веб-страниц онлайн-энциклопедий, государственных документов, каталогов и т п., поиск в Сети серьезных, авторитетных и проверенных временем источников часто не давал желаемых результатов. Качество и достоверность информации были неоднородны. Пользователям, искавшим заслуживающие доверия источники, приходилось перерывать горы всевозможного хлама. Пейдж и Брин, сами неоднократно с этим сталкивавшиеся, после тщательного анализа всех стратегических и технических задач приняли смелое решение.

На званом обеде в студенческом городке Мичиганского университета осенью 2002 года Пейдж обратился к руководству университета с дерзким предложением: он возьмет на себя расходы по сканированию всех книг, имеющихся в университетской библиотеке, если ему позволят индексировать всю информацию в Google. Идея заключалась в том, чтобы перевести миллионы книг – самое ценное и самое практичное вместилище знаний – в формат, в котором они были бы доступны многим. В Интернете содержалось много отрывков из разных изданий, информации о книгах и даже полных текстов книг, не защищенных авторским правом, – таких как Библия и произведения Шекспира. Но огромное количество томов, изданных как в предыдущие столетия, так и относительно недавно, были представлены слабо.

Пейдж и Брин были готовы выделить значительные финансовые и технические ресурсы на оцифровывание миллионов книг, пылившихся и желтевших на полках малопосещаемых залов великих библиотек мира. Потенциал для расширения человеческих познаний был огромен. Впервые ученые (и не только) получат доступ к полным текстам книг независимо от того, в какой точке земного шара они находятся. (В изданиях, защищенных авторским правом, пользователи смогут просматривать лишь фрагменты страниц, а вот поиск можно будет вести по всему тексту.) Обладание сокровищем в виде эксклюзивного контента позволит Google предложить услугу, отсутствующую у конкурентов, увеличить посещаемость своего сайта и получать прибыль от релевантных рекламных объявлений, размещаемых в колонке справа. Более того, если Google поставит оцифровку книг на поток, другие библиотеки, вполне вероятно, тоже изъявят желание присоединиться к проекту, что обеспечит расширение базы доступного для поиска контента.

Перед Пейджем и Брином стояли серьезные препятствия. Им необходимо будет усовершенствовать технологию, позволявшую эффективно и точно оцифровывать книги в таких масштабах, в которых этого никто никогда не делал. Им также нужно будет найти библиотеки, которые согласятся принять участие в новом проекте, что для молодой компании представлялось очень непростой задачей. Именно поэтому они решили начать с библиотеки Мичиганского университета – альма-матер Пейджа. Ему, гордости университета, поддерживавшему с ним тесные связи, наверняка предоставят возможность изложить все свои доводы.

Через несколько месяцев после званого обеда Пейдж встретился с Уильямом Гослингом и Джоном Уилкином, руководителями университетской библиотеки. Предложение Пейджа их заинтересовало с самого начала: они и сами хотели оцифровать книги, но все никак не могли найти финансирование и подходящего партнера. В ходе предварительных переговоров с IBM и другими компаниями о сканировании части библиотечного фонда они, по словам Уилкина, «были очень далеки друг от друга в вопросах интеллектуальной собственности, плана работ, прав на оцифрованные книги, стандартов и пр.». Но переговоры с Пейджем с самого начала были пронизаны доверием. «После того как мы обсудили с Ларри основные вопросы, у нас было совершенно иное ощущение».