Чтение онлайн

– О! Разве вы не понимаете? Я всегда буду угрозой Гарольду, – сурово сказала она. – И это совершенно очевидно, Рейнард здесь ни при чем. Гарольд знает, что я постараюсь отомстить ему за смерть Питера. И еще я поклялась Питеру, что никогда не оставлю его сына. Я не расставалась с Рейнардом ни на день с той самой минуты, как он появился на свет. Теперь у Рейнарда нет ни отца, ни матери, и я заменю ему обоих. По крайней мере, попытаюсь это сделать.

Что ж, это веские причины для того, чтобы взять ее с собой, решил Сигимор. Конечно, не Джолин произвела ребенка на свет, но она была ему настоящей матерью. Она, несомненно, любила мальчика, да и он наверняка отвечал ей взаимностью. Сигимор задумался. Ему не удалось спасти Питера, но сейчас у него появилась возможность спасти его сестру и сына. К тому же он сохранит жизнь своим родственникам, которых втянул в этот кровавый кошмар.

– В таком случае освободите нас, деточка, – усмехнулся Сигимор, – и мы все вместе выполним обещание, данное вам Лайамом.

Руки Джолин заметно дрожали, когда она принялась торопливо перебирать принесенные с собой ключи. Оставалось только надеяться, что она поступала правильно. Вдруг у нее закружилась голова, и Джолин попросила Бога дать ей сил, чтобы не упасть в обморок перед этими мужчинами. Ей так не хотелось, чтобы они видели ее слабость.

– Вы не знаете, какой подходит? – с удивлением спросил Джолин Сигимор, наблюдая за ее нелепой схваткой с ключами.

– С какой стати я должна это знать? – пробормотала она. – Я никого здесь не запирала.

– А нельзя было этим поинтересоваться у того человека, у которого вы эту связку ключей позаимствовали?

– Нет. Он спал.

– Понятно. Надеюсь, другие охранники не решат навестить нас именно сейчас.

– Не беспокойтесь, вся охрана спит.

– Так уж и вся?

– Надеюсь.

– И люди, охраняющие замок?

Джолин кивнула.

– Все в Драмвиче спят?

– Почти. Я предупредила кое-кого, что, возможно, сегодня ночью им представится шанс покинуть замок. – Неожиданно Джолин радостно вскрикнула – замок поддался, и дверь распахнулась.

Сигимор взглянул на своих родственников, нахмурился и потряс цепями, сковывавшими его руки. Джолин проворно бросилась к нему и вдруг споткнулась. Ключи в связке громко звякнули. Сигимор с трудом подавил смех. Когда Джолин снова начала подбирать ключ к замку, висевшему на его цепи, он от нетерпения стал переминаться с ноги на ногу и тяжело вздыхать. До него донеслось сердитое бормотание Джолин. И, кажется, это были ругательства. Сигимор никак не ожидал услышать столь крепкие выражения от такой утонченной особы.

Но он тут же перестал веселиться, стоило Джолин придвинуться к нему. От нее исходил тонкий аромат духов, от которого у Сигимора слегка закружилась голова. Не отрывая глаз, он смотрел на ее маленькие руки, тонкие запястья и длинные белые пальцы. Волосы у Джолин были сплетены в тугую косу, опускавшуюся почти до самых бедер. Такой темный, почти черный цвет волос Сигимору никогда не нравился. Макушка Джолин едва доставала ему до плеча. Все в этой женщине было не так, все было неправильным. Но тело Сигимора не хотело соглашаться с его разумом. Почему? Похоже, эту загадку ему будет не по силам разгадать.

– Так вы уверены, что люди Гарольда спят? – Сигимор задал вопрос для того, чтобы что-нибудь спросить и отвлечься от своих непрошеных мыслей. Сейчас надо думать о деле, а не глазеть на леди Джолин, раздраженно упрекнул себя шотландец.

– Не беспокойтесь, я позаботилась о том, чтобы охрана не проснулась, – деловито проговорила Джолин, продолжая искать подходящий ключ.

– И как же вы позаботились, позвольте поинтересоваться?

– Я подсыпала снотворного в эль, который они пили сегодня за ужином. А две мои служанки напоили водой со специальным снадобьем людей Гарольда, расположившихся в главной гостиной. Все они сразу и заснули.

– Неужели все так сразу и заснули? А может, кое-кто из них и не пил эту воду?

– Я спустилась сюда только после того, как все дружно захрапели. Готово! – радостно воскликнула Джолин, когда замок наконец раскрылся. – Как видите, мне удалось справиться!

– Весь секрет в том, чтобы найти правильный ключ, – проворчал Сигимор, сбрасывая цепи. Затем, взяв из рук Джолин связку ключей, он направился к своим родственникам. – Сколько часов, вы думаете, будет действовать ваше снадобье, леди Джолин?

– До рассвета или чуть дольше, – тихо проговорила Джолин, глядя на шестерых шотландцев, стоящих перед ней. Когда они были прикованы к стене, то выглядели не так устрашающе.

– И сколько времени осталось до рассвета?

– Не больше двух часов.

Сигимор хмуро посмотрел на Джолин:

– Так почему же вы пришли так поздно?

– Мне нужно было запереть несколько дверей, обработать и перевязать раны у некоторых из моих слуг, помочь тем, кто спас меня от рук Гарольда. Еще я собирала в дорогу кое-что из еды и забрала у охранников свои вещи, которые они унесли из моей комнаты. Если учесть то обстоятельство, что я всего лишь беззащитная женщина, а в помощницах у меня были только две служанки, вместе с которыми я смогла усыпить всю охрану Драмвича, то, полагаю, ваши упреки и недовольство просто неуместны.

– Я и не думал попрекать вас.

– Сигимор, – прервал своего кузена Лайам и вежливо улыбнулся Джолин: – Вы все сделали правильно, миледи.

– Благодарю вас, сэр, за понимание, – ответила Джолин.

Мягко улыбнувшись, Сигимор плечом осторожно отодвинул Лайама подальше от Джолин. Он не мог понять, по какой причине его так тянуло к этой маленькой женщине, к этой англичанке. Но как бы там ни было, он не позволит в своем присутствии другим увиваться за ней. Особенно Лайаму, которому в Шотландии буквально приходилось отбиваться от женщин.

– Вы знаете, как отсюда можно выбраться? – спросил Сигимор Джолин.

– Мы можем просто пройти через главные ворота, – объяснила она. – Если все сделать тихо, то нашего исчезновения никто не заметит. А потом, когда охранники проснутся, мы будем уже далеко.

– Может случиться так, что Гарольд увидит своих людей спящими и насторожится.

– Думаю, он сразу все поймет. Особенно если заглянет в конюшню, где не обнаружит ни одной из своих лошадей.

«Похоже, ее не удастся обескуражить, она обо всем подумала», – с раздражением отметил про себя Сигимор.