Чтение онлайн

Вот мы и поселились в одном из таких необычных странных домиков.

По дороге сюда я заглядывал в некоторые из них и, что удивительно, нигде не увидел никакой сохранившейся утвари, мебели или других вещей человеческого, или кто здесь обитал, быта, говорящих, что в этих домах кто-то когда-то жил. Одна пыль, и то её было не слишком много.

Корнол предположил, что многое тут в своей основе содержало различные вариации заклинания «Нетление», и поэтому коль они уже давно перестали действовать, то и всё, что на них опиралось, истлело и превратилось в пыль.

Но он уверил меня, что ближе к центру города у нас будет гораздо больше шансов встретить много целых, неповреждённых вещей. Ведь в городе всё ещё существовал действующий источник магии, и чем ближе к нему подходить, тем больше до сих пор действующих заклинаний мы будем встречать. И не только их.

При этих словах он остановился и стал опасливо озираться, однако, никого не обнаружив, недоуменно пожал плечами и продолжил прерванный рассказ.

Лениавес вообще-то надеялся центр города обойти стороной, однако сказал, что в зону действия источника мы всё-таки зайти будем вынуждены. Правда, я так и не понял, какая в этом необходимость, но корнол сделал такие выводы, когда пару раз использовал заклинание «Распознание сущностей». Единственное, о чём я догадался из его рассуждений, – это то, что демоны уже спустились с деревьев (интересно – как?) и берут город в кольцо, стараясь запереть нас в нём. В чём смысл этого, мне не было понятно, но, похоже, сами демоны в город заходить не собирались, а просто старались запереть нас в нём. По крайней мере, пока. Видимо, и они считали, что здесь есть что-то более опасное, чем они сами.

Пока мы сюда добирались, ничего необычного, чего бы мы не ожидали встретить в этом городе, я не видел. Только в нескольких местах заметил какие-то структуры с достаточно большим содержанием ментальной энергии. Я не понял, обратил ли на них внимание корнол или нет, но на всякий случай предупредил его о том, что увидел. При этом он как-то странно посмотрел на меня, но никак не прокомментировал мои слова, правда, сказал, что на заметку их взял. Когда я спросил у него, что это может быть, он высказал предположение, что это до сих пор рабочие сторожевые или сигнальные заклинания или что-то в этом роде.

В большинстве случаев так и было, я сам их видел, а парочка заклинаний вызвала мой особый интерес своей сложностью и необычностью. И на сторожевые и аналогичные им структуры эти заклинания совершенно не были похожи. А главное, располагались они относительно недалеко от дома, где мы устроились. Я хотел их исследовать получше да понять, что же они делают. Но пока корнол не позволял покидать наше убежище.

Поэтому большую часть времени я медитировал, а если не медитировал, то спал, ел и, главное, тренировался, так как после изучения некоторых боевых курсов в этом возникла насущная необходимость. Тренироваться я уходил на второй этаж, поэтому Лениавес не мог видеть, что я делаю. Да он этого и не желал. Лишь настоятельно попросил меня не покидать пределов дома, так как он наложил на него охранное заклинание.

Его, кстати, я изучил практически сразу, как оно проявилось в момент активации, так как попросил разрешения у корнола поприсутствовать при этом. Оказалось, оно не сильно отличается от моего сторожевого круга, только моё заклинание было гораздо более оптимально создано и при этом работало в несколько раз эффективнее. Но и как улучшить охранное заклинание Лениавеса я между делом придумал, и уже получившийся новый вариант Искатель внёс в базу знаний.

Во время моих медитаций, да и обычного сна выяснилось, что мой коэффициент ускорения при обучении составляет шесть целых тридцать две сотых единицы, и этот параметр, по-моему, впечатлил даже самого Искателя, так как ему понадобилось пару часов, чтобы пересчитать свои внутренние таблицы и провести повторную индексацию.

Кроме того, обнаружилось, что и обучение в фоновом режиме (особенно различных ментоструктур) у меня происходит с некоторым ускорением, хотя и не таким впечатляющим, как при медитации, всего в полтора раза. Однако это ещё больше ввело в ступор ментоинтерфейс, так как он даже отказался фиксировать этот факт и пересчитывать или корректировать свои таблицы, сославшись на то, что такое в принципе невозможно и это полностью противоречит основам ментотеории, на которых строятся все его расчёты.

Но я-то этот параметр теперь всё время принимал за аксиому и стал уменьшать в полтора раза длительность изучения в фоновом режиме тех или иных ментомодулей и простых гипнопрограмм.

И как результат нашего двухдневного затворничества стало то, что на текущий момент мной уже были изучены все перечисленные ранее боевые гипнопрограммы и поставленные в очередь на изучение ментомодули. Также в дополнение я прошёл обучение ещё по ряду необходимых гипнопрограмм, рекомендованных Центром обучения курсантов и Отделом перспективных разработок в сфере гипномоделирования. Это как раз были те гипнопрограммы, что включались в список обязательного предварительного изучения для стажёров некоего факультета ментомоделирования, курс подготовительного обучения по которому присутствовал в базе знаний ментоинтерфейса.

По сути, дополнительно было изучено три гипнокурса.

Первый – некий не слишком понятный курс «Классификация ментомодулей и ментоструктур». Изучалась интеграция и взаимодействие микромодулей и структур, их совместная работа, образование новых совместных свойств и прогнозирование их работы.

Второй – «Ускорение расчётных и аналитических операций, расчётов, опций, функций и модулей». Смысл и цель курса прямо следовали из его названия. По сути, он был аналогом ускорения при обучении. Только данный курс в значительной степени, в несколько десятков раз ускорял все расчётные операции, проводимые мной. Что удивительно, это касалось не только самих расчётов, но и вычислений, проводимых в реальном времени, например, это помогало в расчёте расположения различных маркеров, точек привязок или энергетических каналов. Но что мне особенно понравилось – данное ускорение распространяло свои возможности и на другие области жизни, где требовалось проведение мгновенных вычислений. Как оказалось, и в мои боевые аспекты этот курс привносил дополнительные и существенные преимущества. Например, произошло значительное ускорение расчёта траектории полёта стрелы или удара меча, или даже простые перемещения и построение оптимальных маршрутов следования сейчас просчитывались значительно быстрее.

И в завершении основной курс: «Гипно– и ментомоделирование». Он отвечал за ускоренное и самостоятельное построение менто– и гипномоделей и структур и дополнительно помогал проводить более подробный анализ уже существующих или создаваемых гипнопрограмм и ментомодулей. Что было важно, этот курс позволял параллельно работать как мне самому, так и ментоинтерфейсу, что практически в два раза ускоряло работы по проведению анализа любых структуры, модели и разбору различных ситуаций.

Вот и получается, что наше вынужденное уединение пошло мне только на пользу и я в гораздо большей степени смог подготовиться к путешествию по этому миру, жизни и выживанию в нём, а также к своему будущему самосовершенствованию.

Сейчас мы устраивались на очередную ночёвку и распределяли дежурства.

После передряги на поляне и тех событий, что способствовали нашему появлению здесь, в доме, Лениавес стал гораздо больше доверять мне, поэтому ночные дежурства была равноправными, ну, почти.

По договоренности с корнолом мне теперь всегда принадлежала первая (как он сказал, более лёгкая) половина ночи, а ему – вторая. Хотя мне было без разницы.

Во-первых, в сутках здесь было сорок часов, и, как результат, полностью ночное время было примерно на четыре часа длиннее, чем у нас. Ночью тут считался период порядка тринадцати – восемнадцати часов тёмного времени суток, который менялся в зависимости от времени года. Сейчас, кстати, была весна, вернее, её середина. Это всё я узнал от корнола. Это и было первой причиной того, что ночные дежурства меня совершенно не напрягали. Кстати, что меня удивило: я думал, что спать буду дольше в соответствии со здешней продолжительностью ночи, как к этому должен был привыкнуть мой организм, но оказалось наоборот, мне в последнее время для отдыха, полного восстановления организма и его оптимального энергетического баланса требовалось всего порядка пяти-шести часов в сутки, это, конечно, если я не изучал что-то в этот момент. Поэтому я всегда высыпался, был бодрым и отдохнувшим, в дополнение у меня оставалась уйма времени, чтобы заняться своими делами.