Чтение онлайн

– Хороший ты парень, вот что.

– Ну да, крысы меня любят...

– Ладно, не ломайся, не институтка, чтобы циничного изверга из себя строить...

– Хм...

Приехали.

Делаешь себе имидж, делаешь, ночами не спишь, лишь бы мачо полноценный получился, - а потом какой-то мозгляк, которого ты вчера первый раз в жизни видел, раскладывает тебя по полочкам. Парик сюда, накладные усы сюда, муляж стального сердца сюда, сентиментальные потроха в баночку с нафталином... Интересно, сколько еще людей, о которых ты ни сном ни духом, потихонечку собирают инфу на тебя?

Эх, чего уж теперь... Знал бы прикуп... Да уж.

– Ну так что?
– спросил Чистюля.

– Если пара часов не сломает планы отца русской демократии, то хватит играть в шпионов, - сказал Стас.
– Куда ее привезти?

Чистюля нахмурился. Прищурился.

Стас не отводил глаз и держал взгляд. Давай, Чистюля, давай! Сказавши аз, говори буки. Час времени тебе погоды не сделает.

А Марго, похоже, может кое-что рассказать о секвенсоре. Свеженьком секвенсоре, пылящемся в одном из особняков Графа в окрестностях Пензы. Не сказать, чтобы реальный шанс, но мало ли...

– Или хочешь тащить ее силой?
– спросил Стас.

– Ладно.

Чистюля покопался в кармане, достал маленькую упаковку с маркерами, вытряхнул один на ладонь и приклеил на лацкан плаща Стасу, - на внешнюю сторону, на видном месте.

– Только в центр не катайся.

Чистюля развернулся и пошел к "Пежо". Чистенький, выглаженный, благоухающий одеколоном.

– Ты тоже неплохой парень, Чистюля, - бросил вдогонку Стас.

Чистюля отмахнулся, сморщившись, как от зубной боли.

Стас усмехнулся. Что, Чистюля? Тоже не нравится, когда за маску крутого парня дергают, отдирая от истинного лица?

– Кто это был?
– спросила Марго.

"Пежо" развернулся и растворился в сумерках.

– Это человек, который отвезет тебя обратно к отцу.

– Ты уверен?

– Уверен.

– Спасибо за заботу... дядя Стас.

Стас завел двигатель и медленно покатил вперед.

– Неужели нельзя бросить все это?
– впервые за вечер в ее голосе проскользнуло настоящее чувство.
– Просто бросить... Знаешь, иногда вдруг словно открывается другая пара глаз, и видишь, как эта рутина плывет вокруг, навязывает свои правила игры. Все эти люди вокруг, они словно белки в колесе. Работа, ночной клуб, дом, завтрак, работа, ночной клуб, дом, завтрак... Ни шагу в сторону. Словно это не жизнь, а цепочка постоянных "должен". Даже развлекаясь они не отдыхают - просто еще одну повинность отбывают. Должны провести вечер в ночном клубе, изображая отдых... Как механизмы. А ты вдруг словно высовываешь голову из воды, и смотришь на все это со стороны. Сверху. И хочешь сделать шаг в сторону. Вспоминаешь парня, который ближе всего к поверхности. Которого можно попробовать уговорить высунуть голову из воды, вместе с собой. Находишь его...

– И этот человек твоей мечты тебя предает, - закончил за Марго Стас. Потому что крутится, как скунс меж охотничьими псами.

Стас вздохнул.

– Так обычно и бывает, Марго... Когда у одного все замечательно и приходят мысли о вечном, у другого запарка на работе.

– Ты меня утешаешь?

– Не тебя, Марго...
– Стас кисло усмехнулся.
– Себя.

– Это обнадеживает.

– Не надейся. Слишком уж невовремя. Слишком много проблем, и все неожиданно, и все одна другой хуже... Кстати, как ты меня нашла?

– Ты уже спрашивал.

– Это не ответ.

– Я заметила.

Стас взглянул на Марго.

– А я думал, юная леди должна быть вежливой.

– А кто-то мне говорил, что в женщине должна быть тайна, - невозмутимо парировала Марго в тон Стасу. И обернулась назад: - А это кто?

Серый, по-турецки сложив ноги, восседал на заднем сиденье и прислушивался к разговору, переводя взгляд со Стаса на Марго. Словно теннисный матч смотрел.

– Так, дворняжка...

***

– Иди сюда, - Стас похлопал себя по колену.

За окном кухни краснела луна. Похоже, близилось полнолуние с полутеневым затмением - цвет был совершенно кровавый.

Стас намазал на кусок багета сыра, откусил, прожевал и пригубил вина. Вкус восхитительный, а на душе все равно погано...

– Ну иди!
– позвал Стас.

Серый мялся в сторонке и подозрительно шмыгал носом. Запах вина на него так подействовал, что ли? Неужели его хозяин был абсолютным трезвенником, и Серый первый раз в жизни видит вино?

Странно, странно...

Серый наконец-то подошел. Стас вручил ему кусок хлеба с сыром, усадил на колено, дотянулся до торшера и включил свет.

– Ну что, дворняга? Тряхнем стариной?

Лучше бы, конечно, не вспоминать азы сравнительной анатомии, а отвезти тебя, шерстяной, на полное генетическое сканирование. Но что-то у нас с тобой не сложилось. Вроде, и спрашивал у Марти про подходящего человека... Да, точно спрашивал... Но в памяти почему-то не осталось ни адреса, ни имени...

А, ну да! Чертов байкер! Прервал в самый неподходящий момент.

Серый, косясь на бокал и бутылку вина, высунул язык и осторожно, как сапер перед миной, попробовал синеватую плесень на сыре.

– Ну как? Не смертельно?

– Ыва, - удивленно признал Серый.

– Еще бы не ыва! За такие-то деньги!

Ладно, приступим. Итак, что у нас? Голова большая. Как у растущих особей.

Так. А это у нас что? Если ребенок, то почему такая относительно развитая мускулатура? И почему на спинке полоса седоватой шерсти?..

– Серый, а ты ведь не мальчик. Ты как минимум дядька. А?

Серый повернулся к Стасу и протянул пустой кусок хлеба.

– Ыва! Ыва-ыва!

– Что, распробовал? Понравилось?

Стас намазал на хлеб еще сыра и отдал кусок Серому. Серый зачавкал с новыми силами. Стас провел рукой по покрытым шерстью плечикам, по шее, все нормально, карликовый шимпанзе, вполне обычный. А вот голова явно модифицированная.

Поэтому и кажется, будто это подросток, а не взрослая особь.

Пальцы привычно побежали по выступам на черепе. Выступы над теменной долей, над лобной... Ни фига себе! Куда больше, чем у обычных обезьян.