Город любви

Она теперь всегда будет проклинать Париж.

Роскошный, изящный, благоухающий и яркий, дразнящий и искушающий Париж…

Город любви, где сам воздух пропитан ее дурманом. Достаточно просто приехать сюда, чтобы начать совершать безрассудные поступки.

Вероника Белл медленно приоткрыла застекленные створчатые двери спальни и на цыпочках пошла по полированному дубовому полу, прижимая к груди босоножки. Девушка почувствовала, как сердце ее судорожно забилось в груди, когда она не обнаружила нигде своей сумочки. Это был второй по счету шок, который она испытала в это утро.

Вероника призналась себе, что прошедшие события перемешались в ее голове: слишком яркие впечатления она испытала прошлым вечером во французской столице.

Уже стало светать, слабые лучи света проникали сквозь тяжелые кремовые занавески. Вероника уже стала думать о том, что, может быть, ей рискнуть и включить свет, когда увидела ремешок своей сумки, свисавший с подлокотника кресла. На цыпочках, пригнувшись, она тихо выудила сумочку из груды какого-то барахла и нервно нащупала в ней паспорт и кошелек.

Слава богу! Вероника отогнала от себя страшную сцену, которая уже возникла в ее воспаленном мозгу: она пытается объяснить неумолимому жандарму, каким образом потеряла все свои документы и деньги.

Распрямившись, девушка добавила сумку к куче вещей, которые уже держала в руках, и стала преодолевать оставшиеся метры, отделявшие ее от входной двери.

За ее спиной раздалось какое-то тихое шуршание, сопровождавшееся низким горловым звуком, похожим на рык злобного хищника. Вероника похолодела.

Обернувшись, она увидела источник этого звука, освещенный бледным лучом солнца, проникавшего через неплотно задернутые занавески. Сквозь квадратные стекла створчатых дверей была видна широченная кровать и большое, мускулистое, загорелое мужское тело, распростертое на смятых белых простынях.

Обнаженный, он был просто изумительным, с трепетом призналась она себе. Даже более привлекательным, чем в своих модно потертых джинсах и белой стильной футболке.

Было трудно поверить, что ей удалось завлечь этого супермена сыграть главную роль в своих розовых, романтических фантазиях о любовном романе в Париже. Только это было скорее вожделение, а не любовь, строго напомнила себе девушка. Легкая романтическая комедия неожиданно превратилась в приключенческий «экшн»… и герой как нельзя более соответствовал своей роли!

Его темная голова дернулась на подушке, и пульс Вероники бешено забился. Во рту у нее пересохло, она лихорадочно пыталась придумать слова, соответствующие ее роли, — нечто остроумное и беззаботное и подходящее этой ситуации…

Но что сказать?

Ее краткий приступ паники мгновенно прошел, когда она увидела, что мужчина сладко потянулся и перевернулся на другой бок. Вероника смотрела, как он положил руку на пустую подушку рядом — все еще хранившую отпечаток ее головы, — затем прижал к своей груди, уткнувшись в нее носом. Иссиня-черные жесткие волосы упали на его мощные плечи, и он опять застыл в неподвижности, как насытившийся лев, полностью уверенный в своем неоспоримом превосходстве.

Вероника бросилась к выходу, с трудом открыла тяжелую дверь, и та с шумом захлопнулась за ней. Этот звук больно ударил по ее взвинченным нервам, и она стремительно помчалась вниз по лестнице. Добежав до второго этажа, девушка стала лихорадочно рыться в сумочке и — о чудо! — в руках ее оказался маленький ключ с прикрепленным номерком. Дрожащими пальцами Вероника вставила его в дверь своего номера. Тихо выругавшись, она чутко прислушалась, не раздаются ли чьи-либо шаги наверху.

Вероника не хотела, чтобы он узнал, где она остановилась. Он понятия не имел о том, что она арендовала себе жилье на время отпуска буквально перед его носом.

Девушка страшно изумилась, когда он рано утром привел ее в свою берлогу, но, слава богу, крошечная искорка здравого смысла не дала ей сразу же проболтаться о том, что ей уже хорошо знакомо это изящное старое здание в историческом центре Парижа.

Все еще затуманенная парами шампанского и возбужденная после прогулки по площади Бастилии, она решила, что подобное фантастическое совпадение — знак их кармической страстной связи.

Конечно, при трезвом свете дня это совпадение выглядело гораздо менее кармическим, учитывая тот факт, что впервые они увидели друг друга в крошечном латиноамериканском баре, расположенном как раз через дорогу от их квартир.

Оказавшись в своей арендованной квартире, Вероника почувствовала слабость в коленях и прислонилась к стенке. Наконец-то в безопасности, подумала она с облегчением. Рука ее машинально нащупывала маленький кулончик из нефрита, сделанный новозеландскими мастерами. Она всегда носила его на шее, но вдруг с испугом обнаружила, что его нет на месте. С внезапной болью девушка поняла, что оставила его в квартире Люка и теперь он потерян для нее навсегда.

Слишком много было в этой поездке у нее «в первый раз»: в первый раз на самолете, первый раз в Лондоне, первое ощущение тоски и одиночестве в стране, язык которой она не знала…

Первый раз я проснулась рядом с сексуальным незнакомцем…

Вероника быстро отогнала от себя эти мысли. Никаких сожалений! Кроме того, он не был абсолютным незнакомцем, поправила она себя. Несмотря на языковой барьер, они нашли способ общения.

Люсьен.

Люк.

Интимное сокращение его имени заставило девушку содрогнуться. Она вспомнила, как они смеялись, когда он в первый раз поцеловал ее в парке Шампс де Марс, где они смотрели салют, и как страстно обнял ее за колонной на площади Вогезов…

Вероника стала бродить по квартире, собирая разбросанные вещи и кидая их в раскрытую сумку, стоявшую на полу. У нее даже не было времени принять душ. Она взглянула на себя в зеркало и ахнула, увидев свои растрепанные волосы, потеки туши под глазами и рыжие веснушки, проявившиеся на лбу и на носу.

Как хорошо, что Люсьен крепко спал!

Девушка лихорадочно расчесала волосы, дергая их так, что от боли слезы навернулись на глаза, затем завязала их в простецкий «конский хвост».

И уже через час она расхаживала по длинной железнодорожной платформе в ожидании скорого поезда, направлявшегося в Авиньон. Ремешок тяжелой дорожной сумки врезался ей плечо, когда она протянула контролеру свой билет.